Чтение онлайн

Если мне удасться найти за несколько дней капиталиста, не боящегося рискнуть - ладно!... Если нет, я решил не ломать себе голову над этим делом. Пусть это золото лежит на своем месте, пока другой, более предприимчивый человек, не наткнется на него. Я вовсе не был намерен проводить свою жизнь у дверей разных контор в разговорах с жирными джентльменами во фраках в то время, как весь мир, со всеми его радостями и неожиданностями, лежал открыто передо мной.

Прислонившись к парапету набережной у одного из фонарей,

я следил за огнями маленького пароходика, который, старательно пыхтя, бежал вниз по Темзе.

Меня охватило непреодолимое желание поскорее вырваться из отвратительной атмосферы. Я уже ощущал вкус морской соли на губах и запах теплого воздуха на широких пампасах... Я страстно хотел моря, солнца, простора и, больше всего, жизни, с ее смехом и борьбой.

Закинув руки назад, я глубоко вздохнул.

– Слава богу, с этим покончено навсегда!
– вслух произнес я.

– С чем вас я поздравляю!
– послышалось в ответ.

2

Я хорошо владею своими нервами, но тут я невольно вздрогнул...

Быстро обернувшись, я очутился лицом к лицу с высоким широкоплечим человеком во фраке, полуприкрытом длинным пальто.

Его лицо мне показалось странно знакомым. Я внимательно всматривался в него, стараясь припомнить, где я его встречал, и вдруг меня осенило.

– Что это?
– пробормотал я. Разве вы - зеркало?

Если бы не резкая разница в костюме этот человек был бы моей точной копией.

Он улыбнулся странной улыбкой, искривившей его губы и совершенно не соответствующей это холодным, стальным глазам, тщательно изучавшим свою внешность.

– Изумительное сходство, - заметил он спокойно.
– Никогда не думал, что я так красив!

Я поклонился.

– А я никогда не видел себя так хорошо одетым!

– И даже наши голоса...
– удивленно пробормотал он.
– Кто сказал, что на свете не бывает чудес?

Наступило короткое молчание, в течение которого мы все еще оглядывали друг друга. Затем он опустил руку в карман и вынул маленький золотой футляр с визитными карточками.

– Меня зовут Стюарт Норскотт. Вам может быть, знакомо это имя?

Он протянул мне визитную карточку.

Конечно, я слышал о Стюарте Норскотте!

Трудно было не слышать о нем, когда газеты только и делали, что трубили о его делах, о его богатстве. Он неожиданно появился в Лондоне, неизвесно откуда, и снял дом лорда Ламмерсфильда в парке Лэйне.

Я принял карточку Норскотта без дальнейших обьяснений, как будто встреча с двойником - миллионером была самым обыкновенным явлением в моей жизни.

– Меня зовут Джон Бертон, но должен признаться, собственные визитные карточки не входят в программу моей жизни.

Он поклонился и непринужденно сказал:

– Ну, мистер Бертон, если уж судьба таким странным образом столкнула меня с вами, то было

бы обидно не воспользоваться этим случаем, чтобы познакомиться поближе... Если вы не очень спешите, то может быть, доставите мне удовольствие поужинать со мною?

Мне показалось, что ему очень хочется, чтобы я принял его предложение. Я решил испытать его и проговорил с улыбкой:

– Это очень любезно с вашей стороны, но я только что пообедал.

Однако он отстранил мое возражение.

– Хорошо, в таком случае, хоть бутылку вина! Ведь не каждый же день мы встречаем своих двойников!

Мимо нас по набережной медленно проезжал кэб. Не дождавшись моего ответа, Норскотт поднял руку и подозвал кучера.

Когда экипаж остановился, какой-то человек в лохмотьях, до сих пор сидевший на одной из ближайших скамеек, прошмыгнул вперед, как бы желая открыть дверцу экипажа.

Случайно взглянув на Норскотта, я был поражен неожиданно происшедшей в нем переменой.

Его лицо исказилось, и он был похож на человека, которому грозит неминуемая опасномть. Правая рука его мгновенно опустилась в карман, с совершенно недвусмысленными намерением.

– Назад!
– крикнул он резко.

Бродяга, пораженный этим тоном, останавился, освещенный фонарем.

– Простите, ваша милость, - произнес он, - я только хотел открыть вам дверцу...

Голубые глаза Норскотта пронзили его.

– Ладно, ладно, старик, - сказал он более мягким тоном, - вот, получите!...

Он швырнул на панель серебряную монету, и бродяга бросился ее поднимать. Норскотт внимательно следил за ним, потом подошел к экипажу и широко раскрыл дверь.

– Входите, мистер Бертон!
– сказал он и, когда я поднялся в кэб, крикнул кучеру: - В ресторан "Милан"!

Норскотт понял, что я заметил его волнение и натянуто рассмеялся.

– Не люблю таких субьектов, заметил он.
– Это, конечно, глупо, их следует только жалеть, но я не выношу, когда они подходят ко мне!

Его слова были просты и естественны, но ничуть меня не убедили. Мне много раз приходилось видеть людей, застигнутых большой опасностью, и я не мог ошибиться в симптомах. Однако я воздержался от обьяснений и переменил тему разговора.

– Боюсь, что мой туалет не совсем подходит для "Милана", - заметил я.
– Не знаю, удобно ли это?

Норскотт пожал плечами.

– Мы возьмем отдельный кабинет: это будет значительно лучше, чем общий зал!
– сказал он.

Экипаж повернул на Стрэнд.

Выглянув из окна, Норскотт дал кучеру некоторые указания и, свернув вправо, мы остановились перед незаметным боковым входом, не доезжая до ярко освещенного подъезда ресторана.

Уплатив кучеру, Норскотт провел меня в большой зал, где вежливый и почтительный метрдотель вышел нам навстречу: