Дуэль сердец

Первая пуля просвистела у него над головой, не причинив вреда. Вторая с резким звуком ударилась о гранитный валун. Осколки скалы пронзили свежий воздух гор.

— В укрытие! — крикнул Сэм Бренниган, его низкий голос раскатистым эхом пронесся по перевалу. Одним быстрым движением Сэм перекинул плохо гнущуюся ногу через круп жеребца и выхватил винчестер из чехла позади седла. Низко пригибаясь, чтобы не попасть под вторую очередь винтовочных выстрелов, он и сам бросился в укрытие за скалы. Сэм взвел курок винтовки и начал стрелять, давая возможность своему брату Эммиту и погонщику быков Баку

Реддингу нырнуть за валуны, оставив двух оседланных лошадей и восемь запряженных быков нервно бить копытами землю среди грохота ружейного огня.

— Что ты об этом думаешь? — спросил Эммит Сэма. Выстрелы стали реже, но по-прежнему нельзя было подняться. Быки возбужденно мотали головами, пытаясь высвободиться из тяжелого ярма, но выстрелы явно преследовали людей, а не животных. Лошадям и быкам бояться было нечего, и за них Сэм не беспокоился.

— Пока не могу сказать, что я об этом думаю, — ответил он.

Еще одна пуля просвистела в дюйме над его головой, заставив припасть к земле. Кусочки горной породы, выбитые выстрелом, пролетели вблизи фетровой шляпы Бака Реддинга. Осторожно приподняв голову, Сэм осматривал скалы в поисках напавших. Никого не было видно. Черт побери! Хотелось бы ему знать, кто так неудачно решил пошутить.

— Судя по тому, как ложатся пули, я думаю, стреляет в нас один человек, перебегая после каждого выстрела. Прикройте-ка меня! Я постараюсь обойти его и подобраться к нему сзади.

Эммит Бренниган кивнул. Поправив красный платок, повязанный вокруг крепкой шеи, он устойчиво расположил своего «Генри» в выемке скалы. Пучок солнечных лучей засверкал на медном стволе винтовки. Но едва Сэм высунулся, последовала очередная порция выстрелов, и все трое вынуждены были припасть к нагретому солнцем граниту. Эммит усмехнулся:

— Кто бы ни был этот подонок, он очень плохой стрелок.

Карие глаза Сэма потемнели. Его цепкий взгляд ощупывал линию скал над перевалом.

— Или же, наоборот, чертовски хороший! Ты уверен, что этот подонок хочет убить нас, а не всего лишь припугнуть? Он снял свою фетровую шляпу, околыш которой за год тяжелого труда насквозь пропитался потом, провел ладонью по белокурым волосам и снова надвинул шляпу до самых бровей.

— Стреляйте мимо! Было бы любопытно захватить подонка живым, чтобы выяснить, кто он и почему на нас напал.

Привыкший беспрекословно следовать приказам Сэма, Эммит кивнул и принялся, хотя и осторожно, но довольно часто, обстреливать скалы, чтобы предотвратить ответный огонь. Наблюдая за высокой фигурой своего брата, рывками перемещающейся от скалы к скале, Эммит улыбнулся. Уверенностью движений тела Сэм походил на прекрасно сложенного коня, лишь некоторая негибкость его поврежденного колена нарушала грациозность.

Каждые несколько секунд голубая клетчатая рубашка Сэма мелькала между валунами и ствол его винтовки поблескивал на солнце. Эммит и Бак продолжали выстрелами прикрывать Сэма до тех пор, пока он не скрылся в густой сосновой роще, темневшей на близлежащем склоне. Они надеялись, что Сэму удастся обнаружить напавшего прежде, чем иссякнет их весьма ограниченный запас патронов.

Лежа на животе и держа перед собой винтовку, Молли Джеймс распласталась на гранитном валуне. Шквал пуль просвистел у нее над головой. Кажется, эти мужчины внизу не имели намерения попасть в нее, но непрекращающийся ружейный огонь вынуждал ее оставаться там, где она была, что вовсе не

входило в планы Молли. Со своего места на вершине перевала она заметила в сосновой роще справа от нее высокого бородатого мужчину. Похоже, он обнаружил ее и намеревался сзади подобраться к ней. Молли вставила четыре патрона в магазин своего карабина. Ей нужно быстро уходить отсюда, и, несмотря на неистовый свист пуль у нее над головой, она должна уйти немедленно.

Сделав глубокий вздох, Молли приподнялась над скалой, и, послав точными выстрелами две пули, которые, врезавшись в гранит, обсыпали головы мужчин градом осколков, она соскользнула с валуна. Краткими перебежками Молли направилась к новому укрытию. Она рассчитывала на свою ловкость, а также на малый калибр винтовки, позволявшей ей стрелять даже через узкие щели в скалах. Удобная мужская одежда не сковывала ее движений и частично служила маскировкой, подходя по цвету к граниту скал. Молли обежала беспорядочное нагромождение каменных глыб, твердо намереваясь ускользнуть от своего преследователя, но резко остановилась, когда прямо перед ней возникла пара мускулистых бедер в голубых холщовых бриджах. С гулко бьющимся сердцем она тотчас же развернулась, чтобы исчезнуть, но сильные руки схватили ее сзади за рубашку, не дав ей сделать и шага.

Когда она снова оказалась лицом к своему врагу, ее широкополая шляпа помешала ей хорошо разглядеть лицо блондина. Молли заметила только его стройную фигуру и огромный кулак, мелькнувший прежде, чем она почувствовала страшный удар в челюсть и отлетела к поваленному стволу дерева. Тяжело приземлившись в грязь в нескольких футах от мужчины, она перекатилась один раз и замерла, судорожно втягивая выбитый из легких воздух обратно и сражаясь с пляшущими перед глазами черными кругами, которым в конце концов удалось унести ее в беспамятство.

Сэм Бренниган подошел к ней за несколько мгновений до того, как подоспели его брат и Бак Реддинг.

— Проклятье, Сэм! — воскликнул Бак. — Это женщина!

Густая масса сверкающих огненно-рыжих волос ниспадала на пышную грудь, ясно выделявшуюся под белой ситцевой рубашкой, заправленной в холщовые бриджи. Широкий кожаный пояс стягивал узкую талию. Сэм встал на колени перед Молли и проверил, бьется ли пульс. Тонкая жилка ровно пульсировала у основания хрупкой шеи.

— Я постарался послабее ударить, когда увидел, что передо мной невысокий паренек, но, кажется, следовало бы ударить еще слабее.

— Пожалуй, — согласился Эммит несколько мрачно. Опустившись на одно колено рядом с братом, Эммит стащил сбившуюся набок шляпу, все еще прикрывавшую лицо женщины. Тяжелые рыжие волосы, прежде сдерживаемые шляпой, каскадом рассыпались вокруг ее головы.

Сэма изумила внешность девушки. Кожа была гладкой и чистой, не считая небольшого количества веснушек, усеивавших переносицу. Полные алые губы уголками изгибались кверху, словно она улыбалась во сне. Носик был слегка вздернут. Девушка была прехорошенькой, миниатюрной, женственной, хотя утонченной красавицей назвать ее было нельзя. Сэм предположил, что ей не более двадцати. Но что его крайне удивило, так это одежда девушки. Сэм никогда прежде не видел женщины, одетой в мужскую одежду. Это могло сбить с толку любого. Но не только внешность девушки заинтересовала его. Было в ней нечто такое, что говорило о скрытой чувственности и неотразимом безрассудстве. Казалось, ими пронизано было все ее существо.