Чтение онлайн

Правда, с таким же успехом я могла бы остаться и в одиночестве, Он сел возле своего стола, втянув голову в плечи и стараясь не встречаться со мной взглядом. Я догадалась, что сейчас ему не до медитации, и подошла поближе.

– Сарда, – обратилась я к нему, собираясь завести с ним разговор.

Его голос прозвучал холодно и отчужденно:

– Не вижу оснований для общения между нами. У нас давняя склонность к конфликтам друг с другом.

– И я уже от нее порядком устала. – Я попыталась заглянуть ему в глаза. – Неужели ваше учение не позволяет вам прощать?

Он удивленно повернулся ко мне, поднялся

и дал понять, что он, несмотря ни на что, совершенно спокоен.

– Наша история богата не очень веселыми событиями. Однако пока ничего не изменилось. Способность прощать – это загадка общественной жизни, но она не в состоянии изменить сложившиеся обстоятельства.

– Вы отрицаете способность к прощению, но, однако, я чувствую, как вас снедает тоска. Если эмоции чужды вашей расе, то почему вы так меня ненавидите? Ведь я тоже признаю логику, – Я почувствовала, что попала в цель. В неприступности вулканца оказался изъян. Но через некоторое время ему все-таки удалось восстановить контроль над собой.

– Я… не испытываю к вам чувства ненависти, Пайпер, – ответил он, но мое имя прозвучало в его устах как титул или воинское звание. – Я не вижу особого смысла в продолжении нашей беседы.

И все же за прошедший по земным стандартам год это был наш первый разговор с Сардой. Я начала подумывать о том, что молчание, вероятно, лучше такой вот беседы и прикрыла веки, перестав терзать его самого и его репутацию. Ведь именно я могла быть той причиной, которая привела к его отчужденности от других представителей расы вулканцев, находящихся на службе в Звездном Флоте. А в довершение всего ему пришлось свыкнуться с мыслью о том, что я теперь буду его соседом по каюте, в то время, как право на одиночество и самоизоляцию всегда относилось к самым важным проявлениям свободы личности у вулканцев.

– Как хотите, – ответила я. Мне очень хотелось, чтобы мой голос прозвучал спокойно и уверенно.

Сарда молча ушел неизвестно куда.

– Запомните, – добавила я на прощанье, – вы оказываете себе и Звездному Флоту медвежью услугу тем, что зарываете в землю свой талант. У меня ведь и в мыслях не было обидеть вас, Сарда. Я лишь подумала, что вы хотели…

– Нет никакого смысла в том, чтобы повторять то, что мы знаем уже давно. Ваше вмешательство объяснимо, но все же у вас нет на него никаких прав.

– К тому же оно обходится вам довольно дорого. Я все понимаю.

Извините.

– Извинения и прощение характерно для рас, которые живут во власти эмоций. Но вулканцы к таковым не относятся. Трудности в обеспечении каютами скоро закончатся, для вас и для меня будет лучше не вступать в излишние контакты. Этот корабль достаточно велик. И мне бы хотелось, чтобы весь его экипаж оказался между мной и вами.

– Сарда…

– Желаю приятного отдыха.

У двери раздался негромкий шум, затем появился Скеннер.

– Проходи, – просто ответила я.

– Здесь больше никого нет? За Скеннером вошли все остальные. Все, кроме Сарды.

Я кивнула.

– Спасибо за услугу.

– Наверное, у вас с Сардой в прошлом что-то было, не так ли?

– Да, но ничего особенно приятного. Конечно… и такое было тоже. Но все уже позади, и назад его не вернешь.

– Гм. Извините. Очень жаль слышать об этом. Я была благодарна Скеннеру за то, что он наконец

замолчал.

– Все готовы к обеду?

– Почти.

– Это поможет всем нам, – решила Мэрит. – Всем необходимо время на акклиматизацию. Даже кандидатам в капитаны.

Я почувствовала, как отяжелели мои веки. Сейчас мне больше всего хотелось бы побыть одной. А для этого, вероятно, лучше офицерской кают-компании места не найти.

Мы направились к двери, но нам не суждено было добраться до столь благородной цели. Оглушительно прозвенел сигнал коммуникатора.

– Лейтенанту Пайпер немедленно прибыть на мостик. Ответьте мостику сразу же, лейтенант!

Двери прямого турболифта к мостику открылись прямо передо мной. Мои волосы были аккуратно собраны в пучок, униформа тщательно выглажена, спина стала прямой, а взгляд исполнился достоинства. Уверенным шагом я ступила на мостик «Энтерпрайза», обратив на себя внимание всего начальства.

Что ж, это было всего лишь приятной мечтой. Жаль, что в действительности все всегда получалось иначе.

На самом деле, выходя из лифта, я едва не споткнулась, мои вьющиеся локоны в беспорядке упали на плечи, я прерывисто дышала от бега по коридорам, а моя голова была переполнена страхами и вопросами без ответов.

И только вплотную столкнувшись с людьми в униформах, я вспомнила, что на мне все еще мой черный костюм, застегивающийся спереди на молнию, с капюшоном, короткими рукавами и едва закрывающий мои колени. Короче, совершенно внеуставной. Конечно, он оттенял все достоинства моей фигуры, но только не будущей должности и работоспособности вообще.

По инерции я врезалась в оградительную сетку. Выходит, не заметила и ее тоже.

– О… извините, – пробормотала я и уставилась на офицера, стоявшего напротив меня. Вначале я подумала, что передо мной Сарда. Но это был не он.

Я была знакома с несколькими вулканцами, но этот являлся самой известной фигурой из всех. Наяву он выглядел даже более величественным, чем на тех голограммах, которые мне довелось видеть. Его лицо сразу показалось мне похожим на компьютерный каталог всего того, что он пережил, включая эмоции. Элегическое спокойствие укрывалось за внешним безразличием и красноречиво указывало на скрытый огромный багаж знаний и совсем не присущую вулканцам надменность. Его глаза были похожи на отполированные до блеска стеклянные шары и содержали столько же тепла, сколько сдержанности, отражая недюжинный интеллект их владельца. Самодовольство вулканцев – моих коллег по учебе – начисто отсутствовало в нем. Я сразу почувствовала это.

Командир Спок. Интересно, услышу ли я когда-нибудь его голос?

Все находившиеся на мостике показались мне неправдоподобно высокими, когда я встала перед ними, пытаясь отдышаться. Это было для меня жестоким открытием, поскольку я привыкла смотреть прямо перед собой или сверху вниз, беседуя с другими. Самым низкорослым оказался капитан Кирк, но это я поняла не сразу, так как он был здесь самой важной персоной. Если бы я не знала его лучше, то подумала бы, что он тоже наполовину вулканец. В нем чувствовались та же гордость и внутренняя сила, тот же проницательный взгляд, как и у его компаньона, но, вместе с тем, все это выглядело чуточку наигранным или случайным.