Душа Ардейла
Шрифт:
Утром на вопрос Барата о завтраке Брамур решительно замотал лохматой головой:
— Поедим, когда прибудем на место! — Он немного помолчал в задумчивости, и неожиданно добавил, впрочем, очень тихо: — Поедим, если будем в состоянии поесть…
что-то такое было в этих словах, что заставило насторожиться Барата. А Брамур тем временем засунул руку в карман и извлек оттуда несколько комочков какого-то материала. Гном печально на них посмотрел, потом отобрал две штучки и протянул их человеку. Барат непонимающе взглянул на протянутые ему комочки.
— Ну,
Барат нерешительно взял комочки. Они были достаточно мягки и походили на клубочки тонких нитей, плотно переплетенных между собой. Интересно, для чего это предназначено? Барат недоуменно пожал плечами, засунул комочки в карман и зашагал следом за учителем.
Они достаточно долго шли по коридорам и туннелям. Барат понял, что Брамур держит путь в дальнюю часть города. Там он, кстати, еще ни разу не бывал. В каком-то особо темном туннеле дорогу им преградили два гнома в полном вооружении. Брамур протянул им пергамент с рунами, вытащенный из-за отворота куртки. Один из гномов внимательно начал его рассматривать. Второй не менее внимательно рассматривал Брамура и его спутника. Пауза затягивалась.
— Ты что, знакомые руны ищешь? — наконец не вытерпел Брамур. — Чего руду лопатишь?
— Порядок должен быть! — прогудел в ответ страж. — Вот тут обозначено, что ты с учеником. Где ученик?
— Тебе что, породой глаза засыпало? — взъярился Брамур. — Вот он! Перед тобой стоит.
— Это человек! — заревел в ответ страж. — А как человек может быть учеником? Чему вообще можно научить людишек?
Вот эти вопросы Барату очень не понравились. Где-то внутри вспыхнула обида и злость. Огонь, почувствовавший гнев Барата, в ножнах на спине завибрировал и даже зарычал. Видимо, что-то изменилось в облике Барата, так как страж отскочил от него, выставив секиру перед собой.
И Брамуру тоже не понравились эти вопросы. Он привык к своему ученику за время, проведенное в городе гномов. Он знал, на что способен Барат и глубоко уважал этого человека, несмотря на то, что сам был гномом.
— Это не твое дело, Этур Трандерик! — жестко и раздельно заговорил Брамур. — Если я взял в ученики человека, то сделал это с разрешения Совета, и не тебе решать, может он быть учеником или не может. Я доложу Совету о том, что тут произошло. И не надейся, что эта выходка сойдет тебе с рук, как сходили предыдущие. А сейчас выполняй свой долг! Открывай дверь!
Стражнику, хоть это ему и не очень нравилось, пришлось подчиниться. Видимо, он хорошо знал Брамура. Когда Брамур начинал говорить таким тоном, это значило, что он очень сердит, и в скором времени может последовать взрыв. В этом случае самое безопасное место находилось в противоположном конце города, и то его нельзя было бы назвать полностью безопасным.
Дверь открылась, и взору Барата предстала большая пещера. Прямо от входа вглубь пещеры уходил дощатый настил. Он вел к площадке, у края которой прилепилось какое-то металлическое корыто. Брамур деловито протопал к нему, достал непонятные комочки и запихал по одному в каждое ухо. Он быстро достал еще и котелок, нахлобучил его на голову и залез в это корыто.
— Ну, чего встал? — пробурчал
Барат подошел и осторожно заглянул в металлическое нутро. Мда… Если по ширине это корыто и подходило, то по длине — никак.
— Не забудь пристегнуться! — обернулся к нему Брамур и вдруг громко заржал.
Барат, пыхтя, боролся со второй ногой, пытаясь ее втиснуть на место. Нога не лезла! Брамур вылез наружу и наклонился над Баратом, что-то крутя сильными пальцами. Щелчок, и сиденье отодвинулось назад, освобождая необходимое пространство для ноги. Барат со вздохом облегчения примостил вторую ногу. Ну и что, что колени торчат выше ушей? Зато весь поместился! Брамур наклонился, доставая из-под задницы Барата систему кожаных ремней.
— Так надо! — ответил он на недоуменный взгляд.
Брамур, хмурясь, начал застегивать ремни на груди парня. Тот никак не мог понять, что же сейчас будет и каким образом продолжится их путешествие.
Брамур снова забрался на скамейку впереди, повозился со своими ремнями и, обернувшись, спросил:
— Готов?
— К чему? — удивленно взглянул на Брамура его ученик, пытаясь поплотнее надвинуть свой котелок на голову.
— А вот к чему! — рыкнул Брамур и потянул за выступающий рычаг.
Поверхность пола перед корытом вдруг отошла в сторону. что-то заскрежетало, лязгнуло. Корыто, которое оказалось ничем иным, как тележкой, резко дернулось, натужно скрипя, и двинулось вперед. Потом, резко набирая скорость, тележка ухнула по двум металлическим направляющим вниз. Все, что было в организме Барата в середине и ниже, очень быстро перебралось поближе к голове. Рот открылся в безмолвном крике. Нежелание Брамура завтракать стало очень ясным и понятным. Более того, это решение оказалось очень верным!
Барату удалось сделать глотательное движение, и в его уши ворвался чудовищный грохот металлических колес по металлическим же рейкам. Он, изогнувшись неимоверным образом, судорожно вытащил из кармана комочки, данные ему Брамуром, и поспешно затолкал в уши. Тут экипаж вылетел на вираж. Барата притиснуло к краю и сильно придавило. Сбоку и внизу мелькнули отблески чего-то алого. Барат обеспокоенно взглянул туда и широко открыл глаза. Внизу кипела лава! Кровь земли! Оттуда пахнуло на мгновенье нестерпимым жаром. Или это только показалось?
Тележку нещадно болтало из стороны в сторону. Она то влетала в темные туннели, то взмывала вверх, то проваливалась вниз. Барату открывались изумительные картины подземных пещер, конечно, когда хватало освещения, чтобы их рассмотреть.
Несколько раз тележка, выехав на ровную поверхность, начинала замедлять ход. Но в этих местах неизменно возникала пара сосредоточенных гномов. За специальные скобы, наваренные впереди тележки, цепляли крюки, и тележку начинали тянуть вверх какие-то визжащие и скрипящие механизмы. Гномы внимательно смотрели, как работают эти хитрые штуки. Когда тележка выталкивалась наверх, один из этой пары дергал за какой-то рычаг, и снова начиналось головокружительное движение.