Чтение онлайн

Не являясь чистым телепатом, я, естественно, не обладаю способностью читать чужие мысли. Но, тем не менее, так же, как любой ксенос, прошедший специальную подготовку, владею основными приемами психотехники, и психопреобразователь уже имплантирован в мое левое запястье. Я без труда могу распознать любую попытку несанкционированного вторжения в мою психику и противостоять ей.

Нет, у Кричета на уме что-то иное…

– В принципе существуют два пути восстановления буферной зоны на территории Йера, – продолжает между тем руководитель проекта. – Первый: можно заставить Кахимскую империю вернуть армию в Йер и установить там жесткий режим военной диктатуры. Любые предпосылки

к мятежу должны нещадно подавляться. Метод жестокий, но эффективный. Если империя раздавит своей массой Йер так, что он уже не сможет снова оправиться и подняться с колен, то на территории этой страны длительное время будет сохраняться надежная буферная зона. Естественно, при наличии альтернативы мы не используем подобные методы. Альтернативой же диктатуре Кахимской империи являешься ты, Граис. Вторая возможность восстановления буферной зоны всецело зависит от того, сумеешь ли ты сработать так же четко и надежно, как в прошлый раз.

– Я смогу это сделать, – отвечаю, почти не задумываясь, стараясь при этом, чтобы слова мои звучали уверенно и убедительно. – И дополнительный назойливый контроль за моими действиями со стороны руководителя проекта мне не нужен.

– Не сомневаюсь в этом, – едва заметно качнувшись вперед, Кричет наклоняет голову. – Ты ведь не хуже меня понимаешь, что если твоя миссия провалится, то подготовить и провести новую операцию мы уже не успеем. И если бы у тебя были хотя бы малейшие сомнения в успехе операции, ты, конечно же, отказался бы от участия в ней…

Взгляд Кричета вонзается мне в переносицу.

– Сделаю все, как нужно, – все так же уверенно, но с некоторым внутренним напряжением, из-за того, что никак не могу понять, чего добивается Кричет, произношу я.

– Конечно, – снова кивает Кричет. – Надеюсь, на этот раз тебе не придется импровизировать.

– Я не собираюсь отклоняться от плана. Но, если возникнут непредвиденные обстоятельства…

– Все, что от тебя требуется, это просто прогуляться по Йеру. Вместо тебя будет работать твой образ чудом спасшегося от смерти и наконец-то вернувшегося после долгого отсутствия мессии. Теперь ни у кого и сомнений не возникнет в том, что твоими устами глаголет сам Поднебесный. Твое возвращение превратит учение, проповедуемое сейчас Сирхом, в монолит, который уже никому не удастся расколоть. А встретившись с самим Сирхом, ты объяснишь ему, что истинному проповеднику слова божьего следует быть скромнее и ближе к народу. Вот и все. Какие могут быть проблемы?

– Неясно, как отреагирует на мое возвращение новый наместник.

– Вот только к наместнику сам, как в прошлый раз, не суйся, – решительно взмахнул рукой Кричет. – Месс-ди-Месс сказал мне, что ты отправился к наместнику по собственной инициативе.

– Так оно и было, – не возражаю я.

– Так вот, на этот раз давай действовать строго по плану. Если возникнет необходимость, покажи народу парочку простеньких фокусов, и – все. С них и этого хватит.

– Если бы в прошлый раз мне удалось убедить наместника, что проповедуемое мною учение о Пути к Поднебесному ни для кого, в том числе и для имперской власти, не представляет угрозы, то, возможно, не понадобилось бы сейчас затевать новую операцию, – говорю я.

– Так ведь не удалось же, – разводит руками Кричет.

С минуту мы молча смотрим друг другу в глаза. Каждый ожидает, что скажет другой. Первым нарушает молчание Кричет.

– Ну что ж, – дружески улыбается он. – Надеюсь, что и на этот раз мы сработаем не хуже, чем пятнадцать лет назад это получилось у тебя с Месс-ди-Мессом. На некоторые вещи мы с тобой смотрим по-разному, но, что самое главное, –

между нами существует взаимопонимание. Это все.

– Я могу идти? – спрашиваю я, немного удивленный таким неожиданным окончанием разговора.

– Конечно, – быстро кивает Кричет.

Я поднимаюсь со стула и молча направляюсь к выходу.

Кричет окликает меня, когда я уже нахожусь в центре зала:

– Да, Граис! Еще один небольшой вопрос.

Я останавливаюсь и, не проявляя особой поспешности, оглядываюсь.

– Скажи мне, почему во время операции ты пользовался собственным именем? – чуть прищурив левый глаз, спрашивает Кричет.

– Оно созвучно именам йеритов и одновременно с этим немного необычно для них, – отвечаю я.

– И тебя это нисколько не смущает?

– Что именно?

– То, что йериты обращаются к тебе так же, как коллеги из Центра.

– А почему, собственно, это должно меня смущать?

– Мне всегда казалось, что ксеносы предпочитают четко разграничивать свою личную жизнь и работу.

– Так оно и есть.

Кричет молча смотрит на меня.

Я поворачиваюсь к нему спиной и иду к выходу.

Едва приметная тропа, усеянная острыми камнями, тянется через однообразно унылое плоскогорье, петляя среди хаотичного нагромождения скальных обломков. Не видно ни деревца, ни травинки, хотя желтые, вылизанные дождями и ветрами коряги порою попадаются на глаза одинокому путнику, который, неторопливо и размеренно переставляя ноги, движется в сторону восходящего солнца. В воздухе все еще сохраняется ночная прохлада, но путник знает, что как только солнце поднимется чуть выше и тени от скал сделаются короче, по земле Йера разольется знойная духота.

Зона перехода, связывающего Центр с Тессой-3, находится в труднодоступной горной местности, в стороне от караванных дорог. Граис намеренно выбрал для перехода ночное время, чтобы не тащиться по полуденной жаре. Он рассчитывал к восходу добраться до столицы Йера Халлата, но в предрассветных сумерках неожиданно обнаружил, что сбился с пути. Ему без особого труда удалось найти тропинку снова, но он не мог даже приблизительно сказать, сколько времени потерял, блуждая среди кажущихся в темноте абсолютно одинаковыми каменных глыб.

Приложив ладонь козырьком ко лбу, Граис посмотрел на солнце. У него оставалось еще минут сорок, максимум – час, после чего плоскогорье превратится в огромную раскаленную сковороду. Тогда уже нужно будет думать не о том, как поскорее добраться до Халлата, а об укрытии от безжалостного солнца. Лучше всего для этой цели подошла бы неглубокая расщелина между валунами. Только прежде чем забираться туда, следовало убедиться, что ее уже не облюбовала парочка песчаных змей.

Подумав об этом, Граис порадовался тому, как быстро возвращаются к нему былой опыт и знание местных особенностей. Достаточно было сделать всего несколько шагов по земле Йера, и он вновь ощутил себя йеритом. Как будто и не было пятнадцати лет, проведенных в Центре и на других планетах.

Граис поправил на плечах большой треугольный платок – непременный атрибут одеяния любого йерита. В Йере выйти без такого платка из дома было бы полнейшим безумием. В полуденную жару его накидывали на голову, спасаясь от палящего солнца.

Платки традиционно были белыми с узкой полоской по краю и кистями на концах. По рисунку на кайме и цвету кистей можно было определить, к какому родовому клану относится йерит. Кроме того, по тому, насколько хорош и дорог платок, можно было косвенно судить и о материальном благосостоянии его обладателя.