Чтение онлайн

Двойник. Он послал меня передать вам приговор.

Мужчина. Я невиновен.

Двойник. Каждый из нас виновен в чьей-то смерти.

Мужчина. Я не убивал.

Двойник. Да, убил я.

Мужчина. Какое мне до этого дело? Какое мне дело до вашей вины? Почему я должен отвечать за то, что сделали вы?

Двойник (неумолимо). Вы сделали бы то же самое, если бы оказались на моем месте. Моя вина – это и ваша вина. У нас одно лицо, одно тело, душа, мы были схожи уже в зародыше.

Режиссер.

Если позволите, я прерву действие.

Драматург. Мне будет трудно потом продолжить.

Режиссер. Двойник действует от лица Верховного суда?

Драматург. Возможно.

Режиссер. Но ведь он постоянно об этом говорит.

Драматург. В конце концов вы сами вложили в его уста эти слова.

Режиссер. Надо внести ясность. Действительно ли это приговор Верховного суда или этот суд – всего лишь выдумка двойника?

Драматург. Мне это безразлично.

Режиссер. Вы уклоняетесь от ответа.

Драматург. Я могу сказать лишь одно – в нашей пьесе важна только мысль о Верховном суде.

Режиссер. Тогда она должна прозвучать яснее.

Драматург. Вы педант, сударь.

Режиссер. Нет, я просто режиссер.

Драматург. Не будем спорить. Представьте небольшое здание в стиле рококо с многокрасочными узорами, зал суда с безвкусными статуями правосудия; полдома утопает в зелени огромного парка; в густой листве могучего кедра, акации, пихты. В дни суда среди деревьев теряются черные автомобили судей. Слышно, как где-то стучит дятел, кричит кукушка… Солнце, застрявшее в листве, серебряные брызги фонтана… Это вас устроит?

Режиссер. Прямо сон какой-то.

Драматург. Да, все как во сне.

Режиссер. И этот Верховный суд приговорил героя к смерти?

Драматург. Вроде того.

Режиссер. Приговорил, потому что все люди виновны в чьей-либо смерти?

Драматург. Так утверждает Верховный суд.

Режиссер. Но эту мысль нельзя понимать дословно!

Драматург. Верховный суд понимает ее дословно.

Режиссер. И что же дальше?

Драматург. Признаться, дальнейшее действие представляется мне лишь в общих чертах. Думаю, вскоре после визита двойника в дом ворвались полицейские и арестовали героя по приказу Верховного суда.

Режиссер. А двойник?

Драматург. Исчез. Мужчину ведут в тюрьму. Он уверяет, что невиновен, – стража только пожимает плечами, он протестует – его не слушают.

Режиссер. Он может обратиться за помощью к адвокату.

Драматург. Адвокаты отказываются рассмотреть его дело, вина его бесспорна, приговор вынесен, а утверждение обвиняемого, будто убийство совершил не он, а его двойник, воспринимается как дешевая уловка.

Режиссер. Значит, только он да Верховный суд и знают, что этот двойник существует?

Драматург. Да, больше никто этого не знает.

Режиссер. Пусть он обратится к Верховному суду.

Драматург. К Верховному суду невозможно обратиться.

Режиссер. У меня начинает складываться невысокое мнение

об этом учреждении.

Драматург. Ничего не могу поделать.

Режиссер. Итак, правосудие возмущено и непреклонно в своем решении, а наш герой, несмотря на это, продолжает твердить, что он невиновен.

Драматург. Он в отчаянии. Не переставая, кричит из темной камеры, что с ним поступили несправедливо.

Мужчина. Я невиновен! Я говорю вам, я невиновен! Я знаю – мне трудно поверить, взывать к вниманию судей все равно, что обращаться к стенам моей камеры, но я невиновен. Я такой же человек, как любой из вас. Обыкновенный человек. Утром встаю, вечером ложусь спать, смутно помня прожитое. Тружусь, чтобы есть, ем, чтобы трудиться, и радуюсь неожиданным удачам. Не спрашивайте, почему я здесь, в этих убогих каменных стенах. Я не знаю! Я говорю вам – я невиновен. Я не убивал! Ну как я мог убить, как могли убить эти руки, которые кормят меня, которые, кроме работы, ничего не знали?… Вы должны поверить мне, будь я даже последний мошенник, обманщик или плут, я невиновен. Господи, я невиновен! Я буду кричать об этом всю ночь. Я невиновен! Буду кричать, чтобы отстоять свою правоту перед богом и перед судьями: я невиновен!

Режиссер. Герой прав. Всем должно быть ясно, что он прав.

Драматург. Ночь. Завтра казнь. Он лежит на нарах. Дверь камеры открывается. Обернувшись, герой видит в черном проеме двери двойника. Двойник медленно приближается к нему.

Мужчина. Опять вы?

Двойник. Да, я вновь пришел к вам.

Мужчина. Чего вы еще хотите от меня? Завтра я должен умереть.

Драматург. Нет, не пойдет.

Режиссер. Что такое?

Драматург. Они должны говорить просто. Долой чувства, речь ведь не о них.

Режиссер. Как хотите. Они будут говорить так, словно речь идет о чем-то постороннем, их не касающемся.

Мужчина. Опять вы?

Двойник. Да, я вновь пришел к вам.

Мужчина. Чего вы еще хотите от меня? Завтра я должен умереть.

Двойник. Я пришел, чтобы выслушать ваше признание: вы должны признать свою вину.

Мужчина. Я должен умереть. Я не волен распоряжаться своей жизнью, но и во время казни я буду кричать – я невиновен.

Двойник. Значит, вы упорно отрицаете свою вину?

Мужчина. Я не убивал.

Двойник снимает замок с оков заключенного.

Мужчина. Зачем вы освобождаете меня?

Двойник. Вставайте.

Мужчина. Куда вы меня ведете?

Двойник. Не ваше дело.

Мужчина. Откуда у вас эта власть?

Двойник. Я действую от имени Верховного суда. Осторожно, мы спускаемся по лестнице.

Шаги.

Мужчина. Мы спускаемся, и никто не останавливает нас, сторож нас словно не видит. Что нужно от меня Верховному суду?