Чтение онлайн

Я по опыту знала, что плохое поведение возникает из-за попустительского отношения к ребенку в других сферах его жизни. И хотя я сочувствовала Кристиану – ведь ему недодавали внимания дома или где-то еще, – он явно считал, что и здесь ему все сойдет с рук.

– Хороший вопрос, – сказала я. – А как ты думаешь, почему мы не пользуемся учебниками?

Он усмехнулся себе под нос и пронзил меня взглядом.

– На мой взгляд, вы закидываете меня новыми вопросами вместо того, чтобы ответить.

Я замерла и перестала улыбаться, а остальные

ученики либо захихикали в ладошку, либо изумленно переводили взгляд с меня на Кристиана и ждали, что будет дальше. От вида самодовольного выражения лица Кристиана у меня закипела кровь. Я сглотнула и сдержанно проговорила:

– Открываем пятьдесят шестую страницу.

– Фу-у! – простонал Маркус и, не глядя на Кристиана, бросил через плечо: – Ну спасибо.

Все достали учебники из специальных отделений под партами, зашуршали страницами и заворчали. Я взяла в руки пособие для учителей и откашлялась.

– Итак, тема сегодняшнего урока посвящена заслугам Патрика Генри, Бенджамина Франклина и Бетси Росс, – продолжила я. – Я бы хотела, чтобы вы прочли…

– Но мы уже проходили их! – крикнула Джордан Берроуз, девушка, сидевшая рядом с Кристианом.

Я сдвинула брови, склонила голову набок и притворилась непонимающей.

– Разве?!

К ней присоединился другой ученик.

– Две недели назад мы работали над этой темой в группах и посещали виртуальные музеи, – напомнил он мне.

– Ах, вот как, – подыграла я и продолжила: – Ладно, прошу прощения. Откройте шестьдесят восьмую страницу. Эта глава посвящена приходу к власти Джорджа Вашингтона при участии Томаса Джефферсона…

– Это мы тоже уже проходили, – рассмеялась сидевшая справа от меня Кэт Робишо. – Вы загружали для нас предвыборные плакаты в Pinterest.

Я посмотрела на Кристиана в надежде, что он понял мою мысль. Мы изучали все темы, описанные в учебнике, хотя и не открывали его. Ученики лучше запоминали материал, когда сами искали информацию и применяли полученные знания в практической работе, а не просто читали текст.

– А-а, – откликнулась я. – Теперь вспомнила.

Кристиан заерзал на стуле, прекрасно понимая, что тема закрыта.

– Итак, – продолжила я, – на странице семьдесят девять есть двадцать вопросов, которые помогут нам подготовиться к завтрашнему тесту. Мы можем провести остаток урока, письменно отвечая на них в полном молчании, или же можем поработать десять минут, выбирая ответы через дистанционные устройства, а затем поискать в интернете информацию о невольничьих кораблях.

– Второй вариант! – тут же закричали со всех сторон.

– Мы могли бы проголосовать, – проворковала я совсем не потому, что хотела учесть все мнения, а чтобы окончательно утереть кое-кому нос.

– Второй вариант! – закричали ученики еще громче.

Ученики взялись за свои устройства. В течение следующих десяти минут я показывала на доске вопросы с несколькими вариантами ответов, оставляя на обдумывание каждого примерно минуту, а затем,

когда все данные были внесены в программу, вывела на экран диаграмму с результатами опроса. После этого мы переключились на ноутбуки и до конца урока разбирали следующий блок информации, занимаясь поиском в интернете.

Пока ученики покидали кабинет, отправляясь на следующий урок, я наблюдала, как Кристиан в ожидании своей очереди на выход медленно продвигается вперед и смотрит в окно.

– Кристиан, – позвала я, когда он проходил мимо моего стола.

Он остановился и посмотрел на меня в своей обычной манере. Со скучающим видом.

– Твои вопросы очень важны для меня, – заверила я его. – И я приветствую, чтобы ты задавал их на моем уроке. Но только если ты будешь задавать их вежливым тоном.

Кристиан продолжал молчать, глядя куда-то в сторону. Я понимала, что он неплохой парень и, конечно же, умный, но его взгляд прояснялся очень редко. Когда это происходило, я видела в нем ребенка. В остальное время до него было не достучаться.

– Где твой телефон? – поинтересовалась я. – Он нужен тебе для занятий, а ты его не используешь.

А еще он не вернул мне батарею. Не такая уж проблема, поскольку модели телефонов у нас совпадали и у меня осталась его батарея. Но ученикам разрешалось пользоваться телефонами, я лишь просила выключать звук и брать их в случае необходимости. Они могли работать с калькулятором, генератором случайных чисел для выполнения какого-либо задания и другими полезными для обучения приложениями. Я обнаружила, что чем больше позволяю ребятам пользоваться гаджетами, тем меньше они пытаются заглядывать в них тайком. А поскольку у всех были телефоны, я не переживала о том, что кто-то почувствует себя обделенным.

– Если у тебя какие-то проблемы, я могу поговорить с твоим отцом, – предложила я, понимая, что вряд ли Кристиан по собственной воле лишился телефона.

Но Кристиан расплылся в ухмылке, встретившись со мной взглядом.

– Вы и так с ним поговорите. – Он кивком указал в сторону окна. – И даже скорее, чем думаете.

С этими словами он повернулся и вышел, хлопнув за собой тяжелой деревянной дверью.

И как это понимать?

Я встала и выглянула в окно, пытаясь догадаться, на что намекал Кристиан, но тут раздался сигнал интеркома.

– Мисс Брэдбери? – позвал директор Шоу.

– Да? – откликнулась я.

– Не могли бы вы пройти в мой кабинет? – попросил он с наигранной вежливостью, которая вызвала у меня отвращение. – И прихватите свои поурочные планы.

Я вскинула брови и ощутила слабость в коленях.

– О-о, – протянула я. – Конечно.

Неважно, сколько вам лет – четырнадцать или двадцать три, – ученик ли вы, учитель или родитель, вас все равно подташнивает, когда директор вызывает в свой кабинет. А еще ему понадобились мои поурочные планы? Зачем? Они же размещены на сайте. Он мог ознакомиться с ними в любое время по своему желанию.