Драйв Астарты
Шрифт:
Орквард: Ой, не смеши селедок в море, как говорят у вас на флоте. При том уровне технологии это был бы провальный проект. Даже орбитальные станции тогда были убыточны и, вообще, их запускали больше для престижа. Прибыль приносили только спутники слежения и коммуникации. И в начале века космос отошел на задний план. Развитый Запад увлекся неоконсервативным гуманизмом и завяз в нем, пропустив момент, когда сингулярность все изменила. 20 лет назад был первый звоночек: одно американское космическое агентство заявило, что начнет строить на Луне прототипы обитаемых станций и забирать территории вокруг них. С тем проектом была мутная история, но конвенция ООН о нейтралитете
Кебо: Китайцы хапнули, в основном, виртуально, карандашом на карте.
Орквард: Да. Но первая фабрика-автомат на Луне построена. Бутылка откупорена.
Кебо: Ага! Сейчас я отфутболю тебе твой вопрос: что дальше?
Орквард: Я этого ждал. Некоторые аналитики говорят: Допустим, через год тысяча – другая экстремалов переселится в орбитальные Диогеновы бочки, и ещё примерно столько же – на Венеру, которая более-менее остынет и успокоится. Сотня – другая искателей супер-экстрима попробуют жить на Марсе, а кто-то на Луне. В сумме это получится даже меньше, чем сейчас в Арктике и Антарктике. Допустим, они сумеют автономно обеспечиваться. Это предельно оптимистично, а что это даст остальным?
Кебо: Драйв, вот что! Я летом была в Антарктике, в Порт-Колибри. Там классно! По прогнозам через 10 лет в полярной Меганезии будет двести тысяч жителей. Прикинь?
Орквард: Прикинул. А сколько, по-твоему, жителей будет через 10 лет на Венере и на Марсе? И, главное, чем они будут там заниматься? Сразу говорю: идея, что на Венере будут, как в Антарктиде, добывать ценные полиметаллические руды для экспорта на Большую Землю, не проходит по экономике. Дешевле пробурить на Земле дырку сто километров глубиной и качать оттуда, чем возить тысячи тонн с планету на планету.
Кебо: Я не врубаюсь. Ты намекаешь, что колонизация планет на фиг не нужна?
Орквард: Нет, я намекаю, что внеземные колонии, кроме, разве что, лунной, будут не рудниками на выселках Земли, а полноценными гуманоидными цивилизациями.
Кебо: Я правильно поняла, что ты специально сказал «humanoid» а не «human»?
Орквард: Да, дьявол меня забери! Первое поколение марсиан ещё будет обычными людьми, им придется для выхода на открытый воздух надевать кислородные маски и намазываться защитным кремом. Но они позаботятся, чтобы второе поколение уже меньше нуждалось в этом, а третье вообще будет с детства обходиться без этих штук. Немного терроформировать Марс, и немного марсоформировать людей. Вот золотая середина, которая, по-моему, станет главной стратегией и на Марсе, и где угодно! Человеческая и гуманоидная генная инженерия, инженерия организма человека на генетическом уровне должна превратиться в обычную практику, такую же, как сейчас вакцинация от всяких болезней.
Кебо: А гуманоиды смогут скрещиваться с людьми, или виды разойдутся, и adieu?
Орквард: ещё как смогут! Не хуже, чем негры с эскимосами у нас в Гренландии. И метисы будут рождаться с самыми неожиданными комбинированными свойствами! Получится генетическое разнообразие, которое само решит ряд проблем адаптации гуманоидов к мирам, сейчас кажущимся абсолютно непригодными для человека!
Кебо: Значит, смысл внеземных колоний в создании дочерних рас и цивилизаций?
Орквард: Да! И это единственный по-настоящему дельный смысл… Только давай мы перенесем эту часть разговора на вечернюю тусовку. Это как раз тема…
Кебо: Ага! Надо, чтобы оставалась интрига. Ну, тогда пока последний вопрос. Как ты считаешь, встретим ли мы до
Орквард: Вот… Мне было бы чертовски приятно ответить: да! Мы скоро встретим в космосе ребят, таких же симпатичных как мы сами, только с синей кожей, острыми ушками и хвостом… Хвост у синей девушки это очень сексуально. Я бы мог сделать такой сюжет вокруг этого, что в Европе на него бы сразу налепили «три икса». Но я стараюсь держаться научных представлений о Вселенной, и максимум, на что можно рассчитывать, это встреча с цивилизацией вроде той, что у меня показана в новелле «Яблоки Авалона». Если считать авалонских гидроподов братьями по разуму, то по справедливости, земных муравьев надо считать даже не просто нашими братьями, а однояйцевыми близнецами, настолько они нам ближе и понятнее, чем гидроподы.
Кебо: А муравьев, с их муравейниками и аграрными технологиями, можно считать цивилизацией в строго-научном, академическом смысле?
Орквард: В строго-научном, академическом смысле, даже людей нельзя считать цивилизацией. Мы ещё не доросли до того определения, которое дали ученые.
Кебо: Ага! Типа, по науке, мы ещё не цивилизация, а фигня на палочке. Эту и другие резкие темы будут в вечернем репортаже с НФ-тусовки на Тетрабублике Хат-Хат.
– ---------------------------------------------------------
…
Выйдя из студии под большой козырек (полезная штука, когда хлещет сильнейший тропический ливень), Орквард оглянуться не успел, как на нем повисло некрупное, практически голое человеческое существо женского пола, и громко взвизгнуло:
– Фоткай, Омад!
– Готово! – Отозвался совсем молодой парень-негр, одетый только в оранжевый пояс с тремя нашитыми карманами, и занимавший удобную для фотоохотника позицию под самым краем козырька с коммуникатором в руке.
– Лейла! Что за на фиг! – Возмутилась Пепе Кебо и сделала быстрое движение. Послышался звонкий шлепок, а затем обиженная реплика.
– Тётя Пепе, ну зачем сразу по жопе?
– Затем, что нечего прыгать на незнакомых людей… Гисли, это Лейла, абсолютно бессовестный ребенок в пубертатном периоде… А вот тот юниор – Омад. Полный раздолбай, но обаятельный… Лейла, с чего вдруг ты надела Lza племени татутату?
– Что она надела? – Переспросил Орквард.
– Вот это… – Кебо щелкнула пальцем по пестрому шнурку на бедрах, составлявшего единственную на данный момент одежду негритянки-подростка, – …Называется Lza, традиционная одежда в местности Мберамо. У каждого клана свой узор.
– Это подарок Йи Вааа-Марвин! – Объявила Лейла.
– Ну, тогда ладно… Значит, Марвины уже здесь… А где, кстати?
– Вот, – лаконично сообщил Омад, показав глазами куда-то вверх.
На краю крыши около водостока находилась компактно свернутая черная фигура, которую можно было принять за своеобразную декоративную статуэтку из какого-то экзотического колдовского культа. Как будто под влиянием взглядов группы людей статуэтка развернулась, бесшумно спрыгнула с крыши и оказалась рядом с Лейлой, превратившись в ходе этих пертурбаций во вполне живую девушку. Она была одета в пятнисто-зеленый ультракороткий комбинезон-фартук «ere-style», украшенный яркой репродукцией доброго птеродактиля Фшфш из мультиков Дика Пауэла. Ростом она не превосходила Лейлу, но отличалась гораздо более крепким телосложением и угольно черным (а не шоколадным, как у банту) цветом кожи.