Чтение онлайн

– А как же инорги? – прошептал Федька.

– Вы не диверсанты, если их заметите – в бой не вступайте. Лучше бы вам вообще уклониться от прямого боестолкновения. Повторяю, ваша миссия – разведка и поиск важных документов. Уяснили?

– Да, дядя Семен, – уверенно ответил Шин.

Полковник похлопал его по плечу и добавил:

– Значит так. Выдам каждому из вас по комплекту снаряжения боевого пловца, но с возвратом. Когда обратно возвернетесь – все на склад сдадите. Честно сказать, у нас их всего четыре. Но, думаю, обоим по размеру подберем. Шин вон повыше будет. По-моему, один костюм у нас есть на высокого человека, а рыжему все три оставшиеся

подойдут.

После этого еще полчаса полковник инструктировал свободных ныряльщиков – ребята даже устали от такого напора, но ничего – ради такой снаряги и потерпеть можно. Тем более что и чая дождались. Какой-то очень уж невзрачный майор все-таки принес поднос с дымящимися чашками.

Шин устало расположился в пластиковом кресле пивного бара «Медуза». Отстраненный взгляд цеплялся за пивную кружку своего дружка. Кружка все время двигалась! Вперед-назад, вверх-вниз, аж голова заболела! Еще и мордочка Федькина все время раскрывала и закрывала рот. Видимо, он что-то рассказывал. Отхлебнет пива и давай губами туда-сюда, и так ясно, что от громкой музыки его никто не услышит.

«А Рыжику, по-моему, без разницы: есть ли у него слушатель, главное, то, что у него был собеседник, а слышат его или нет – дело десятое!»

– Федька! – Шин притянул к себе за воротник дружка и закричал ему в ухо. – Пошли отсюда. Надо к деду Ивану идти. Скоро ворота закроют!

Федька с готовностью кивнул, залпом допил ополовиненную до этого кружку и схватился за лямки тяжеленной сумки. Поднял со вздохом, но потащился к выходу вполне уверенно.

В сумке лежали два автомата, два пистолета (свой древний маузер Федька сунул туда же), патроны к ним и дробовик. Все это богатство необходимо было доставить в домик рыбака за Белой Скалой. Там дед Иван, наверное, уже места себе не находит от волнения. Но и пива ребятам очень хотелось.

Не часто такие деньжищи в руках у них появлялись!

Рыжик, тот вообще первый раз такой куш поимел. Не было такого еще ни разу. Федька даже как-то выпрямился, что ли, вырос в своих глазах. А как он в свое время радовался приобретению расшатанного и потертого маузера! Смешно теперь вспоминать.

Получилось так, что бар покинули уже ближе к вечеру, поэтому пришлось прогуляться по пустеющим улочкам Полоя, но это только на руку. И куда только та галдящая утром толпа подевалась?

Вышли из крепости без происшествий через Северные ворота. Зевающий охранник с автоматом Калашникова наперевес бросил уставший взор на друзей и отвернулся. Ничего интересного, по его мнению, в долговязой фигуре Шина и конопатой физиономии Федьки не обнаружилось.

Теперь-то уж ясно – топать и топать до дедовой хижины. Друзья решили там заночевать. Главное, что дело провернули и на другой контракт подписались!

Полковник дал двое суток на подготовку. Завтра утром необходимо было явиться в расположение военных. Костюмы примерить, дыхательные системы проверить, а во второй половине дня была назначена встреча с навигатором, чтобы обсудить детали предстоящего мероприятия. Кто он, Шин не знал и даже не догадывался. Ясно, что кто-то из капитанов деревянной флотилии, квартирующей в порту. Все они были в некоторой степени авантюристами. Теперь, когда в море хозяйничали инорги, профессия навигатора считалась крайне опасной и невыгодной, но люди владели своими посудинами и даже гордились своей цеховой принадлежностью! Навигаторы в своем большинстве были мужиками в целом неплохими, но встречались среди них и проходимцы,

а бывало и совсем откровенные подонки. На этот счет Шин малость волновался, но затем подумал, что военные вряд ли порекомендуют, какого-нибудь ненадежного отморозка.

Выход в море полковник Пыпин запланировал на раннее утро следующего дня. Грубо говоря, послезавтра. За это время Шин намеревался почистить АПС и для приобретения опыта пару раз выстрелить из него. В боевой вылазке знать материальную часть не просто необходимо, а жизненно важно! Не хотелось ему выглядеть перед военпредом этакой обезьяной с гранатой!

Свернув у Белой Скалы на тропку, ведущую к дому деда, ребята психологически успокоились от нахлынувших за день событий. А вот физически стало труднее. Хоть идти оставалось уже немного, но накопившаяся усталость от пережитого давала о себе знать. Парни мечтали только об одном – поскорее завалиться спать.

А дед так обрадовался внуку, что даже на Федьку не ворчал.

– Шинушка, родной! Я вам с рыжиком баньку истопил. Два часа уже как млеет. Как попаритесь – перекусим.

А Шин с гордостью достал из сумки ПСМ и ТОЗ-194, громыхнул на стол, вытащил бумажные коробочки с патронами.

– Это тебе, деда.

Дед Иван всплеснул руками, безвольно сел на лавку и зачарованно смотрел на невиданное оружие.

– Эх, бабка Нина сейчас бы порадовалась, – прослезился старый рыбак. – Родненький, ты мой!

Большие Донки, двенадцать лет после Пришествия

Обратный путь к заимке занял больше семи часов. Егерь Афанасьев понял, что уже двадцать лет так не уставал. Раненая нога Панкратова очень быстро заявила о себе. Измучились донельзя. Черные от болотной грязи, охотники падали столько раз, что и не сосчитаешь. Панкратов был прав – самым тяжелым отрезком оказалась тропа уже на выходе из зарослей камыша. Кочки по-прежнему доставляли много проблем. Егерь перекинул руку Кирилла через плечо, так и дотащились! На берег буквально выползли без сил. Даже крикнуть Сереге не смогли. Завалились на спины и лежали так минут пять, подставив грязные лица моросящему дождю.

– Папка! Папка! Вы живые? – подбежал Сережа, держа в руках свой ИЖ-43М [9] . – Я уж думал, что вас больше никогда не увижу.

Голос сына предательски дрогнул… и это насторожило егеря. Кряхтя и держась за правый бок, Афанасьев уселся на мокрой траве, но это уже не болото, вон он – домик родной. Там печка и сухое белье, которое егерь держал отдельно, на случай если из лодки выпадешь в холодную погоду.

– Что случилось, сынок?

Егерь склонился над Панкратовым.

– Ты говори, говори! С Кириллом все нормально, ногу зверь повредил. Но сам жив. Тащимся от трех берез – вдвоем на трех ногах. Умаялись. Давай помогай его поднять.

Сережа нервно посмотрел по сторонам и, аккуратно подхватив Панкратова, зашептал:

– Папа, я видел пришельца!

– Где? – озаботился Василий Митрофанович. – Здесь?

– Нет! На береговом плесе. Думал чирка взять. Подстрелить парочку – шулюм для вас сварить, картошки с луком начистил. Взял двустволку и пошел к березняку, что у воды.