Чтение онлайн

Я посмотрел на него с восхищением:

— Вижу, вы не теряли ни минуты!

— Слушай внимательно! — проревел Мэддакс, свирепо глядя на меня. — Агент, знающий свое дело, не будет иметь дело со страхователем, который живет в отеле «Корт»! Проблема с Гудьером в том, что он первым делом думает о своих комиссионных, но не о том, что потом мне придется разгребать то, что он натворил!

Я неодобрительно вздохнул. Гудьер был моим другом. Когда он приезжал в Сан-Франциско, мы с Элен ходили с ним обедать или в кино. Противно было слушать, как Мэддакс его поливает, но я знал, что мои протесты только усугубят ситуацию.

— Он встретился с этой девицей, — продолжал Мэддакс. — Ее зовут Сьюзен Джеллерт. Ее интересовало личное страхование от несчастного

случая на сумму сто тысяч долларов. По-видимому, она занята в шоу-бизнесе и готовит новый номер. Частью этой подготовки является использование страховки в рекламных целях. Не понимаю, чего ради прессу должен потрясти тот факт, что какая-то актрисуля застраховалась от несчастного случая на сто тысяч долларов, а Гудьер и не подумал полюбопытствовать. — Он свирепо подергал себя за нос. — Если бы я там был, я бы тут же задал этот вопрос. По ее словам, полис нужен ей только для рекламы. Она заявила, что ни у Денни, ни у нее денег нет, и, если взносы не будут малы, им придется отказаться от этой мысли. Вот в этот момент Гудьеру и следовало бы оттуда убраться, но не тут-то было: он определил им взносы на полную страховку, и они немедленно смылись. Ну и как тебе это нравится?

— Пока что все нормально, — ответил я. — Лично я могу поверить, что стотысячедолларовый полис можно использовать для рекламы, местные газеты бы за это ухватились. Но, в конце концов, я не такой подозрительный, как вы.

— Да уж, — с горечью заметил Мэддакс, — ты такой же, как Гудьер. Никогда не видишь дальше своего носа.

Пропустив это замечание мимо ушей, я спросил:

— Ну и что же было дальше?

— Эта девица и Денни внесли некое предложение. Они сказали, что пока не заинтересованы в страховании жизни этой девицы, полис им нужен был для того, чтобы ее имя попало в газеты. Они предложили сделать так, чтобы мы не несли ответственности за любые известные риски, и эти риски должны быть перечислены в страховке. Поэтому, по их словам, взносы можно было бы сделать чисто символическими, а у них все-таки будет документ, который они могли бы показать журналистам, если те усомнятся. — Он порылся в бумагах, еще не слетевших со стола, и наконец нашел то, что искал. — Вот он, этот полис, — сказал Мэддакс, хлопнув по листу бумаги. — Втроем они соорудили список известных рисков смерти, и эти риски здесь перечислены. — Он поднял голову и посмотрел на меня:

— Улавливаешь смысл? Если эта девица погибнет по одной из указанных здесь причин, мы не платим, но если она умрет по какой-нибудь другой причине, которая здесь отсутствует, то мы платим. Ты понял?

— Да. Список составлял Гудьер?

— Все втроем. Я сейчас тебе его зачитаю. Слушай внимательно, он довольно длинный. — Он начал читать:

— «Гражданин, застрахованный по этому полису, не имеет претензий к компании, если его смерть наступит вследствие выстрела, удара ножом, действия яда, пожара или утопления в воде, любого несчастного случая, связанного с общественным транспортом, воздушным транспортом или автомобилями, велосипедами, мотоциклами или любыми другими средствами передвижения, вследствие самоубийства или болезни, падения с большой высоты или ранения упавшими сверху предметами, вследствие удушения, асфиксии, ожогов или черепно-мозговых травм, в связи с нападением домашних или диких животных, насекомых или рептилий, в связи с неисправностью электропроводки или оборудования любого типа». — Он швырнул полис на стол и обтер платком красное, лоснящееся от пота лицо. — Ну и как это тебе?

— Нормально. Что вас не устраивает?

Он отодвинулся вместе со стулом, чтобы свободнее размахивать руками.

— Перечислив эти риски, она получает страховку на сто тысяч при взносах пятнадцать долларов в год!

— Это просто грабеж, — улыбнулся я. — Гудьер предусмотрел все риски.

— Ты уверен? — Мэддакс подался вперед:

— Ладно, мы к этому еще вернемся. Дай мне закончить. Гудьер обсудил это предложение со стариком. Будь я здесь, я бы разобрался с ним так быстро, что Гудьер и не

понял бы, что это его ударило. За пятнадцать долларов в год мы рискуем потерять сто тысяч. Это какой-то бред! Когда я сказал об этом старику, он заявил, что мы здесь для того, чтобы служить клиентам, и не всегда можем рассчитывать на выгоду! — Он яростно фыркнул. — Вот погоди, увидишь, что произойдет, если эта девица умрет и нам предъявят претензию: он будет орать как резаный и во всем обвинять меня. — Он схватил полис и потряс им передо мной. — Здесь черным по белому написано, что мы заплатим сто тысяч долларов, если девица умрет по любой причине, кроме тех, что указаны в полисе! По любой другой причине! Разве не чудная ситуация для какого-нибудь хитрого негодяя, который хочет нас надуть?

— Неужели? — с некоторым раздражением осведомился я. — По-моему, Гудьер предусмотрел все риски, и, кроме того, вы не забыли, что эта девушка сама договаривалась о страховке? Вы можете себе представить, чтобы она планировала умереть неким странным образом, чтобы увеличить свой доход на сто тысяч? Я в это не верю.

Мэддакс откинулся в кресле. Довольно долго он молчал, не сводя с меня глаз, потом, наконец, сказал:

— Понимаю. Вчера я думал точно так же. Но теперь я так не думаю. Я сегодня обедал.

— При чем здесь это?

— Очень даже при чем. Я обедал с Эндрюсом из «Дженерал лайабилити» и упомянул эту девицу Джеллерт. Он мне сказал, что его компания приняла полис на точно таких же условиях и для той же самой девицы!

Я попытался вставить слово, но он поднял руку:

— Минутку, я еще не закончил. Я пошел и поговорил еще кое с кем. — Он принялся рыться в бумагах и наконец нашел какой-то листок. — Мисс Джеллерт заключила такие же договоры на ту же сумму еще с девятью страховыми компаниями, что в итоге дает миллион долларов при ежегодных взносах в сто пятьдесят долларов. Ну и что ты теперь скажешь?

— Миллион! — присвистнул я. — Большая сумма, но это не доказывает, что сделка мошенническая.

— Еще какая мошенническая, — мрачно произнес Мэддакс. — Более того, это план убийства!

— Но постойте…

— Да, именно так! — заявил Мэддакс, треснув кулаком по столу. — За двадцать лет я в таких вещах ни разу еще не ошибся. Я чую убийство!

— Вы имеете в виду Денни?

— Не знаю, может быть. Я только знаю, что здесь воняет убийством. Взять хотя бы Денни: он мелкий театральный агент, возможно, разорен. Он придумывает остроумную идею убийства этой девушки, необычного убийства. Он готовит сцену. Для начала он наводит ее на мысль о миллионной страховке, расписывая, как это будет здорово для рекламы. Потом он втюхивает эту идею нам и девяти другим компаниям, выжидает несколько месяцев, приканчивает девицу и забирает деньги! Как это тебе?

— Звучит неплохо, только вот что: скажите мне, каким образом он собирается ее убить и предъявить нам претензию?

Мэддакс начал было говорить, но умолк, взял полис, перечитал список причин смерти, скорчил гримасу и бросил полис обратно на стол.

— Да, понимаю. Все это кажется вполне надежным, не так ли? Но я поставлю свой последний доллар на то, что этот парень знает, как обойти список.

— Хорошо, допустим, но это ничего не говорит о том, каким образом он мог бы ее убить. Если бы вы придумали хотя бы один способ, я бы больше поверил в то, что это мошенничество.

Немного поразмыслив, Мэддакс неуверенно предположил:

— Ну, она может умереть от страха. В полисе этого нет.

— Вы шутите? Да, люди умирают от страха, но судебный следователь называет это инфарктом, а инфаркт — это болезнь, и в полисе она предусмотрена. Нет, нужно что-нибудь более оригинальное.

Мэддакс пожал плечами:

— Кто бы ни стоял за всем этим, он придумал заковыристую идею, которую мы за пять минут не разгадаем. Меня это не волнует. Я хочу аннулировать этот полис, пока на нас не свалился какой-нибудь сюрприз. Здесь и начинается твоя работа. Я хочу знать все о Сьюзен Джеллерт и об этом парне, Денни. Я хочу знать, что ими руководит.