Чтение онлайн

Ну, вот и отлично! Теперь у меня в Ценабуме есть глаза и уши. Тасгеций не застанет меня врасплох. Я не сомневался, что король еще раз попробует убить меня, если я позволю себе беспечность. «Ну, пусть пробует», — подумал я с мрачной решимостью. Кровь моего отца из клана воинов взывала к сражению.

Вскоре вдали над равниной поднялся холм Священной Рощи, словно огромный зверь поднял голову. И мое сердце возвысилось при виде нашего живого храма, неприкосновенного и священного, свободного от века на фоне неба.

Едва мы вошли в форт, ко мне

подбежала Сулис. Она принесла хорошие новости.

— Той женщине у тебя в доме намного лучше! Дочь секванов несколько раз навещала ее, и теперь я не сомневаюсь, она поправится!

— Ту женщину зовут Лакуту, — с нажимом произнес я.

— А? Ну да. Ей лучше.

— Брига приходила к тебе?

— Пока нет. Она по-прежнему не хочет покидать Крома Дарала. Но я разговаривала с ней. Она признала, что владеет даром. Когда она рассказывала, что пережила в ту ночь, когда спасла... Лакуту, она так и вспыхивает. Поверь мне, рано или поздно она придет к нам.

Рано или поздно меня не устраивало. Молодежь уже украшала дерево, вокруг которого пойдут на Белтейн в танце те, кто решил соединить свои жизни.

Назавтра с юга пришло известие, что Верцингеторикс, не вняв своему дяде Гобаннитио, бросил вызов Потомару и намерен оспаривать у него трон короля арвернов.

— Разве что по волшебству, — пробормотал я про себя.

— Что ты сказал? — Тарвос нагнулся ко мне.

— Да нет, это я вслух думаю, — ответил я. — Размышляю, как помочь Верцингеториксу. Он, конечно, сильный воин, но без поддержки друидов и старейшин ему с королем не справиться.

— Вот уж не думаю, что ему силенок не хватит, — ухмыльнулся Тарвос. — Как вспомню этих его женщин в Провинции...

— Зря завидуешь, — рассеянно ответил я.

— Да я ничего. Тоже могу кое-что... А вот ты на женщин и не смотрел. Как это у тебя получается, Айнвар?

Как получается? Я и сам не знал. Правда, у меня была Лакуту... А в остальное время дел хватало.

Магия пола могла бы помочь Риксу, но я сомневался насчет расстояния, все-таки до Герговии далековато. Да и кто бы стал мне ассистировать? Могла бы Сулис, но мне не хотелось ее привлекать.

Нет. Я найду другие способы помочь Риксу. Я — Хранитель Рощи. Как только до нас дошли вести с юга, я тут же сообщил друидам других племен, что поддерживаю притязания молодого князя арвернов, и советую друидам его племени оказать ему всяческую поддержку. А потом занялся нуждами собственного племени. Про свои потребности старался не думать.

Со всей земли карнутов мужчины вели женщин к Роще, чтобы отпраздновать Белтейн. Князья устраивались в доме собраний; остальные расположились кто где, потеснив жителей форта, или нашли приют в окрестных усадьбах.

Теплое солнце начала лета стояло высоко в небе, кровь кипела в жилах. Накануне брачного ритуала я сам осмотрел

поляну, предназначенную для праздника, и провел последние приготовления. Следовало сосредоточить внимание Источника именно на этом месте, а для этого костры должны гореть, неглубокие канавки, образующие на поляне магический узор, должны быть заполнены водой, и вообще грудь земли должна быть украшена; это обязанность главного друида.

Посреди поляны стоял вкопанный ошкуренный ствол дерева. Веревочные растяжки не давали ему наклониться. Таков символ Белтейна. Поскольку праздник обычно получался довольно шумным, поляна располагалась поодаль от жертвенного камня в центре Рощи. Ствол дерева был изукрашен цветами разных карнутских кланов: буйно-малиновым, желтым и черным, золотым, синим и фиолетовым, зеленым и алым. Дерево напоминало огромный фаллос, расписанный яркими татуировками. Он задорно торчал к небу в ожидании праздника жизни, брачных танцев и обрядов плодородия.

Я тщательно окропил землю вокруг основания ствола водой из нашего самого священного источника, и долго стоял, глядя на символ. Мои босые ноги впитывали тепло майской земли. Было тихо, а внутри меня бурлила и бесновалась кровь. Жизнь предъявляла свои требования.

Набросив капюшон, я вернулся в селение. Здесь было людно; народ уже начал праздновать и громко жаловался на нехватку вина. Ноги сами понесли меня к дому Крома Дарала; ясеневый посох главного друида ударил в дверь. Я вошел. Брига смотрела на меня с немым вопросом. Я просто сказал: «Идем» и взял ее за руку. Я не спросил, дома ли Кром. Сейчас меня это не интересовало. По счастью, в это время Кром вместе с другими воинами на краю поселка метал камни в цель. Но даже будь он дома, это ничего бы не изменило. Я увел бы Бригу в любом случае. Когда жизнь начинает приказывать, нам остается только подчиняться.

Я провел Бригу через форт, за ворота, вниз по склону к берегу Аутуры, к маленькому пляжу в форме полумесяца, прикрытому густыми зарослями ивы и ольхи. Скрытое от посторонних глаз, прогретое солнцем убежище; я давно приметил его, бродя наедине со своими мыслями.

Брига что-то возбужденно говорила, наверное, возражала, но я не слышал ее, оглушенный пением крови в ушах. Но руки своей она не вырвала. Когда мы, наконец, остановились на песке, я понял, что дрожу. Она пытливо посмотрела мне в лицо, а затем обернулась на тропу, по которой мы пришли.

— Я — главный друид, — хрипло и с трудом выговорил я. — Нам никто не помешает.

— Даже если ты возьмешь женщину против ее воли? — Задрав подбородок, она надменно смотрела на меня. Маленькая фигурка волшебным образом преобразилась, не оставляя сомнений в ее благородном происхождении.

— Я не беру женщин против их воли, — сказал я и отпустил ее руку.

Она рассеянно потерла красный след, оставленный моей хваткой, и мы уставились друг на друга, дыша, как загнанные лошади, что явно не соответствовало хотя и торопливой, но все же прогулке от селения.