Чтение онлайн

Улыбка тотчас превратилась в снисходительную усмешку, а мне задали все тот же вопрос:

— Какой жест?

— Базовый жест «Ус», и как его переделать в жест для активации заклинания, с помощью которого «обычным» огнем управляют.

Глун, все такой же насмешливо-улыбчивый, кивнул и решительно поднялся на ноги. Я невольно съежилась, а куратор спокойно обогнул стол и оказался у меня за спиной. Потом наклонился и сунул мне под нос ту самую «распальцовку с подвывертом», которая так меня взбесила.

С этого ракурса жест

не казался таким уж сложным и непонятным. Стараясь не думать о том, что куратор стоит очень близко, я разжала руки, прекратив сдавливать сумку, и попыталась повторить жест. Потом еще раз и еще.

А потом куратору надоело. Он подвинул мой стул (да-да, вместе со мной), сел на край стола и, ухватив мою правую руку, принялся загибать на ней пальцы.

Шок? Мягко сказано! У меня снова глаза на лоб полезли, и ладони — о ужас! — вспотели. Почему Глун так себя ведет? Что за резкая смена отношения?!

Из оцепенения меня вырвало насмешливое:

— Так и будешь сидеть? Или все-таки попробуешь осознать и запомнить?

У! А можно я просто встану и уйду? Ваше неожиданно проснувшееся рвение к моему обучению, куратор, пугает больше, чем крики!

Но вслух я этого, разумеется, не сказала. Вообще выдохнула, решительно отбросила посторонние мысли и уставилась на свою руку. Глун поставил мои пальцы «в позу»: безымянный на середину подушечки большого, большой согнул так, чтобы он в костяшку того же безымянного упирался, указательный и средний развел в стороны и тоже согнул хитро, а вот мизинец…

— Тебе не хватает гибкости, — оттягивая несчастный мизинчик так, что даже немного больно стало, уведомил куратор. — Надо тренировать пальцы, иначе и десятой части заклинаний воспроизвести не сможешь.

Черт, он даже говорит со мной как с человеком, а не как с тварью! Так же, как в храме, после нападения.

— Даш, — позвал фон Глун нетерпеливо. — Даш, ты вообще здесь?

Нет! Но… но нужно собраться и понять этот чертов жест!

Я выдернула руку из ладони брюнета, шумно выдохнула и попробовала самостоятельно изобразить эту их магическую распальцовку. И чуть со стула не упала, когда Глун заявил:

— Хорошо. Но мизинец мне по-прежнему не нравится. Тебе надо делать упражнения на растяжку, я потом покажу какие.

Блин!

К счастью, на этом наш междусобойчик закончился — дверь распахнулась, и в деканат влетела Глория. А за ней еще двое вошли: толстый дедок, которого, как мне помнилось, Сарином зовут, и непосредственно декан. И именно ему, Фиртону, принадлежала удивленная реплика:

— Эмиль? Дарья?

— Выполняю свои прямые обязанности, — спрыгивая со стола, пояснил куратор. В его голосе слышалась усмешка, и я поняла, что Глун намекает на вчерашний инцидент. Ведь Фиртон самолично призывал профессора за ум взяться…

— Я рад, что мы друг друга поняли, — ответил декан после недолгой паузы, а я почувствовала себя очень неловко.

Нет, кажется,

ничего особенного не произошло, но какое-то затаенное, необъяснимое чувство заставило смутиться, покрепче перехватить лямку сумки и встать.

— Не так быстро. — Горячая рука куратора легла на мое плечо и заставила вновь сесть.

А Глун, какой-то неприлично довольный, обошел стол, опустился в кресло и вытащил из ящика самый обычный ежедневник.

— Та-ак, — открывая книжицу, протянул он. — Так… Заниматься будем по средам, заодно твое окно по медитации используем. Устроит?

Я механически кивнула. В том состоянии, которое было у меня сейчас, я бы согласилась на что угодно, даже не вдумываясь.

— Ну, вот и хорошо. — Куратор сдержанно улыбнулся. — В таком случае до среды.

Фух! Неужели!

Вот теперь я встала и, пробормотав сдержанное «спасибо», поспешила к двери. На ходу улыбнулась Глории — младший преподаватель по «Боевой медитации» была одной из очень немногих, кто с самого начала отнесся ко мне по-человечески. И вежливо кивнула декану. Блондин ответил улыбкой и подмигнул. С намеком так, мол, видишь, как я на твоего куратора повлиял.

Угу. Повлиял. А может, и не повлиял, а может, и не ты. Мне почему-то кажется, что все не так просто.

Ситуация с Глуном определенно была странной. Вот с чего мне такое нормальное отношение обломилось? А отстаивание моих интересов перед шишкой из… Совета, да? Черт!

До меня только сейчас дошло, что тот мужик, с серебряными лампасами, Глуну угрожал. И угроза была связана с намерением куратора исполнить обещание и подтянуть меня по учебной программе.

Но ведь иномирян таскают на Полар именно по приказу Совета, разве нет? Так с чего этому чиновнику от магии злиться?

Нет, я реально запуталась. Но, кажется, знаю, кто может эту ситуацию прояснить!

Тем более в деканате висит большое зеркало. А раз есть зеркало, то есть и вероятность того, что мой призрачный друг находился тут в момент разговора фон Глуна с советником. Следовательно, я имею все шансы узнать подробности.

Провернув ключ в замке чердачной двери, я постучала и застыла в привычном ожидании трех тихих щелчков. Но прошло пять секунд, десять, пятнадцать… и ничего.

Что за ерунда?

Я толкнула дверь, но та не открылась. Затем снова впихнула ключ в замочную скважину, убедилась, что замок все-таки отперла, и постучалась опять. А выждав еще с полминутки, поняла, что начинаю впадать в панику, и задолбила в дверь со всей силы, не стесняясь.

И только теперь мне открыли, причем с заявлением:

— Я заня-я-ят!

Решительно переступив порог, я заперла дверь и только потом позволила себе оглядеться. А Кузьма, убедившись, что от него больше ничего не требуют, развернулся и бодро посеменил в сторону ванной.