Чтение онлайн

Ярость и отчаяние попеременно овладевали им. В конце концов, он решил во что бы то ни стало найти Валерию и заставить ее отречься, а если нет – то исчезнуть, но во всяком случае спасти честь своего семейства. Мертвую – он мог оплакивать ее, устроить ей торжественные похороны, чествовать ее память; будучи же жива, она рисковала погибнуть от руки палача, а этого позора и бесчестья он решил избегнуть какою бы то ни было ценой.

Как только он немного успокоился, он тотчас же отправился: к проконсулу и рассказал ему обо всем случившемся. Емилиан был очень расстроен и смотрел на себя, как на первую причину несчастья Галла.

–

Я сделаю все зависящее от меня, чтобы помочь тебе и избавить от позора осуждения, – сказал он, пожимая холодную и влажную руку легата. – Стараися как можно скорей найти патрицианку. Если же тебе не удастся образумить ее, то удали ее из Александрии так, чтобы никто не узнал, что с ней случилось. Что же касается змеи, которую я так неблагоразумно поместил в твоем доме, то я заставлю ее дорого заплатить за ее презренную неблагодарность.

– Если бы я только знал, в какой яме она скрылась, – сказал Галл, дрожа от гнева и горя.

– Мы будем искать этот христианский притон, как никогда еще ничего не искали, – суровым тоном ответил проконсул.

Несмотря на молчание, которое все хранили из уважения к Галлу, весть о бегстве его жены облетела всю Александрию, и мнения расходились только относительно мотивов этого бегства. Подробности же события оставались почти совсем неизвестными.

Дворец легата, некогда такой гостеприимный и веселый, закрылся для всех. Пустота и молчание наполнили это обширное жилище, а над обитателями его, казалось, нависло свинцовое облако. Мрачный и нервный, Галл деятельно руководил поисками, которые, однако, оставались без всякого результата. Даже страсть его к Эриксо, казалось, заглохла под тяжестью его тягостных забот. Он послал гонца к Люцию Валерию и ждал его прибытия в Александрию, так как решил поручить Валерию своему тестю, если она будет настаивать на своей новой вере.

Рамери был окончательно убит и находился в страшном отчаянии.

Под влиянием горя и раскаяния молодой человек почувствовал почти ненависть к Эриксо, всячески избегал ее и относился к той, которая уже смотрела на себя, как на его невесту, с ледяной холодностью и равнодушием.

Удивленная и оскорбленная Эриксо стала искать причины такой перемены. Молодая девушка была слишком умна, чтобы не угадать истины.

Эриксо сообразила, что такую печальную перемену в чувствах Рамери вызвало исчезновение Валерии, и в ее сердце вспыхнула бешеная ненависть и дикая ревность к предпочтенной сопернице.

Прошло более двух недель со дня исчезновения патрицианки, а еще не было найдено ни малейшего следа ее. Несмотря на свой гнев и нетерпение, Галл был теперь гораздо спокойней. Позор, который жена обрушила на его голову, сделал ее почти ненавистной для него, и в нем с новой силой вспыхнула страсть к Эриксо, тем более, что он считал себя разведенным с Валерией.

Рамери случайно подметил, какого рода чувства питал легат к Эриксо, и это открытие зародило в его уме план, который мог спасти их всех. Скульптор стал внимательнее наблюдать за Галлом. Убедившись в справедливости своих предположений, он однажды вечером отправился в комнату легата и попросил у него разговора наедине.

Когда они остались одни, египтянин сказал после минутного колебания:

– Я обязан тебе, Галл, бесконечной благодарностью за все добро, которым ты осыпал меня, и за твою дружбу, которой ты удостоил меня. Эта дружба

и внушила мне желание поговорить с тобой откровенно об одной вещи, важной для нас обоих. Могу я надеяться, что ты не оскорбишься моей нескромной откровенностью?

– Говори смело, Рамери.

– В таком случае скажи мне, правда ли, что ты любишь Эриксо одним из тех могущественных чувств, которые поглощают все силы души?

Темный румянец покрыл щеки легата. С минуту он колебался, а затем, быстро решившись, сказал:

– Это правда! Женщина эта околдовала меня, воспламенила мою кровь и взволновала мой ум. Рыжие волосы Эриксо, как змеи, обвивают меня, давят, душат, а я не могу избавиться от них.

– Женился бы ты на ней, если бы был свободен?

– Без всякого сомнения. Но зачем ты спрашиваешь меня об этом, Рамери? Ведь ты сам любишь ее и любим ею! – с горечью прибавил легат.

– Потому что и я в свою очередь хочу сделать тебе признание. И я, как и ты, испытывал странное очарование, производимое блестящей красотой Эриксо, но я не люблю ее. В моем сердце живет более чистая и более глубокая любовь к… – на минуту он умолк, – Валерии. Прости меня, но в глазах патрицианки я вижу взгляд Нуиты. Ее улыбка и ее голос те же, что и у моей покойной невесты. По странному стечению обстоятельств, Валерия тоже меня любит и я горько упрекаю себя, что был причиной ее гибели и твоего несчастья.

Рассказав про свое ночное свидание, а также сцену с Валерией, он прибавил:

– Если ты решишься отказаться от своей супруги, так печально скомпрометированной, стану искать ее я, и пользуясь всеми преимуществами, которые дает мне наша взаимная любовь, я вырву ее из роковой среды. Мы обвенчаемся и покинем Египет, так что никто не будет знать, что с ней случилось. Все предположат, что патрицианка погибла, и ты сделавшись свободным, женишься на Эриксо.

Галл с пылающим лицом вскочил на ноги.

– Сами боги внушили тебе этот план! Конечно я с радостью уступлю женщину, которую всегда любил только как сестру. Будьте оба счастливы и живите без забот, так как я возвращу два миллиона сестерциев приданого, выплаченного мне Валерием, и отдам в ваше распоряжение корабль, который доставит вас, куда вы пожелаете. Я же буду освобожден от публичного позора. Ты прав! Никто не будет знать, что с ней, а ее перестанут искать. Но как ты найдешь ее?

– Мой план уже составлен. Я человек ничтожный, и никто не заподозрит меня, если я притворюсь, что присоединяюсь к христианам и уверю последних, что принимаю их нелепую веру. Сделавшись же членом их общины, я буду иметь доступ во все их притоны, в одном из которых несомненно найду Валерию. Тогда я постараюсь убедить ее: если же это мне не удастся, я обращусь к твоей помощи, чтобы силой отнять ее у этих безумцев. Когда она будет освобождена от их влияния, моя любовь довершит остальное.

– Можешь быть уверен в моей помощи. Твой план великолепен и имеет все шансы на успех. Но еще один вопрос. Меня очень беспокоит Эриксо, захочет ли она отказаться от тебя?

– Эриксо должна отказаться от меня. Для бывшей рабыни мага очень соблазнительно сделаться женой легата, патриция и пользоваться всеми почестями и уважением, связанными с таким высоким положением.

Мужчины расстались, дружески пожав друг другу руки. По зрелом размышлении Рамери решил на следующее же утро объясниться с Эриксо.