Двери
Шрифт:
Она оглядела себя и с облегчением вздохнула. Это было именно то, что она и хотела.
Они вошли в кафе как обычные люди. Никто не обращал на них особого внимания. Разве что мужчины провожали красивую девушку заинтересованными взглядами. В остальном они ничем не отличались от других гостей.
– Как это здорово! – с горящим взглядом прошептала Она. – Так волнительно и так будоражит!
Они присели за столик у окна, прямо под которым проносились мимо колоритные трамвайчики, и сделали заказ. Вскоре им принесли турецкий кофе и поднос с пирожными разных сортов. Оба с наслаждением окунулись в море
– Спасибо! Это было просто божественно! – сказала Она, доедая последний эклер.
– Вкусно? – спросил он и окинул Ее пытливым взглядом.
– Ты еще спрашиваешь?! Безумно!
– Тебе понравилось? Хотела бы сюда вернуться? – пристально посмотрел он на Нее.
– Да, райское местечко! – улыбаясь, согласилась Она. Но тут же насторожилась. Расслабленность и умиротворение убегали прочь от странного взгляда напротив.
– Не думаешь же ты, что я променяю все лишь на то, чтобы набить свой живот, пусть и такой вкуснятиной?
– Но ведь сегодня ты была счастлива! Ради таких моментов и стоит жить. Скажи еще, что я не прав!
– И скажу, – возразила Она. – Да, вечер был прекрасным. Но! Такие моменты, безусловно, украшают жизнь. Без них она стала бы совсем невыносимой. Всего лишь ложка меда в бочке дегтя!
– По-моему, пословица звучит несколько иначе: ложка дегтя в бочке меда?
– Ну и пусть, – отмахнулась Она. – В данном случае мой вариант белее уместен. Ладно, – Она поспешила свернуть дискуссию, – давай не будем спорить. Я хочу показать тебе еще одно место. Пойдем, тут недалеко.
Они шли по узкой мощеной улице, плавно опускающейся вниз.
– Вон, смотри, – выкинула Она вперед руку. – Видишь? Там море.
В сгустившихся сумерках сложно было что-то разглядеть. Лишь мигающие отблески фонарей и повлажневший воздух с привкусом соли указывали на то, что там впереди бьются о берег пенные волны. Они были очень увлечены прогулкой и взбудоражены предвкушением скорой встречи с морем, поэтому не видели, как на противоположную сторону улицы вышла пожилая женщина.
Она тоже была в каком-то возбужденном состоянии и явно куда-то торопилась, хотя идти быстро получалось у нее плохо, она опиралась на трость. Старушка тоже с надеждой и радостью смотрела вперед, но не на море. Там за перекрестком стояла молодая женщина и махала ей рукой.
– Стой, мама, я сейчас сама к тебе подойду! – прокричала она, но ее голос потерялся в звуках ночного города.
Да и мать, видимо, не отличалась острым слухом, потому что пробормотала:
– Бегу, дочка, бегу! – и ступила на проезжую часть.
Через пару секунд прохожие вздрогнули от истошного визга тормозов и душераздирающего крика.
Хранитель и Она резко обернулись. Улыбки мгновенно исчезли с их лиц. Та сцена, что они наблюдали, вызывала шок и ужас. На дороге лежало в неестественной позе тело пожилой женщины, из-под которого растекалась лужа крови. Автомобиль, мчавшийся на огромной скорости, нашел свое пристанище у фонарного столба. И, видимо, его водитель чувствовал себя сейчас ничуть не лучше сбитого им пешехода. Девушка ползала на коленях вокруг матери и не плакала, а просто кричала, не человечески, по-звериному, дико, страшно.
Вокруг уже собралась толпа. Кто-то пытался чем-то помочь, как будто это было возможно. Кто-то вызывал
– Вот, – сказала Она. – Вот она – жизнь во всей ее красе.
– Прости, – виновато ответил он. – Это моя ошибка. Тебе не следовало этого видеть. Я увлекся, не доглядел.
– Да при чем тут ты, – устало отмахнулась Она. – От этого никуда не уйти, не спрятаться.
Их воодушевленный, радостный настрой мгновенно улетучился. Все эмоции, все приятные впечатления этого чудесного дня были грубо и безжалостно перечеркнуты одним взмахом руки упрямой и неумолимой судьбы.
– Давай уйдем отсюда. Невыносимо на это смотреть. Унеси меня куда-нибудь, – грустно сказала Она.
*
Они сидели на берегу океана и молча всматривались в бескрайние просторы могучих бурлящих вод. Небо было ясным и освещало ночь огоньками искрящихся звезд. Луна налилась соком и свежим сочным апельсином нависала над землей. Волны о чем-то перешептывались у их ног, то ли между собой, то ли пытались донести что-то до приунывших своих гостей.
Здесь в эту минуту, в этом месте мир был прекрасен, безупречен и будто бы ласкался и заигрывал с Ней, подлизывался, пытаясь загладить свою вину, исправить оплошность.
– Ну ты-то чего загрустил? – легонько толкнула Она в бок своего опечаленного хранителя.
– Да права ты, конечно, во всем, – вздохнул он, бросив в воду камешек.
– В чем именно?
– Да во всем. Ну про ложку меда… Так и есть. Да и я-то хорош! Должен оберегать тебя, радовать, а сам…, – опустил он голову.
– Да ладно тебе. На тебя-то я как раз и не обижаюсь. Не будем больше об этом. Тем более ничего не исправить. Смотри, что покажу.
Она сменила наряд. Сейчас на ней красовалось короткое, широкое, развевающееся на ветру, цветастое платье. Она порывисто встала и… пошла по воде.
– Смотри, – крикнула Она. – Я гуляю по лунной дорожке! Всегда мечтала это сделать.
Сначала Она осторожно ступала по плавающим в воде бликам, потом побежала вперед к горизонту. Луна вела Ее, указывая путь. Соленые брызги целовали лицо, густой, пропитанный влагой ветер принимал ее в свои объятия. Океан бурлил вокруг, бормотал что-то, нашептывал. Она остановилась, ей показалось, что он говорит с Ней. Прислушалась. Да, ошибки не было. Она услышала его, поняла непостижимым образом, почувствовала. Это были слова любви, слова приветствия и признания. Но беседа их прервалась на самом интересном месте.
– Эй, ты где? Бросила меня? Возвращайся! – прокричали с берега.
– Он говорил со мной! – возбужденно тараторила Она. – Океан! Ты представляешь! Я всегда знала, что он живой! И я понимала его! Как бы тебе объяснить? Я почувствовала что-то родное. Как будто вернулась домой, туда, где меня любят и ждут…
– Я рад, что ты снова улыбаешься.
Ночная мгла посерела. Луна уступала место восходящему солнцу. Оно медленно выплывало из толщи воды, стряхивая с себя остатки сна, рассыпая их по пенным волнам яркими разноцветными бликами. Небо, по случаю встречи одетое в праздничный разноцветный наряд, протянуло ему навстречу свои руки, помогая выбраться из крепких океанских объятий.