«Джулия, Джулия...»
Шрифт:
– Привет, – небрежно бросила девушка, подходя к Алексу.
Вблизи она уже не казалось такой равнодушной и независимой, как издали. Холли намеренно старалась не смотреть ему в глаза, и Алекс понял, что она волнуется не меньше, чем он.
– Зачем ты хотел меня видеть? – спросила она.
– Мне нужно очень много рассказать тебе, – тихо произнес Алекс.
Они медленно пошли вглубь парка. Дорогу выбирали, не сговариваясь, – маленький парк был исхожен ими вдоль и поперек. Холли смотрела себе под ноги, Алекс – вперед. Ему нужно было сосредоточиться, чтобы
– Зачем ты все это мне рассказал? – спросила она, когда Алекс замолчал.
Холли упорно отворачивалась от него, но по тому, как дрожал ее голос, Алекс догадался, что она вот-вот заплачет. Он вздохнул. Предстояло самое сложное – убедить ее в том, что…
– Я люблю тебя, – просто сказал Алекс.
– Я это уже слышала, – усмехнулась девушка.
Она взрослела на глазах. Уже не беззаботная глупенькая девчонка была перед Алексом, а умудренная жизнью женщина…
– Нет, ты не поняла… – Он замотал головой. – Мне очень плохо без тебя. Я и представить себе не мог, что это возможно. Я рассказал тебе все, чтобы между нами ничего не стояло. Да, мы с матерью ужасно поступили. Но сейчас она на собрании акционеров в компании Дэнниса. Хочет вернуть ему акции и все исправить… А я тут. – Алекс опустил глаза. – Я просто хотел спросить тебя… Может быть, мы попробуем еще раз?
Холли зябко обхватила плечи руками и пристально разглядывала Алекса. Она действительно повзрослела за последние несколько месяцев. Страдание – хороший учитель. От легковерной девчонки, влюбленной без оглядки в красивого бармена, не осталось и следа. Но ушла ли любовь?
Что-то всколыхнулось в сердце Холли после слов Алекса. Сладкая, теплая надежда на счастье… Ведь она ни на секунду не забывала о нем. Да и разве это возможно? Даже сейчас, когда разум возмущен его бесчеловечным поступком, сердце замирает при одном взгляде на него. Зачем ему лгать? Почему бы ей не простить его? В конце концов, оскорбленная гордость – невысокая цена за возможность прижаться к нему истосковавшимися по его поцелуям губами…
Что-то в лице Холли дрогнуло, и Алекс почувствовал, что ее непримиримость ослабевает…
Немногочисленные посетители Олдершотского парка удивлялись, натыкаясь на парочку влюбленных, целовавшихся прямо посередине центральной дорожки. Но у Холли и Алекса не было сил оторваться друг от друга, чтобы отойти в сторонку. Слишком долго они были в разлуке…
– А почему твоя мама решила вернуть акции дяде Дэну? – спросила Холли, когда они с Алексом окончательно выдохлись и присели на скамейку отдохнуть.
У мальчишки-мороженщика Алекс купил для Холли ароматный ванильный шарик, и она с удовольствием облизывала его. Жизнь никогда не казалась ей столь прекрасной, как сейчас. Чудесная летняя погодка, самое вкусное в городе мороженое, а главное, все недоразумения в прошлом и рука Алекса
Алекс задумался. Поступки Джулии, даже самые на первый взгляд нелогичные, всегда имели под собой причину. Но сейчас он никак не мог подобрать подходящего объяснения…
– Может, она рассчитывает вытянуть что-нибудь из дяди Дэна? – рассуждала сама с собой Холли. – Ох, прости, Алекс.
– Ничего страшного, – вымученно улыбнулся молодой человек. – Моя мама совсем не так меркантильна, как может показаться. Она очень многое потеряла, отказавшись от дружбы Генри Басквела. Если бы ты только видела наш дом в Лос-Анджелесе!
– Дядя Дэн тоже очень богат. – Самолюбие Холли было задето.
– Нет, здесь дело не в деньгах, – покачал головой Алекс. – Она в последнее время сама не своя… Давно я ее такой не видел…
– Слушай, а может, она в него влюбилась?! – воскликнула Холли и сама же рассмеялась абсурдности своего предположения. – Нет, это вряд ли…
Но Алекс так не думал.
– В этом что-то есть, – пробормотал он себе под нос.
– Да ты что, я просто глупость сморозила.
– Почему?
– Ну… – Холли замялась. – Твоя мама такая красавица, а Дэннис… Он прелесть, но ей совершенно не подходит. В нем нет абсолютно ничего романтического…
– Ну а вдруг ты все-таки угадала? – настаивал Алекс.
– Мы это очень скоро узнаем, – пожала плечами Холли. – Раз сегодня на собрании она вернет ему акции, у них больше не будет причин ссориться. И вот тогда все станет ясно…
Глядя в гневные глаза матери, Алекс вспомнил слова Холли. Счастливой влюбленной женщиной Джулию, конечно, не назовешь. Однако чем вызвана ее ярость и желание немедленно уехать из города, а также это красное платье и вечерняя прическа? Слишком ярко горят ее глаза для праведного негодования… Что могло настолько вывести из себя женщину, которая всю жизнь была для Алекса образцом самообладания? Неужели Холли права?
– А как мистер Ридман отреагировал на то, что ты вернула ему акции? – спросил он.
– Я же тебе говорила, что не желаю о нем слышать! – моментально вскипела Джулия. – Лучше собирай вещи.
Алекс повиновался. Он по опыту знал, что сейчас с Джулией спорить бесполезно. Надо дать ей успокоиться, остыть. И тогда можно будет выведать у нее всю правду…
– Мам, ну хоть до завтрашнего утра давай останемся, – взмолился Алекс. – У нас же все оплачено. Тебе никто не станет здесь деньги возвращать.
Джулия задумалась. Пора вспоминать науку, которую она постигла в совершенстве, – науку экономии. Она не потратит ни цента из денег, отданных ей Дэннисом. Следовательно, снова надо считать каждый цент, чтобы они смогли протянуть до того, как найдут в другом городе работу.
– Хорошо, – нехотя кивнула Джулия. – Но завтра с утра мы уезжаем.
Алекс улыбнулся, пожелал матери спокойной ночи и пошел к себе. До завтрашнего утра еще многое может произойти!