Два пути
Шрифт:
Посмотрел на старого вождя Снежок и сердце у него защемило.
Видит он коня под ним вороного. Выступает конь гордо, грызя серебряные удила, чепрак на коне шелками вышит и жемчугом, узда и седло сплошь дорогими камнями
Узнал Уголька Снежок; узнал-ли Снежка Уголек — неизвестно, только покосился будто в его сторону: что это там, мол, за мужик такой на нас глазеет!..
— Гадкий верблюд, злой обманщик! — рассердился Снежок на покойника, — это он мне, за мое добро, послал рабочую тяжелую долю.
Ушло войско, скрылось из глаз, — вернулись домой наши пахари.
Не спится Снежку, не хочется есть даже… Всё ему завидная доля товарища грезится.
Прошла неделя.
Собрался хозяин-хлебопашец в город, на базар, навьючили на спину своей лошади два тяжелых мешка пшеницы, и отправились оба в дорогу.
Стало солнце склоняться за полдень, обгоняют их стороною волки да шакалы стаями несметными.
— Куда эхо вы, разбойники, воры поганые? — крикнул им человек.
— А туда, — отвечают шакалы да волки, — где нам добрые люди большой пир приготовили.
Обгоняют их орлы да ястребы, вороны да совы ночные… такими стаями, что даже солнце померкло.
— Куда это вы, хищники ненасытные? — крикнул им человек.
— А
Закатилось солнце за холмами, жалобный стон слышно в воздухе вечернем носится… Поднялась солнцу на смену луна красная, поднялась повыше и сама побледнела, осветив кровавое побоище.
Что ни шаг шагнуть — то лежит мертвый или умирающий; вся земля пропитана черною кровью. В пыли и грязи валяются рваные знамена, доспехи ратные.
И видит Снежок, лежит его товарищ детства, нет на нем уже седла богатого, вместо камней драгоценных, да золотого шитья, сплошь покрыт зияющими ранами… исколот, изрублен, а всё силится поднять свою голову, а кругом сидят волки да шакалы, ждут, поджидают последнего вздоха, уже близкого.
— Вот оно что! — снова вспомнил Снежок верблюда старого, пожалел от души товарища и бодро, и радостно потащил далее свою тяжелую ношу.
Всё дано Аллахом на потребу скоту и человеку, и всякий должен благословлять Творца за всё, что кону ниспослано, а не завидовать другому, не желать менять раз назначенную ему участь.
Так повелел Аллах, и благо тому, кто безропотно следует его велениям.
1905