Чтение онлайн

Он стоял в одиночестве в траве, которая доходила ему до бедер, и плакал, вытянув руку. Его маленькие пальцы были широко расставлены и слегка дрожали. Его лицо раскраснелось и осунулось, щеки надулись, и он плакал, зовя маму. Даже с того места, где она стояла, было видно, что он весь в крови. Его футболка выглядела разорванной и висела на нем, как жилетка.

Эми прыгнула через сточную канаву и чуть не потеряла равновесие, когда ее нога угодила в грязь.

– Натан!
– крикнула она.

Мальчик за своими стенаниями не слышал ее.

Эми приближалась

к нему, когда ее ноги наткнулись на что-то твердое. Она почувствовала, что оно вращается. Жесткий узкий кусок врезался ей в голень. От удара ее ногу отбросило назад, а верхнюю часть тела вперед, в результате чего она упала на землю у ног Натана.

Из ее легких вышибло воздух. Она хотела немного полежать, отдохнуть минуту-другую, перевести дух. Но она не могла. Ей нужно было подниматься.

Натан стоял в нескольких дюймах от нее и в диком исступлении кричал, зовя свою маму. Один глаз у Натана воспалился и опух, а между двумя пухлыми губами виднелся белый просвет. Его крики усилились и перешли в визг, когда он перевел дыхание.

Вскочив на колени, Эми обхватила спину Натана и рывком притянула его к себе. Он по-прежнему кричал и словно ничего не замечал. Она положила руку ему на затылок и притянула его к себе. Она почувствовала, как его теплые слезы капают ей на грудь, струйками стекают между грудей. Тело мальчика казалось горячим и лихорадочным, он дрожал, прижимаясь к ней.

Она попыталась успокоить его, но мальчика невозможно было заставить замолчать.

Прижимая его к себе, она ковыляла на коленях. Земля была твердой и шершавой, царапала кожу. Она увидела, что в нескольких футах от нее в траве лежит то, о что она споткнулась.

Большая сковорода.

К одной из ее стенок прилип кусок розовой плоти. На конце куска виднелась шерсть, похожая на шерсть Джаггера.

Дженис, должно быть, ударила Джаггера.

Но где они сейчас?

Натан ерзал в ее руках, пытался вывернуться. Должно быть, он ищет Дженис. Эми даже представить себе не могла, свидетелем чего стал маленький мальчик.

– Мама!

– Мы найдем ее, Натан, мы найдем...

Слова Эми застряли у нее в горле, когда она проследила за взглядом Натана.

Холодная, как будто покрытая шипами рука сжала ее внутренности.

Джаггер продирался сквозь сорняки, в его пасти находилась Дженис, которую он удерживал за позвоночник. Она свисала с его пасти, руки болтались, а ладони касались травы.

Ее ноги свешивались, с другой стороны, пасти Джаггера, колени волочились по земле параллельно ее рукам. Кожа на ее спине была разодрана вместе с ее футболкой. Между зубами Джаггера был зажат стержень ее неровного позвоночника

Так же, как он таскал свою веревку для игр,– поняла она.

Джаггер увидел Эми и остановился. Опустив голову, он опустил Дженис на землю, тем самым демонстрируя свое отношение к Эми.

– Джаггер... что с тобой произошло?

Шерсть на нем выглядела нечесаной и грязной,

сгустки крови образовали комковатые шипы. Она увидела, куда Дженис ударила его сковородкой - широкая рана тянулась от морды до самой верхушки головы, заканчиваясь на черепе. На черепе виднелась серая кость, залитая чем-то красным. Казалось, что на морде Джаггера маска, которую частично растянули и оставили свисать с головы.

Как он выжил после такого удара, Эми не понимала. И глаза у него сейчас были совершенно другие. Из нежно-карих они приобрели гнойно-желтый цвет, из уголков сочились сгустки, напоминающие салат из яиц.

Джаггер пригнул голову, пристально смотря на нее. Она отчетливо видела раны на его голове. На одних кровь засохла, превратившись в корку, но более свежие раны, казалось, сочились вниз между его глаз.

Он оскалился, издав рык, который она никогда не слышала от своей собаки. Она не столько услышала, сколько ощутила рык в пальцах своих ног.

– Джаггер, полегче...

Его рык перешел в рычание, с зубов капали густые темные слюни. Она увидела маленькие кусочки плоти, застрявшие в его зубах.

Натан заплакал сильнее, и она прижала его лицо к своему плечу, заглушая его звуки. Его слезы растекались по ее коже.

– Это же я, малыш, - сказала она Джаггеру.
– Это же я, - казалось, что звук ее голоса еще больше взволновал Джаггера и его рычание стало еще более злобным.
– Неужели ты не хочешь пойти домой?

Казалось, слова сбили его с толку. Хотя его пасть по-прежнему злобно скалилась, его глаза стали немного спокойнее. Она уловила поскуливание за грозным рычанием. Казалось, какая-то его часть хотела домой, но другая часть не желала ничего, кроме кровавой расправы. И именно эта часть Джаггера одерживала верх над внутренним смятением, которое, как она заметила, происходило внутри собаки. Глаза Джаггера снова заблестели, рычание сменилось страдальческим воем.

– Джаггер... пойдем домой. Ладно?

Он залаял. Брызги пенистых теплых слюней попали ей на ноги. В его лае не было ничего радостного, только злость, сообщавшая ей, что домой он не пойдет.

Слезы навернулись на ее глаза, горло сдавило. Почему Джаггер так поступал? Неужели он совершил все то, о чем рассказывал Марк? Она вдруг почувствовала, что сейчас ей больнее, чем тогда, когда она узнала о том, что Тереза и Ник трахаются. Больнее, чем тогда, когда отец заставлял ее чувствовать себя никчемной, ненужной и одинокой.

Она знала, что Джаггер был всем, что ей было нужно в жизни, а теперь он отвернулся от нее, как и все остальные люди раньше. Эми никогда не чувствовала себя такой одинокой, такой обманутой. Она понимала, что поступает эгоистично, чувствуя себя одинокой, когда столько других людей были ранены или убиты, но ничего не могла с собой поделать. Джаггер принадлежал ей, и он причинял ей боль больше, чем кто-либо другой, он разбил ей сердце, разрушил ее душу.

– Как ты можешь так поступать со мной?
– закричала она, прижимая Натана к себе.
– А? Что я тебе сделала?!!