Чтение онлайн

После этой биополевой вивисекции бывший генерал и жених княжны Громовой, вряд-ли смог бы предъявить претензии своему убийце в ближайшие махакальпы вселенского цикла. Для Капитана появление во сне такого персонажа означало, что или он начинает потихоньку сходить с ума от тоски, сваливаясь в злобное самоедство, или что его собственное подсознание предупреждает о грядущих неприятностях.

Вдруг Капитан почувствовал как нечто, неясное, ускользающее, зыбкое, но вполне доступное восприятию как угроза, на полном ходу несется к нему. Секунду спустя ЭТО приняло конкретные очертания. Маленький кораблик задрожал, сначала незаметно, а потом так, что завибрировали откинутые в рабочее положение

контрольные панели пульта, запрыгали, стали валиться с полок незакрепленные предметы. Заорали сигналы тревоги, на пульте замигали красные огни, предупреждая об опасности. Джек моментально вывел реактор на максимум, активировал энергополя.

Под впечатлением сна, он хотел было отстрелить опоры и стартовать а аварийном режиме, но сверхчувственное восприятие подсказало ему реальную картину процесса.

Просто по горному склону в сторону станции катится обыкновенная лавина. В этом нет ничего мистического и запредельного. Весеннее тепло понемногу разрушает ассоциаты легкоплавких газов и вызывает подвижки снегоподобной массы. Он готовился к сезону лавин и предусмотрел способы противодействия.

Поняв, что на самом деле происходит, Капитан решил ничего не предпринимать.

Капсула вздрогнула под напором грязно-белой массы, но выстояла, рассчитанная на противодействие силам космических катастроф. Снег завалил смотровые блистеры, закрывая небо. Глубинные радары вошли в режим сканирования, определяя, как глубоко завалило маленький кораблик. Капитан грязно выругался.

"Все шутки шутишь", — добавил он, поглядев на экран. Массы снегового заряда едва хватило, чтобы взлететь волной через крутой гребень и расплескаться по пологому склону внутреннего кратера. Автоматика включила особый режим тяги посадочных моторов. Закрученный в тугие жгуты вихрей, воздух утробно заревел вокруг спасательного модуля.

Молочно — белая воронка искусственного смерча высоко взметнулась в черное небо, разбрасывая снег. Скоро с последствиями происшествия было покончено.

Эндфилд продолжил свою подготовку к трудовому дню. Обычно, процесс был рассчитан до мелочей, скор и не оставлял места мыслям, чтобы не лезла всякая дрянь в голову.

Но сегодня Капитан решил уделить себе лишних полчаса. Это не было связано с лавиной. Он запланировал маленькую расслабушку вчера, по поводу успехов в проходке. Он прихватил из контейнера бутылку чистой воды и праздничный завтрак. Лед в емкости за ночь растаял, и Эндфилд наслаждался вкусом хорошо заваренного чая. Праздничный завтрак был дополнен сладким пирожным и плиткой шоколада. Капитан, с той поры как пристрастился к дорогой патрицианской кухне, находил армейскую снедь, мягко говоря, убогой. Но он умел радоваться тому, что есть. Поглощая вязнущее на зубах плохо пропеченное тесто, покрытое сорбитовой глазурью, он вдруг вспомнил, как много сил потратила Ника, чтобы отбить у него вкус к отраве из синтезатора.

Помимо его желания вспомнилось то лето на Деметре, когда жизнь улыбалась ему улыбкой молодой и красивой дочери генерала СБ. Вспомнились их разговоры, когда они долгими вечерами гуляли в обнимку по княжескому парку, наслаждаясь темнотой и обществом друг друга. Над головой звезды горели как сочные россыпи бриллиантов, давая мягкий, колдовской свет. А на земле его сводили с ума другие светила. Он утопал в изумрудных омутах ее глаз. Джек и Ника не могли оторваться друг от друга, беседуя обо всем и ни о чем, без утайки рассказывая друг другу о своей жизни, мечтах, надеждах. Все было впервые и вновь, свежо и остро будто в первый раз.

"Ника", — подумал Джек. — "Отчего ты не остановилась на этом? Зачем тебе понадобилось все остальное?" Он знал ответ на этот вопрос. Управителям и Службе Безопасности потребовался

простак, который снова вытащил бы для них из огня тысячу-другую лет безраздельного господства. Но Ника и вправду любила… И использовала свою любовь как оружие, чтобы добиться своего. План был хитроумным, подлым, опасным для него и для нее. Разумеется согласия Эндфилда никто не спрашивал…. Но до сих пор, зная всю подноготную вечноживущей Управительницы, скрытой под личиной юной девушки Ники, он продолжал вспоминать свое 34-ое лето, как лучшее время своей жизни.

Он часто себя спрашивал, — отчего он не остался с бессмертной ведьмой после того, как победил ее врагов? Она ведь готова была наградить его по самому высшему разряду, дать самое лучшее из того, что есть в подлунном мире… И всякий раз, после сильного внутреннего сопротивления признавал, что не может позволить быть рядом той, кто знает его лучше, чем он сам. Той, что слепила его по своей памяти, наполнив вынутую из небытия бессмертную сущность своего давнего возлюбленного. А еще оттого, что Капитан никак не мог понять кто он. Дешевая, запрограммированная подделка или свободная личность, воскрешенная любящей женщиной?

Вдруг внимание Капитана привлек отрывок передачи на втором навигационном канале боевых частей ВКС, подхваченный анализатором из потока. Качество сигнала было отвратительным, запись тонула в шумах. Эндфилд без труда опознал в импульсах помех, наводки от близких взрывов на резонаторах гиперпередатчика.

Объект, с которого велась трансляция, скорее всего, «четверка», крейсер-истребитель, вел бой, не прекращая вещания. Джек долго вслушивался в призрачный голос, разрываемый короткими харкающими звуками взрывов и нудным воем широкополосных станций глушения, пока не понял, что в эфире звучат отрывки из его собственной, Джека Эндфилда книги. Передача была прервана после серии мощных разрядов, и возобновилась лишь через несколько минут, необходимых для переключения на запасной комплект антенн.

— Вы прослушали отрывки из обзора реальной истории Обитаемого Пространства, составленного Дмитрием Полупановым на основании подлинных документов Службы Безопасности, найденных разведывательными подразделениями Повстанческого Флота.

Джек ошалело посмотрел на индикатор воспроизведения, словно компьютер мог самопроизвольно изменить порядок дешифровки сигнала, и выдавать жуткую околесицу вместо правильных слов. Никаких новых исследований разбитого почтовика, на котором погиб Глеб, не проводилось, и, собственно говоря, не могло быть проведено, поскольку мертвый корабль был подорван много лет назад спецкомандой СБ, вскоре после того, как мадам Громова получила доступ к его, Джека Эндфилда, секретным записям.

"Лихо гнет Катран" — с раздражением подумал Джек. — "А завтра они скажут, что все это было проделано приказа бессменного ее лидера повстанцев — генерала Полупанова, который мудро и прозорливо понял необходимость сбросить оковы лжи, которыми опутали народ борзописцы от историко-идеологического отдела СБ"

"Катранчик — скотина! Барбосина долбанный! Гад! Подлый ворюга!" — Джек в ярости ударил кулаком по столу — "Хоть бы слова кое-где переставил, дал себе такой труд". "Мало мальчику Диме поста командующего" — устало и зло подумал Капитан. — "А главное у него всегда найдется объяснение. Он скажет, что никто бы не стал слушать Эндфилда, злобного психа, кровавого палача, убийцу десятков и сотен миллионов людей. И добавит, что именно так представит Джека официальная пропаганда. А он, Дмитрий Полупанов, ради общего дела, ради того, чтобы восторжествовала правда… Тьфу… И добавит, что лично, рискуя жизнью, отражая атаки врага, передавал в эфир… Тот, кто не знал Катрана, пьяницу и демагога, пожалуй, поверил бы"…