Две партии. Том 4
Шрифт:
– Итак, Маркус пришел. Он вырос, особенно в плане силы. Думаю, теперь мы можем взять его в ученики, – сказал управляемый герцогиней маркиз.
Я невольно дернул рукой со шрамами.
– Сейчас я понимаю, что мое решение было импульсивным и необдуманным. Вы не проявили интереса, поэтому я не собираюсь вам оказывать такую милость повторно, – сказав это, герцогиня взмахнула рукой в сторону выхода. – Я вас не задерживаю.
Вот только по голосу герцогини я сразу понял, что мне нужно ее уговорить.
– Тогда, возможно,
– Маркус, я умерла, как и мой род. Моя семья обманывала меня, предала наши идеи. За что и поплатилась, – после этих слов в герцог и маркиз вздрогнули. – Мы разрушили все, что создавалось веками. Адриан и Антоний даже не смогли за нас достойно отомстить. И теперь вы приходите сюда с каким-то предложением? Разве это не смешно?
Подчиняясь ее воле, герцог и маркиз засмеялись.
– Смешно, ваша светлость. Согласен. Но еще смешнее, что сейчас не только я, но и другой маг паразитирует на вашем наследии.
– Ты про подстилку Карла? Плевать, время упущено, нет смысла что-то делать. Не трать мое время, Кайлас. Я не сниму клятву, ты умрешь через пять лет. Посмотрим, как продержится без тебя эта стерва, – произнес управляемый герцог. Я готов поклясться, что его глаза сверкнули, когда он произносил. Похоже какие-то остатки разума отец Мари сохранил. Или их ему сохранила жена, чтобы он сильнее мучался.
– Вы хорошо осведомлены, – сказал я.
– Если ты думаешь, что твоя защита идеальна, то спешу тебя разочаровать. Ты для меня открытая книга. Я знаю и про тебя, и про совет, и про импотенцию детей Вильгельма. Мне это не интересно. Разбирайтесь сами, – продолжил герцог.
«Блефует, что-то она прочитала, но лишь поверхностный слой, вглубь пробиться не смогла», – отчитался Янус.
Итак, высказалась эм… самая мертвая часть покойного семейства. Ладно, попробуем обратиться к маркизу. Вероятно, он тоже сохранил часть разума, попробуем до нее достучаться. Без ментальной магии, одними словами.
«Как хорошо, что ты написал завещание, Маркус», – подумал я, поворачиваясь к Октавию Кадаверу.
– Когда мы в последний раз виделись, маркиз, вы говорил о розах и шипах. Согласен, не осталось ни того, ни другого. Но разве это повод отдавать сад другому садовнику. Вручать себя на его растерзание?
– О чем вы? – в один голос спросили личи.
– Бастард вашего мужа идет сюда. У нее Жемчужина и остатки мертвого легиона. Она хочет вас уничтожить. А потом забрать все знания. С ними она превратит де Ратуа в великий род. От Кадаверов не останется даже памяти. Если вас устраивает такой финал, то я не смею больше вам докучать.
– Маркус, но зачем же так спешить, – герцогиня очень странно улыбнулась. – Жаль, что я не смогла воссоздать свое терпение. Да и вы его не оцените. Оглянитесь, скажите, что я сделала на самом деле?
– Разрешите я подойду ближе?
– Смелость вам не занимать, – герцог рассмеялся
Миг и иллюзия спала.
Первым ко мне подошел Октавий. Абсолютно черные глаза без белков, радужки и зрачков смотрели мне прямо в душу. Мертвенно-бледная кожа туго обтянула череп. Тонкие бескровные губы, неестественно белые зубы, длинный нос с широкими крыльями. Волос ни на лице, ни на голове у мертвеца не было.
Я привык к нежити, но маркиз меня пугал. Слишком жуткой получилась попытка отсрочить смерть.
Но герцог Кадавер выглядел не лучше. Доспех исчез, остались только кости, которые держали вместе черный дым.
Отодвинув в сторону страх и брезгливость я стал изучать двух высших личей. Если Октавий был похож на других мертвецов, то Флавиус отличался гораздо сильнее.
– Да, вы правильно поняли. Флавиус стал высшим личем, но даже это его не спасло. Теперь его кости теперь держат не плоть, но разум. Он смог превратить их в артефакт. Вы же сталкивались с накопителем воспоминаний? Это он только больше и сложнее. Флавиус смог запечатать в них часть разума. Опасно, больно, страшно и очень перспективно.
– Да, не спорю. А еще я замечу, что вы мне солгали.
– Всего лишь проявила ответную любезность, минхер самозванец, – герцогиня улыбнулась. – В старые времена я бы вас четвертовала за то, что вы посмели называть себя Кадаверов. Прошу, выведите меня на чистую воду.
Одну проверку я прошел. Посмотрим сколько их осталось.
– Вы не смогли переселить свое сознание в другое тело, вы просто пожертвовали частью разума, чтобы взять под контроль двух высших личей. Пересадили им часть памяти, чтобы разрушить их личность.
– Вы правы, Маркус. Я отрезала больные части, чтобы сохранить здоровую. Рано или поздно я бы это сделала, – какая знакомая улыбка сумасшедшего исследователя, который добился результата. Увы, знакомая из-за зеркала. – Всю жизнь я работала над продолжением первых исследований Кадаверов. Возможность переселять разум из одного тела в другой. Настоящее бессмертие, а не его жалкое подобие, что дает ритуал Изменённых. Мой муж воспользовался этими наработками, чтобы шагнуть дальше.
Выдержав паузу, герцогиня продолжила:
– Я нашла узкую тропинку, по которой можно забраться на вершину. Я так увлеклась исследованиями, что забыла обо всем. Это сыграло с моей семьей дурную шутку. Но даже в этой тюрьме я не забыла про свои исследования.
– Даже по моим меркам это слишком, – я мог об этом подумать, но герцогиня бы все равно услышала. Она рассмеялась безумным смехом.
– Да, я с вами согласна. Я надеялась, что ребенок Адриана будет пригоден для моих разработок. Из вас получился бы чудесный подопытный кролик. Маленький. Слабый. Очень послушный. Адриан успел раньше, «наградил» вас крысиным волком. Поэтому пришлось отказаться от плана.