Дуэт сердец
Шрифт:
И красива. Он признался себе в этом, скрепя сердце. Ему не нравились женщины с изысканными украшениями, облаченные в шелк и в туфлях на высоком каблуке, от которых пахнет дорогими духами. На Джейн сейчас вытертые джинсовые шорты, грубые ботинки и растянутая футболка. На ней не было никаких украшений, и пахла она только потом и самой собой, но все же казалась прекраснее любой красавицы, которую он только мог припомнить.
Тело непроизвольно напряглось при воспоминании о ее купании в пруду: волосы
Проклятие, что с ним происходит? Идет по джунглям и вспоминает обнаженное женское тело. Он же не мальчик, чтобы предаваться любовным фантазиям! Да, в последнее время был безумно занят, мотаясь из одного места в другое, но это вовсе не означало, что он жил монахом. У него были женщины. В его жизни всегда появлялись женщины, которых сначала привлекали его мускулы, а потом его деньги. И эта женщина ничем бы не отличалась от остальных, если бы не была высокомерной дурочкой с отвратительным характером!
Джейн Митчелл обладала холодным сердцем, острым языком и упорно не желала признаваться, что прячет «Сердце орла», даже рискуя тем, что они оба закончат жизнь в виде миниатюрных произведений прикладного искусства, висящих на стене какой-нибудь тростниковой хижины…
— Ой…
Стоун обернулся. Джейн исполняла какой-то странный танец, отбиваясь от кого-то невидимого руками. Несведущий человек мог бы подумать, что она сошла с ума.
— Москиты? — почти любезно осведомился Андре.
Его одарили взглядом, полным ярости.
— Конечно, москиты, — огрызнулась леди. — В моем рюкзаке есть репеллент, если вы позволите до него добраться.
Андре покачал головой.
— Сейчас нельзя останавливаться. Сделаете это, когда разобьем стоянку.
— И когда это будет? — Джейн сдула со лба непослушную прядь волос. — Если до ночлега еще миллион миль, скажите сразу, и я никуда не пойду. Я устала, голодна и отдала столько крови москитам, что могу получить медаль «Почетный донор»!
— Говорите тише!
— Послушайте, Стоун, я не знаю, откуда у вас эта мания преследования, но… — Когда Андре схватил ее за плечи, девушка задохнулась от возмущения.
— От инстинкта самосохранения, вот откуда! — свирепо прорычал мужчина. — У вас полны карманы ученых степеней, неужели вы не можете сообразить, что производите слишком много шума?
— О, простите. Если бы я знала, что человеческая речь мешает вашему мыслительному процессу…
— Вы забыли о бери-бери?
— Ах да, верно. — Джейн лучезарно улыбнулась. — Маленькие человечки в юбках из травы.
— Вот именно, — холодно подтвердил Андре. — Или в одежде из древесной коры.
— Конечно. Одежда
— Стоянка будет тогда, когда я решу, что мы достаточно оторвались от преследователей.
Джейн кивнула.
— Людоеды. Простите, я все время забываю…
Андре прищурился.
— Валяйте, Митчелл. Вы столько времени тыкали мне в нос своими учеными степенями. Зачем притворяться, будто ничего не знаете о бразильских племенах?
— Я привыкла доверять специалистам. Судя по всему, вы один из них…
— Я слишком устал, чтобы играть в эти игры, леди. Хотите что-то сказать, говорите. Нет — тогда закройте рот, сцепите зубы и помолчите хотя бы несколько минут. Если я правильно запомнил место, оно совсем неподалеку.
Джейн сделала круглые глаза.
— Место, которое не найдут эти зловредные охотники за скальпами?
— Если нам повезет, не найдут. Во всяком случае, я надеюсь, что некоторое время им будет интереснее следить за нами, а не бросаться в атаку.
— Как любезно с их стороны сообщать вам о своих намерениях…
— Проклятие, что вы хотите этим сказать?
Внезапно Джейн почувствовала, что устала.
Слишком устала, чтобы продолжать эту словесную перепалку. День выдался длинным и трудным, а когда удастся отдохнуть — еще неизвестно.
— Ничего, — ответила она, привалилась спиной к дереву и медленно сползла по стволу на землю. — Мне необходима передышка, Стоун. Хотя бы на пять минут.
Андре неожиданно ощутил чувство жалости, смешанной с восхищением. Джейн действительно измотана до предела. Честно говоря, он не ожидал, что ее так надолго хватит.
— Ну хорошо, — помолчав, сказал Андре, — посидите немного, пока я осмотрю окрестности.
Джейн вытянула ноги, безвольно уронила руки и опустила голову. Открылась беззащитная женственная линия шеи. На руке виднелся след от укуса комара или укола колючки, и мужчина с трудом преодолел желание прижаться губами к этой ранке.
Это была усталость, граничившая с изнеможением. Он и сам чувствовал себя немногим лучше. Сегодня ни один из них больше не ступит ни шагу.
Проглотив комок в горле, Андре заставил себя отвернуться. В зарослях тянулась тропа, поросшая ежевикой. Метрах в пятнадцати возвышался ствол могучего дерева. Неужели это та поляна, к которой они шли?
Пробурчав что-то под нос, Андре снял рюкзак.
— Я скоро вернусь, — пообещал он и скрылся в кустах.
В тот же момент Джейн вскочила на ноги. С бешено бьющимся сердцем открыла рюкзак. О таком везении и мечтать не приходилось. Изумруд, думала она, лихорадочно роясь в мешке, нужно перепрятать.