Две недели
Шрифт:
– Да. Так вот, она ее едва на зуб не попробовала...
– Наверняка попробовала, просто ты не видел, - перебила Даня.
– Смолкни, - тихо рявкнул Богданов и Даня, пожав плечами, замолчала.
– В образце, кроме крови Васнецова есть еще одна, и знаете, кому принадлежит?
– продолжил Игорь, глянул на Богданова и победно сообщил.
– Она принадлежит сущности!
В кабинете повисла тишина.
– Погоди, - пришел в себя Богданов.
– Сущности колдовать не могут. Вы, часом, пробы не перепутали? Может, взяли не с того места или еще что.
–
– Серьезно, Богдан, ты же сам видел, как я пробы брала. Может, мы чего-то не понимаем?
– И чего мы не понимаем?
– Вы будете слушать?
– взорвался Игорь.
– Что, еще не все?
– вскинул брови Богданов.
– Нет. Елена Ивановна сказала, что в воздухе витает какая-то опасность. Что угрожает она в первую очередь сущностям. Что другие это пока не чуют, а она чует, ей по должности положено, и вообще, нам всем надо опасаться, так как оно на нас начинает охоту, но защиту ей не пробить, поэтому постарается добраться дома, и пускать никого нельзя.
– Тихо, Игорек, тихо, - успокаивающе выставил ладони Богданов. Похоже, его действительно удивила горячность Игоря.
– Ты того, не дергайся. Сядь вон, успокойся, чайку попей.
– У меня этот чай уже из ушей плещется.
– Валерьяночки?
– услужливо предложила Даня и Игорь снова вспылил.
– Издеваешься?
– Да уймись ты, - прикрикнул Богданов, и все уставились на него, пытаясь понять, к кому он обращался.
– Слышь, пионеры, смолкли оба. Ты, - он указал пальцем на Игоря, - докладывай, что там витает в воздухе кроме бацилл гриппа, и поподробнее. А ты, - он перевел палец на Даню, - помалкивай, пока не спросят. Иначе уши обоим оборву.
– Короче, - Игорь прикрыл глаза, сосредотачиваясь, и продолжил.
– Елена Ивановна сказала, что сущность попытается до нас добраться. Потом что-то про защиту и дом, я толком не понял, а переспрашивать постеснялся.
– Даня.
Девушка преданно на него посмотрела, но рта не открыла.
– Объясни малому.
– Есть, товарищ капитан!
– Даня одной ладонью изобразила козырек, второй отдала честь и повернулась к Игорю.
– Понимаешь, у каждого из нас есть своя защита от сущностей и, на всякий случай, колдовства. У Богдана это пуля, у меня кольцо, его одна тетка заговорила, у тебя монетки, пока чем посущественнее не разживешься, а когда приходишь домой, в силу вступает защита дома и наши фишки не действуют до выхода на улицу. Понимаешь о чем я?
– Вроде да, - неуверенно кивнул Игорь.
– Есть отдельная защита для дома и отдельная для улицы, и они взаимоисключающие. Верно?
– Я же говорила что он умница, - гордо повернулась Даня к Богданову и Игорь приосанился.
– Вы уже говорили про то, что в дом никого нельзя пускать.
– Точно, - поддакнула Даня.
– Если впустил, значит это гость и опасности не представляет.
– Вот и Елена Ивановна сказала, что приглашать никого нельзя, - тут Игорь погрустнел.
– Во черт, даже девушку.
– И сантехника, - печально вздохнула Даня.
– А у нас кран течет вторую
– Да починю я этот кран, достала уже, - вспылил Богданов.
– Когда?
– быстро уточнила Даня.
– Сегодня. Или завтра. Игорек, что еще твоя душеловка наговорила?
– Вроде все, - решил Игорь и принялся загибать пальцы.
– Гадит сущность это раз, сущности в опасности это два, на нас охотятся это три. Погодите!
– сообразив, он уставился на Богданова.
– Саш, так ведь у меня нет никакой защиты кроме монеток.
– Тебе пока хватит, - рассеянно сказал Богданов.
– Подрастешь, получишь табельное, а пока с монетками ходи. Какие есть предложения?
Даня сделала вид, что увлеченно роется в ящике стола, а Игорь, пользуясь неопытностью, лишь руками развел, мол, всего вторую неделю работаю, где уж тут поперек батьки лезть.
– Тогда начнем с Захарова. Возможно, его действительно кто-то подослал запугивать Васнецова, и мне очень интересно, кто именно.
– Почему не он сам?
– Профиль не тот. Значит так, - Богдан пристукнул ладонью по столу, - я еду к Захарову, Даня, ты отправляйся на вокзал и на квартиру Горохова, узнай мне все о его перемещениях за последние три дня. Игорек, ты...
– Можно с тобой?
– перебил Игорь и добавил, как последний аргумент.
– Пожалуйста.
– Посмотрим, - ответил Богданов, глядя на часы.
– Если живы останемся.
– Нас Кучеров на полдень вызывал, - пояснила для Игоря Даня, и философски заключила.
– Нечисть появляется в полночь, начальство в полдень, что хуже неизвестно, найдите, что называется, пять отличий. Я, лично, заметила только это одно.
Как и следовало ожидать, ничего хорошего их не ждало. Разнос из серии "плохо работаете, у нас второй труп" занял минут пять, краткий отчет о проделанной работе еще десять, дальнейшие планы примерно столько же. Получив на прощанье благословение "так идите и работайте!", все трое быстро ретировались.
– Он всегда такой злой?
– оглядываясь через плечо на дверь, спросил Игорь.
– Кто, Бес?
– удивился Богданов.
– Брось, добрейшей души человек. Орать на подчиненных это его работа. Особенно на наш отдел, - подумав, добавил он.
– Ладно, погнали. Даня, если что - звони. Игорек - за мной.
Привычно вцепившись в ремень безопасности, Игорь наблюдал, как за окном мелькают дома, люди, автомобили, и утешал себя мыслью, что Богданов так водит уже много лет, и до сих пор жив, значит бояться нечего.
– Саш, - начал Игорь, - с чего ты взял, что Захаров дома? Будний день ведь.
– Где ж ему быть?
– беззаботно ответил Богданов, привычно шмыгнув носом.
– Он у нас весь из себя крутой антиквар, дела ведет по Интернету, сейчас проспался и за компом сидит.
Он заложил вираж, сворачивая в переулок, и Игорь едва не прикусил язык.
Дом, для крутого антиквара, оказался так себе - обшарпанная двенадцатиэтажка силикатного кирпича, кое-где незастекленные балконы зияли, словно выбитые зубы, да и подъезд, хоть и чистый, просто вопил о ремонте.