Чтение онлайн

— И кого же ты выберешь?

— Джилл на полгода старше меня, — пожал он плечами. — Все остальные девочки куда младше. Придется подождать. — Говорить на эту тему ему было немного неловко. Он взглянул вверх, туда, где у ствола небольшая горстка граждан пробовала свои силы в полетах. — Хотелось бы мне туда. Вы, наверное, летаете всю свою жизнь, да?

— Это мне надо быть там и учить ваших людей нормально летать. Чертов «пух»… — ответила Карлот и закатала один из свободных длинных рукавов своей алой блузы. Зеленый мох на ее руке уже подернулся коричневатым оттенком, а область его распространения заметно

уменьшилась. — А у тебя как дела? — Она коснулась его щеки. «Пух» наполовину усох и на ощупь казался колючим. Его полоска сбегала вниз по шее и заканчивалась на груди.

— Уже засыхает. Еще десять дней, и от него не останется ни следа.

— Древесный корм, слишком долго.

— Нам надо лишь немножко потерпеть и некоторое время не выходить на яркий свет. «Пух» не может жить без солнца.

— Да.

— Разер! — донесся откуда-то с запада голос его Первой Матери.

Разер поспешил по сплетенным спинным веточкам навстречу Минье. Карлот подождала немножко и запрыгала вслед за ним. Ее разной длины ноги придавали ее бегу несколько странный вид, но, несмотря на это, за ней было приятно наблюдать: прыжок маленький — большой, маленький — большой; она словно порхала над сплетениями ветвей. Скоро она будет бегать даже быстрее Джилл. Она обогнала Разера на добрых шесть метров и, подбежав к Минье, повернулась и послала ему нежную улыбку. Но услышав слова Миньи, мигом посерьезнела.

— …Подобрался слишком близко к Устью дерева и теперь не может… — Минья замолкла и начала снова: — Разер! Неприятности с детьми. Хэрри, Квен и Гори пошли поиграть в старые западные комнаты. Гори залез слишком далеко, Хэрри и Квен не достать его, а самому ему не выбраться.

— А ты не пробовала помочь ему?

— Нет, не успела. Разер, я даже не знаю, как долго Хэрри добирался до деревни, чтобы позвать нас на помощь.

— Понятно. — Хэрри, должно быть, сначала попытался сам спасти Гори, еще некоторое время он наверняка набирался храбрости сообщить эту новость матери. А Гори всего лишь пять лет! — Мне нужен нож или что-нибудь режущее, — сказал он.

— Что?

— Телосложением мы ничем не отличаемся друг от друга, Первая Мать. Просто я ниже ростом. Мне, возможно, придется прорубаться сквозь спинные ветви.

Марк, пригнувшись, шел вперед. Его длинные волосы и борода, словно губка, впитывали пот. Брус, вырезанный из большой спинной ветви и привязанный к его спине, весил почти столько же, сколько он сам. Тяжело дыша, Марк карабкался вверх по жернову, стараясь держаться выше Кэрилли и семерых детишек. С брусом на спине Марк заменял двух взрослых людей.

«Жернов» был шести метров в диаметре и четырех в ширину — деревянное колесо, сложенное из спинных веточек. Вода, бегущая вниз по стволу, лишь слегка подталкивала его, и требовалось еще несколько человек, чтобы приводить в движение лифт.

Стало немного полегче — жернов завращался быстрее. Сейчас, должно быть, клетки лифта проходили мимо друг друга.

— Всем с жернова! — выдохнул Марк. — Пошли!

Семеро заливающихся смехом детишек выпрыгнули из колеса, внутри остались только Марк и Кэрилли.

Солнце проглянуло сквозь листву, и на их лица упал случайный лучик света.

Темная кожа Кэрилли блестела от пота; тяжело дыша, она шла рядом с Марком. Он знал, она

понимает его.

— Кэрилли, когда верхняя клеть достигает самого верха, она… она ничего не весит. Нам приходится поднимать тогда нижнюю клеть. А сейчас… клети находятся почти друг напротив друга. Я могу справиться с этим один. Но спустя некоторое время… нижняя клеть начнет падать. Я должен буду выйти отсюда. Встань за тормоз. Замедли ее падение. — Она наблюдала за ним, прислушиваясь к его словам. — Выпрыгивай, давай.

В тот же самый миг он вдруг заметил, что она боится.

— Ну, хорошо. — Марк позволил клети завертеть себя. Перевернувшись, он зацепился за противоположную сторону. — Я замедлил движение жернова. Ты можешь сейчас выбраться?

Кэрилли выползла наружу.

А двадцатью километрами выше Лори и ее ученики, должно быть, гадали, что такое случилось там, внизу. Марк снова принялся вертеть колесо. Тело его исполняло привычную работу, тогда как мыслями он был далеко отсюда.

Давным-давно, в дальних краях, когда-то существовала цивилизация.

На Лондон-Дереве были специальные велосипеды, при помощи которых поднимали грузы к середине дерева, и велосипеды эти крутили разморы. Жизнь на Дереве Граждан была весьма примитивной. Да, конечно, они обладали ГРУМом, в свое время принадлежавшим Лондон-Дереву: ученая штука, оставшаяся им с той поры, когда люди пришли со звезд. Иначе бы пришлось строить все самим.

Марк объяснил беженцам, как построить лифт. Марк хотел сделать велосипеды, но вместо этого Ученые построили жернов. Рядом с жерновом хранился серебряный костюм, шлем которого был всегда откинут. Граждане, находящиеся в ГРУМе, могли вызвать лифт, воспользовавшись встроенной в костюм рацией.

Чуть ниже жернова раскинулась ложбина Общинных комнат. Марк заметил две небольшие фигурки, направляющиеся на восток. Высокая темнокожая девушка намного опережала юношу, который двигался более медленными, короткими шагами, словно сила прилива больше действовала на него.

Его сын. Это видно по росту. Разеру суждено было стать следующим Серебряным Человеком, но сам Марк никогда бы не пожелал своему сыну такой судьбы. Марк подумал, понимают ли граждане, каким богатством обладают. За тот небольшой отрезок времени, что существует Дерево Граждан, ни разу не возникло нужды в непобедимом воине, и серебряный костюм превратился в обычное устройство, используемое для связи друг с другом.

Если б не тот дурацкий поступок, Марк до сих пор оставался бы гражданином Лондон-Дерева. Но в таком случае он никогда бы не увидел звезд… И своего сына.

Жернов начал вращаться сам по себе. Марк выпрыгнул, скинул со своих плеч деревянный брус и посмотрел на ствол. Нижняя клеть пока не показалась.

— Пускай себе вращается, — сказал он. Если б Кэрилли могла говорить, улыбалась бы она ему так, как улыбается сейчас? Он взял ее за руку:

— Лори хотела, чтобы ты отправилась с ними. Но ты боишься подниматься на ствол, да? — Когда Марк еще жил на Лондон-Дереве, он знавал некоторых граждан, которые до смерти боялись упасть. Это было врожденным. Но, допустим, женщина родилась в Штатах Картера, неужели она будет бояться невесомости до конца своих дней? Нет, только в том случае, если на этот страх належится еще страх пожара.