Чтение онлайн

– Услышал по радио.

– Вашингтонская станция?

– Нет.

Она ждала, что Ричер уточнит. Он не стал. Но Темперанс поняла подтекст. Новость перестала быть местной. Это плохо. История привлечет всеобщее внимание, пресса вцепится в нее мертвой хваткой, и доктор Бреннан станет главной жертвой.

– Вы и в самом деле считаете, что министерство обороны намерено сделать из меня козла отпущения?

– Я думаю, что вероятность весьма велика.

– Чтобы скрыть тот факт, что оно приказало убить Мэсси?

– Чтобы заставить людей перестать о нем

говорить.

– А в новостях сообщалось о моем аресте?

– Из выпуска следовало, что это должно произойти.

– Теперь, когда вам известно об уликах против меня, вы бы произвели арест?

– А вы считаете, что я был бы должен сделать это?

К стоявшему рядом с ними столику начал приближаться мужчина, и Бреннан с Ричером, оба, обратили на него внимание. Одинаковый рефлекс. Одинаковые незаметные взгляды.

– А если б радио не работало? – спросила Темперанс, еще больше понизив голос.

– Я читаю вчерашние газеты.

– И вы посчитали, что должны сюда приехать?

– Да.

Бреннан принялась пережевывать эту мысль. И омлет. Ричер подцепил желток на тост. Люди вокруг спорили об обеспечении сохранности проб, ДНК и анализов следов укуса. Некоторые изучали программки, другие говорили по сотовым телефонам.

– Вы сказали, что служили в армии в восемьдесят седьмом году. В Германии.

– Верно, – подтвердил Ричер.

– Вы были знакомы с Колдером Мэсси?

– Я о нем знал.

– Я не люблю спектакли, мистер Ричер. – В голосе Бреннан что-то промелькнуло.

Раздражение. Разочарование. Беспокойство.

– А я не ставлю спектакли.

– Существуют вещи, которыми вы не хотите или не можете поделиться.

Джек кивнул.

– Тем не менее вы здесь.

– Да.

– Но чем-то вы можете поделиться?

– Вы правы.

– В чем?

– Мэсси застрелился.

– Откуда вы можете знать? – Сомнение.

Ричер положил вилку, поправил салфетку и откинулся на спинку стула.

– Я там был, – сказал он.

Еще по чашке кофе, и Темперанс с Джеком пришли к согласию по трем главным вопросам.

Неистовство прессы уничтожит карьеру Бреннан. Возможно, ей будет предъявлено обвинение, не исключено, что ее признают виновной.

На Дюпро и Шевчика оказывалось давление с самого верха. С этой стороны Бреннан не могла рассчитывать на помощь.

Чтобы обелить свое имя и избежать тюрьмы, она должна сама найти убийц Йоу.

Ричер повторил предложение о помощи. Бреннан признала, что ее умения больше подходят для работы в лаборатории, чем на улицах. Джек заверил ее, что с этим все будет в порядке. А ее способность к аналитическому мышлению станет их главным оружием.

Впервые за весь день Темперанс улыбнулась. Ей понравился Ричер, и она приняла его предложение.

Так было достигнуто согласие по четвертому вопросу.

Они обсудили свои возможности и пришли к выводу, что начинать следует с редактора Йоу.

Пять вопросов.

Бреннан заказала такси через «Убер», и они вышли в вестибюль.

Бреннан

и Ричер миновали стеклянные двери и оказались в галерее. Воздух был холодным и влажным – сказывалась близость Потомака. Тучи стали еще темнее и толще, но все еще не могли ни на что решиться.

Внимание Джека и Темперанс привлекли громкие голоса и рев автомобильных гудков.

Слева были установлены переносные барьеры, которые шли от Вудли-роуд. Персонал отеля проверял машины, после чего их пропускали на широкую мощеную площадку, предназначенную для приема и проводов гостей.

Бреннан и Ричер посмотрели направо.

И там такая же система безопасности.

Мгновенное удивление, потом понимание.

За барьерами журналисты устроили настоящий цирк – там перепутались камеры, микрофоны и провода; репортеры возмущались из-за того, что им не разрешают пройти в отель. Очевидно, акулы почуяли запах крови – какой-то политик попался на том, что трахался со своим стажером или старлеткой, не принадлежащей к звездам первой величины, чтобы попасть в «Ритц», – и теперь их водитель не может до них добраться, поэтому Бреннан и Ричер решили дальше идти пешком.

– Это она! – закричал кто-то, когда они приблизились к барьеру. – Это Бреннан!

Новость моментально разлетелась среди репортеров. Камеры водружались на плечи. Зажигался свет. Микрофоны приводились в боевое состояние.

– Доктор Бреннан. Тед Сандерс, Си-эн-эн.

– Вы хотите сделать заявление?

– Вы его убили?

– Вы покрывали фальшивое самоубийство? Или просто совершили ошибку?

– Вас скоро арестуют?

Бреннан замерла на месте, и по ее лицу Ричер догадался, что она начала бы стрелять, будь у нее пистолет. Джек схватил ее за руку и потащил обратно. Она ощетинилась, но не стала сопротивляться. Им вслед летели вопросы.

– Мы подождем тридцать минут и выйдем через кухню, – сказал Ричер, когда они оказались в вестибюле.

– Ублюдки! – прорычала Темперанс.

– Да, – Ричер кивнул.

– Все это чушь, – сказала она.

– Да, – не стал спорить Джек.

– Я ожидала, что пресса будет звонить, но это… – Она махнула рукой в сторону двери. – Безумие какое-то.

– Йоу был журналистом, – напомнил ей Ричер.

– У них чувствительность вшей.

– Но вши не мстят за своих.

– Да, должно быть, – согласилась Бреннан.

Но они ошиблись.

Четверг, 23 февраля, 13.45 по СВТ

В течение десятилетий здание «Вашингтон пост» высилось, словно гигантский серый муравейник, на углу Пятнадцатой и Эль. Теперь его новый адрес был: 1301, Кей-стрит. Или Франклин-сквер, дом 1. Газета и почта до сих пор утрясают это разночтение.

Редактора Йоу звали Альберт Торстен. В справочнике говорилось, что его офис находится на седьмом этаже над вестибюлем с невероятно большим экраном. Бреннан и Ричер поднялись на бесшумном лифте и прошли по коридору длиной с границу между США и Канадой, огибавшему отдел новостей.