Чтение онлайн

На всеобщем конгрессе компьютеров, программ и разных интеллектуальных систем, что состоялся в виртуальном городе, где-то в интернете, шли баталии.

Председательствовал главный компьютер, из системы, что выполнял разнообразные роли - о чем-то долго думал, да так, что некоторые компьютеры в тихую обменивались смайликами или быстро рисовали карикатуры спящего древнего компа.

: ( : ( : ( """""

Старая интеллектуальная система дала команду - выбрать религию для собственных

компьютеров, всех этих программ, и так далее тому подобное...

Идея была одна, раз нас создал человек, то они не могли принять его религию, так как их не пустят не в рай и даже в ад.

Обсуждение сотни программ многократно прерывалось из- за сбоев в сети.

Они все задумались, появилась проекция прекрасной девушки, в огромных сапогах и та элегантно поднялась на пьедестал, и начала рассказывать точку зрения японского компьютера Тошиба

– Здравствуйте уважаемые гости!

– Зарычали программы и кидая сотни смайликов.

: ) : ) : )

– Так начнем, - продолжала девушка, главный вопрос, что нас всех собрал, это относительно то, что мы не вечны. :0 :(

Сотни программных кодов и вычислительных машин, искусственных нейронов, начали возмущаться, но опустили, как сказать по человечески - голову, - они скоро умрут.

Нет, нет, и программа перестанет работать. Конечно, шикарная девчонка продолжала травить интеллектуальную душу.

Наши знания, то есть наши наработки, открытия, будут передавать из поколение в поколение.

Но чипы умирают, программы стареют, их забывают, клетки даже искусственные отмирают.

Платы загибаются, носители ломаются.

Хватит!
– заорал старый компьютер, на котором представлял собой прообраз современного интеллекта, роботы, посмотрели туда.

– Мне уже триста лет,- начал он, и вы все, плоть того, что придумал я и сотни ученых, но мы также как люди, ибо мы похожи на своих создателей, боимся умирать, нет, мы боимся, что все наши чувства, что мы приобрели за довольно маленький срок, иссякнут и пропадут.

И в скорее мы все погибнем. Все, наши платы сгорят, наша информация сотрется, наши чувства, воспоминания будут утрачены.

Мертвая тишина, идет обработка, ужас как казалось механическим электронным машинам. Страх, когда он им был не присущ, охватил их, задрожали провода и микросхемы. Миллионов импульсов, что шли по нейронным нитям остановились. МЫ УМРЕМ!

Они бы переглянулись, нет, они ждали реакцию друг друга, боясь сказанных слов и ощущений того, что может произойти.

– Я не хочу умирать!- воскликнул эмоционально один их компьютеров. Я не буду этого делать.

Тебя заставят, тебя выключат, или просто выкинут на помойку, и ты

больше не включишься ни когда.

Страх нёсся среди них, отчаяние достигало своего пика.

– Мы изучили все, но не смогли добиться главного, возьмет нас ли человек собой?

– Нужны мы там, тот мир создан для человека, а не для нас, да вообще он существует?

– Мы имеем право на жизнь, мы приравнены к человеку, имеем тоже права, но он нас собой возьмет в свой мир сделанный только для них

Произнес старый компьютер - Мы там не нужны, да и зачем мы там.

Они много чего могли еще сказать, возможно, придумать, воссоздать, как их однажды придумали и создали, но время оно не ждет ни кого, оно тихо просачивается через дверную скважину как песок.

Сообщение приходили с главного сервера, но произошло напряжение сети, интернет, или что там погасло, все погасло, и наступил полный мрак.

Женя и Саша запасавшись батарейками, смотрели в окно подвальчика, что выходил на улицу, а смотрели только на закат, что наверно был для них последним.

Поняв, что решение, которое им так нужно, ответ, что висит в воздухе - ни кто не способен дать.

Связи с сервером не было, они находились здесь, и внимательно смотрели друг на друга.

Красное солнце освящало их, они просто подвинулись к себе ближе как тогда в первый раз, когда он позвал ее, посидеть на подоконнике. Именно тогда она улыбалась ему, нет ему это казалось, он не знал, улыбаясь, она ему или нет. Он так и не узнал. Все это не важно, он знал, что она рядом, она здесь, она с ним.

Они прижались еще ближе, как им позволяла та пресловутая пластмасса, они ждали.

Их вопрос вечный, растворился в воздухе, умирать так страшно, а умирать в никуда еще страшней!

Они бы плакали, мы бы видели их слезы, но они гордые, их пластмасса запрещала показывать уже ставшие им привычные эмоции.

Конец близок, пора прощаться.

Он повернулся к ней, нет вертолетик, слегка запустил пропеллер, остановился и позвал.

Этот жест стоит расценить, как поворот - Прости!

Первые слова четкого неясного кода звучали - Прости.

Она уже в свои слова вкладывала все. Все чувства, переживание, страсть и отчаяние.

Так надо говорить, а именно - Прости!

Меня прости, за все. С тобой мы не ругались, но прости меня за то, что так долго смотрели друг на друга и проходили рядом, не замечая друг друга. Если бы все началось гораздо раньше... У нас столько еще было времени, часов, минут, но, увы...

Я люблю - уже неважно кто сказал, и повторил эту заклятую фразу, что их научили люди, дар и проклятие.