Двойник короля 11

Примерно что-то такое я ожидал. А то всё слишком просто выходило: едем, готовимся, встречаемся с султаном, и я отправляюсь домой. Очень уж сладко звучало, чтобы быть правдой, особенно для меня.

Молодое тело требовало тут же вскочить и начать кромсать всех направо и налево. Пальцы аж чесались от желания вызвать льда побольше да заморозить всю эту компанию вместе с их грёбаными ружьями. Выпустить всё, что у меня есть, и устроить хаос. Показать им, что такое русский офицер и земельный аристократ.

Но… Сдержался. Опыт прошлой

жизни не зря прошёл. Положу я тут сотни солдат, а дальше? Целая страна против меня? Шансы нулевые, если не отрицательные.

Это сейчас они даже не представляют, кто перед ними. Думают, взяли сопляка-дипломата. А если я покажу свою силу, весь Константинополь на уши встанет. И магов своих пригонят, и какой-нибудь десяток полубов магии, если у них такие есть. А оно мне надо?

Поэтому принял решение подыграть тому спектаклю, в который решили втянуть на вторую роль. Улыбнулся про себя, представляя всю абсурдность ситуации.

Есть только одна проблема — кристаллы. Уверен, что меня будут досматривать и их изымут. Кто ж упустит шанс отобрать магические камни у пленника? А вот этого, я допустить ну никак не могу.

Отдать бею или Зафиру? Нет, не настолько им доверяю. Хрен знает, что у них на уме. Сегодня они вроде как союзники, а завтра султан прикажет, и выпотрошат меня, как карася, лишь бы выслужиться. Ещё варианты? Скормить своим монстрам? Обойдутся, они и так не голодают, а кристаллы нужны мне самому.

Мустафа продолжал что-то активно доказывать офицеру, размахивая руками, словно мельница в сильный ветер. Зафир переводил взгляд с меня на бея и обратно, не зная, что делать. На его лице застыло выражение человека, который безнадёжно проигрался в карты и теперь не понимает, как сообщить об этом жене.

Я опустил голову, делая вид, что смирился с судьбой. И тут же потянул магию из каждого камня, которые переложил в новый костюм. Хрен я отдам своё сокровище! Кристаллы отзывались неохотно, словно не желая расставаться с энергией, но выбора у них не было.

Стоило первой струйке силы коснуться моей кожи, как тело словно погрузили в кипяток. Жар расплавленного металла разливался по венам, заставляя прикусить губу, чтобы не закричать. Магия вливалась потоком — слишком большим, чтобы удержать. Я почувствовал, как она скапливается под кожей, угрожая прорваться наружу ярким свечением.

— Да чтоб тебя… — процедил сквозь зубы, стараясь говорить тихо.

Почти половина энергии впиталась в кожу. Вот же прожорливая дрянь… Остальная часть устремилась к источнику, расширяя каналы магии до предела. Каждая ниша внутри меня трещала от напряжения. Перед глазами поплыли красные пятна, а на лбу выступил холодный пот.

— Магинский? — послышался встревоженный голос Зафира.

Я с трудом поднял глаза. Турок смотрел на меня с беспокойством, но ответить ему я не мог. Всё своё внимание сосредоточил на том, чтобы не дать коже светиться, потому что по ощущениям это вот-вот должно было произойти. Она горела и пульсировала, каждая клетка тела наполнялась сиянием и силой.

Краем глаза заметил, как указательный палец вспыхнул синеватым светом. Тут же спрятал руку за спиной, сцепив их в замок.

Бей всё ещё с кем-то ругался,

голоса вокруг становились громче, а тело сильнее накаляло невидимым для окружающих огнём. Кристаллы почти опустели, но энергия не хотела усмиряться и находить своё место. Она металась внутри, как загнанный зверь. Я уже думал, что вот-вот взорвусь чёртовой радугой, и тогда никаких шансов на тихий вариант не останется.

И вдруг — хлопок! Внутренний, неслышимый для окружающих, словно лопнул перетянутый канат. Тело тут же обмякло, напряжение ушло.

— Да-а-а-а! — выдохнул я с облегчением не в силах сдержать улыбку.

Ну наконец-то… Сколько же ждал этого? Если бы не солдаты вокруг, сейчас бы запрыгал от радости, как пацан. Я архимаг, чтоб их всех! Пятый ранг позади, теперь официально на шестом.

Блин, момент такой важный, а я валяюсь на земле с кучей оружия, направленного на меня. Тут бы впору праздник устраивать, шампанское открывать, фейерверки запускать, а я лежу в пыли и делаю вид, что меня всё устраивает.

Но даже несмотря на ситуацию, настроение взлетело до небес. Я почувствовал, как источник внутри меняется. Он расширился, стал глубже. Каждая ниша с энергией словно выросла в несколько раз. У меня и до этого была магия шестого ранга, а теперь она становится ещё могущественнее.

От возбуждения и предвкушения новых возможностей даже немного пробило дрожью. Представляю, как я сейчас выгляжу. Арестован, скован, а сам улыбаюсь, как пьяный. Да и хрен с ним! Пусть думают, что у меня крыша поехала от страха. Так даже лучше, недооценят.

Снова заметил открытую нишу в своём ядре, совсем о ней забыл. Она тоже увеличилась в размерах. Нужно разобраться, но это потом, а сейчас… Появилась возможность скопировать ещё один вид магии.

— Магинский! — обратился ко мне Зафир, опускаясь на корточки рядом. — Тебя повезут в тюрьму султана.

— А? — чуть повернулся к нему, всё ещё находясь в эйфории от прорыва. — А зачем вашему монарху тюрьма? Он там своих родственников держит, которые на трон покушаются?

Шутка вышла так себе, но в моём состоянии и это казалось верхом остроумия.

— Ты не понял, — поморщился турок, оглядываясь на солдат. — Это самая охраняемая у нас тюрьма, там самые жёсткие условия, а надзирателям разрешено карать заключённых.

— Ничего себе, — улыбнулся ещё шире. — Да это же люкс! А я переживал, что меня плохо встретили. Всё компенсируют, видимо. Золотые унитазы, надеюсь, там есть?

Зафир не оценил мою шутку. Посмотрел на меня, как на умалишённого.

— Продержись несколько дней, — продолжил он, понизив голос. — Бей что-нибудь придумает. Он пойдёт к самому султану на аудиенцию.

— Пусть документы возьмёт, — кивнул я на папку, которую достал из пространственного кольца, чтобы показать местным. — Может, сразу и мир подпишет? А то чего время тянуть? Я бы, знаешь ли, предпочёл побыстрее вернуться домой, дел по горло.

Солдаты поставили меня на ноги, окружили плотной стеной. Поднял голову и встретился глазами с Мустафой. Бей смотрел с каким-то странным выражением — смесь вины, беспокойства и решимости. Кивнул мне, словно давая понять, что не оставит в беде.