Чтение онлайн

Анна Павловна (помолчав). Платон Петрович меня тоже приглашал или это ты сама, по своей инициативе?

Раиса Павловна. Он просил собрать всех близких родственников. Всех! Ты моя сестра и после мамы для меня самый близкий человек. И в любом случае ты была бы сегодня здесь, возле меня! (Дрогнувшим голосом.) Я пока еще пользуюсь в этом доме правами хозяйки. Конечно, может быть, уже завтра... (Умолкает.)

Анна Павловна. Возьми себя в руки, Раиса! Возьми себя в руки! Я почему-то убеждена, что все будет хорошо. Хотя твоя срочная

телеграмма меня тоже выбила из колеи. (Достает из сумочки телеграмму, читает вслух.) "Отложи все дела обязательно будь воскресенье пяти часам у нас даче". (Кладет телеграмму обратно в сумочку.) Что я могла подумать? Хоть бы ты как-то пояснее написала!

Раиса Павловна. А что я могла написать? Что? Я же ничего не знаю! Ничего! (Чуть не плача.) Боже мой! Чем я это заслужила? На одиннадцатом году совместной жизни...

Анна Павловна (смотрит на свои ручные часики). Ждать осталось недолго. Через полтора часа все выяснится и прояснится. Как мама?

Раиса Павловна. Ничего. Ночью была гроза, так она себя неважно чувствовала. А сейчас ничего. Удовлетворительно.

Анна Павловна. Где она?

Раиса Павловна. У себя, наверху.

Анна Павловна. А ей не трудно подниматься на второй этаж?

Раиса Павловна. Там ей больше правится. А потом - одна она по лестнице не спускается и не поднимается. Кто-нибудь из нас - я или Дуняша - ей помогает.

Анна Павловна (поднимаясь). Пойду поздороваюсь. (Вспомнив.) Кстати, как ее челюсть, которую я ей вставила?

Раиса Павловна. Что-то не очень удобно. Жалуется на прикус.

Анна Павловна. Надо будет посмотреть. (Смотрит в сад.) А у вас тут прелестно! Земной рай!

Раиса Павловна. Ты же знаешь - все своими руками! Все сама! И сад, и дом, и двор... Сколько сюда вложено, если бы ты только знала!.. И души, и фантазии...

Анна Павловна. И денег.

Раиса Павловна. О деньгах я уже не говорю. А эти последние два дня мне почему-то ничего не дорого! Хожу как потерянная. Хотели этим летом к сторожке зимний гараж пристраивать - кирпич завезли, - а мне кажется, что строить уже ни к чему. На душе какое-то гнетущее, тревожное чувство...

Анна Павловна. Все равно вы здесь живете как в раю. Ты не думай, я тебе не завидую, я всю жизнь в городе прожила, но ваша дача, ваш участок, действительно, что-то особенное! Пойду разденусь и поднимусь к маме. (Уходит в дом.)

Раиса Павловна, оставшись одна, в раздумье поправляет

веточки одного из находящихся на веранде растений, затем

тоже уходит в дом. Некоторое время сцена пуста.

Доносится звук приближающегося мотоцикла. Потом он

внезапно обрывается. Слышны голоса.

Появляются супруги Хвощ. Афанасий Иванович Хвощ - с

бородой, в спортивной курточке на "молнии", в белом

круглом блестящем защитном шлеме с дымчатым забралом от

солнца, что делает его похожим на марсианина. В руках у

него альбом для зарисовок. Его жена Серафима

в красной

спортивного покроя куртке и таких же брюках.

Хвощ (не снимая шлема, в изнеможении опускается в кресло на веранде). От города до места за пятьдесят пять минут! Средняя скорость семьдесят два километра в час. Ничего себе!

Серафима. С тех пор как я достала тебе этот импортный шлем, ты совершенно перестал думать о моей голове.

Хвощ. Я предлагал тебе его надеть, но ты же отказалась.

Серафима. Он мне велик. Я бы в нем утонула. И потом - какая разница? Если я останусь жива, а ты разобьешься, то мне ведь от этого легче не будет: у меня на руках останется альбом твоих карикатур и двое малых детей!

Хвощ. Опять я виноват. Ты же сама подгоняла меня.

Серафима. И, кажется, напрасно... Что-то нас никто не встречает. Кажется, мы первые!.. (Уходит в дом.)

Оставшись один, Хвощ, все еще не снимая шлема, начинает

делать в альбоме какие-то зарисовки. На веранду выходят

Раиса Павловна и Серафима.

Раиса Павловна (увидев Хвоща в шлеме). Боже! Что у вас на голове?

Хвощ (поднимаясь). Здравствуйте, Раиса Павловна! На голове у меня шлем.

Серафима (раздраженно). Да сними ты его наконец! Глупо и смешно!

Хвощ (снимает шлем и кладет его на балюстраду). Простите! (Садится. Продолжает рисовать.)

Серафима. Так что же все-таки у вас тут случилось, Раиса Павловна? Нас несколько дней не было в городе, мы вашу телеграмму получили только сегодня утром. Вы говорите, что отец здоров? Так в чем же дело? Что за срочность? То по три месяца не видимся - и ничего!
– а то вдруг такой вызов!

Раиса Павловна (растерянно). Сима! Что я вам могу сказать?..

Серафима. Где отец?

Раиса Павловна. В это время дня, как всегда, в лесу.

Серафима. Ну так что же все-таки у вас произошло? Какое событие?

Раиса Павловна. К большому сожалению, к тому, что я вам уже сказала, я ничего добавить не могу.

Серафима. Странно... Итак, он хочет нам сделать какое-то заявление, и притом важное? Любопытно. Очень любопытно.

Хвощ, сидя в кресле, продолжает что-то рисовать.

Раиса Павловна. Поймите меня, Сима! Я чувствую себя в глупейшем положении...

Серафима. Ну что ж... Выходит, мы первыми прискакали?

Раиса Павловна. Моя сестра уже здесь. А ваших еще нет.

Серафима. Дядя Степан тоже приглашен?

Раиса Павловна. Он улетел к себе в Заполярье.

Серафима. Понятно.

Раиса Павловна. А так я всех предупредила... Вы меня извините, пожалуйста! Мне надо еще кое о чем позаботиться.

Серафима. Сделайте одолжение!

Раиса Павловна уходит в дом.

Хвощ (жене). Нас будут кормить?

Серафима. Не очень рассчитывай. На кухне готовят тартинки и разливают томатный сок. Всё как в лучших домах.

Хвощ. Я говорил, надо было дома подзаправиться как следует.