Чтение онлайн

Джессика заметила, что ее разглядывают, и тут же перестала улыбаться.

— Что? Что такое? — насторожилась она.

— Ничего…

— Я чересчур увлеклась, да? Простите. Ведь это ваш дом, и это вы будете принимать гостей…

— Нет, нет, все в порядке. Просто я увидел, какая ты на самом деле, и мне это очень понравилось.

Только тут Кристофер спохватился, что совершил ошибку. Он не только сам нарушил конвенцию, но и дал понять, что девушка тоже переступила черту. Джессика тут же нахмурилась и замкнулась,

словно цветок, который закрывает лепестки после захода солнца.

Ах, так… Думает, она хитрее всех, подумал Синглтон. Несмотря на то что Глэдис хотела, чтобы Джессика пустила здесь корни, Кристофер сильно сомневался, что девушка надолго задержится в Денвере. Иначе зачем бы ей стремиться поступить на работу, вместо того чтобы ограничиться помощью по хозяйству? И почему она такая скрытная?

Нет, у этой девчонки на уме только одно: как можно скорее сбежать отсюда. Но Кристоферу лучше держаться от нее на расстоянии, если он не хочет окончательно спугнуть ее…

Придя на автостоянку, он открыл перед Джессикой дверцу машины.

— Интересно было, правда? Джессика откинулась на сиденье, стараясь не встречаться с ним взглядом

— Да. Теперь дом приобретет жилой вид. Особенно если всюду расставить кадки с пальмами. Вам понравится. — Вид у нее при этом был довольно сердитый.

— Спасибо за идею.

Она пожала плечами и окончательно замкнулась. Кристофер барабанил пальцами по рулевому колесу. Молчание девчонки действовало ему на нервы. Она напоминала тихий омут, в котором, как известно, водятся черти. Хотел бы он знать, что делает Джессику такой колючей и в то же время такой беззащитной.

Может быть, во всем виноват переезд. Далеко не каждому легко дается расставание с домом, с привычной обстановкой, оставшимися за две тысячи миль отсюда. И все же Кристофер не мог отделаться от чувства, что причина кроется в чем-то другом.

Джессика продолжала молчать. Правда, по дороге домой Кристофер заметил, что девушка с любопытством поглядывает в окно, хоть и старается делать это незаметно. Но стоило ему посмотреть на Джессику, как та упиралась взглядом в коленки.

Кристофер почувствовал, что его кольнула жалость. Бедная девочка, она никогда не путешествовала, а сейчас небольшая заплатка на плече лишала ее удовольствия полюбоваться незнакомым городом из окон автомобиля…

— Мы едем по другой дороге, — настороженно заметила она.

— Сделаем небольшой крюк. — Кристофер объехал деловой центр и оказался в начале длинного, широкого проспекта.

— Тебе раньше не доводилось путешествовать? Джессика отрицательно покачала головой. Синглтон машинально свернул к зданию фирмы «Драйвер, Магерс и Роут».

— Вот здесь я работаю.

— Священное место… — ехидно заметила Джессика.

Когда они проезжали мимо красивого викторианского особняка, перестроенного под офис, девушка так ерзала на сиденье, что лишь героическое усилие

позволило Кристоферу удержаться от смеха.

По дороге домой Кристофер свернул в городской парк. Он поехал туда совсем не потому, что хотел похвастаться местной достопримечательностью: Синглтону не терпелось увидеть выражение лица Джессики. И девушка его не разочаровала.

Однако по возвращении домой Джессика вежливо и равнодушно бросила «спасибо за экскурсию», а затем ушла в свою комнату и до вечера просидела там, печатая письма.

Что ж, он сделал все, что мог. И если не сумел пробить ее броню, никто не виноват…

Кристофер приготовил обед из свежезамороженных полуфабрикатов, поел, через дверь крикнул Джессике, что ее порция стоит в микроволновой печи, а потом уехал к Эмили.

И прекрасно, что Джессика решила жить сама по себе, думал Синглтон, садясь в машину. Он вовсе не собирается тратить на эту девицу драгоценное время.

Джессика сидела на кровати, подобрав под себя ноги, и ее пылкое, красноречивое перо прилежно заполняло страницы дневника:

«Мы ездили в городской парк — чудесное место, заставившее меня чувствовать себя так, словно я нахожусь на другой планете. Наверно, Кристофер удивился моему молчанию, но я просто не могла говорить, потому что в горле стоял комок.

Юрод очень красивый. В нем много пространства. Огромное небо, голубое-преголубое. Воздух до того чистый и разреженный, что начинает кружится голова… Мне все интересно, все кажется необычным, загадочным: и дома, и площади, и люди…

Я нахожу Кристофера таким же завораживающе прекрасным, как и здешние места. В том совершенном мире, где не имеют значения ни возраст, ни образование, ни классовое происхождение, мы могли бы быть друзьями. А иногда мне приходит в голову, что нас могло бы связывать нечто большее, чем дружба».

Джессика уставилась на фразу, которая сама собой возникла под пером, и почувствовала, что у нее бешено заколотилось сердце. Поразительно, как ей могла прийти в голову столь идиотская мысль…

Когда на следующее утро Кристофер спустился вниз, Джессика уже мыла стены в приемной.

— Привет… — Джессика смотрела, как он щурится от яркого солнца, и думала, что этот растрепанный мальчик в синих трикотажных штанах ничуть не похож на преуспевающего адвоката.

— Что, тяжело вчера пришлось?

Кристофер громко застонал в ответ.

Джессика принялась тереть стену с удвоенной энергией, стараясь не думать о том, что могло довести его до такого состояния.

— О-о, кажется, пахнет кофе… — оживился Кристофер.

— Ну да. И еще пирожками с яблоками. Только что из духовки.

Кристофер словно воскрес из мертвых.

— Прекрасно! Я мигом… Выходя в холл, он вдруг спросил:

— Это Глэдис научила тебя печь? Помню, когда я был маленьким, она варила из вишен что-то вроде компота.