Чтение онлайн

Я был только рад, что был вынужден сосредоточиться на своем докладе. Все стали рассматривать план, который я нарисовал с помощью Ренфилда, вместе с которым мы и проводили нашу рекогносцировку. Он оказался отличным рисовальщиком.

«Охрана внутри самого завода?», спросил Фаркаш.

«И сверху, и внизу», ответил я ему. «Патрулируют по мосткам над производственным цехом и ходят внизу среди рабочих. Все вооружены. Охранники в цеху нужны, чтобы понукать рабочих вкалывать без передышки. Если заключенный стал работать

медленнее или падает, его избивают. Ночью охранников меньше, чем в дневное время».

«Где у них склады с порохом?», спросил Ван Хельсинг. Ренфилд сразу же навострил уши, услышав этот вопрос, обрадовавшись тому, что мы, наконец, обсуждаем то, что его интересует. Он подошел к столу и указал на нужное место на плане.

«Вот эти несколько насыпей за собственно заводом», пояснил я. «Не настолько далеко от него, как требуется в целях безопасности, но переоборудование завода позволило расположить их только на таком расстоянии. Там же складируются и готовые снаряды. Вот здесь и здесь. Они уложены на поддоны в ожидании вывоза».

«Ох!», воскликнул Ренфилд. «Вот бы все это бомбануть!»

«Да, сержант». Я похлопал его по плечу. «У тебя будет возможность поиграть в свои любимые игрушки».

«А где составляется и хранится этот список?», спросила Анка.

«Вот здесь». Я показал на план. «В конторе на втором этаже, над собственно заводскими цехами. Она выходит окнами на заводские цеха, что позволяет начальнику смены наблюдать за производственными линиями».

«Прямо в центре комплекса», заметил Павел. «Контора эта окружена стеной, цехами завода и всей охраной».

«Очень опасную операцию мы затеваем», сказал Фаркаш.

«Я думаю, что ее осуществить невозможно», заявила Анка. «Скажите англичанам, пусть разбомбят его своими самолетами».

«Это невозможно сделать, не убив при этом рабочих», сказала Люсиль.

«Они обречены в любом случае», ответил Фаркаш.

«Выходит, мы должны будем отыскать возможность проникнуть внутрь, завладеть списками и уничтожить записи, а затем выйти оттуда, не причинив вреда никому из этих несчастных», резюмировал Ван Хельсинг. «Непростая задача».

«Вообще-то», добавил я, «мне кажется, мы должны освободить заключенных». И я описал маршрут выхода и план действий на случай эвакуации, которые я подготовил для тех, кто в списках.

«Не забудьте про ба-бах!», сказал Ренфилд со слышимым в голосе небольшим беспокойством, как ребенок, напоминающий своим родителям, что они обещали ему сладкое.

«Бабахнуть было бы неплохо», сказал я. «Очень сильным взрывом, чтобы уничтожить боеприпасы. Но только после того, как мы эвакуируем рабочих». Я не мог выбросить из головы картины страданий этих несчастных, надрывающихся как каторжники над этими своими машинами, жестокости их надзирателей, унижений и абсолютных мучений, свидетелем которых я стал во время своей рекогносцировки. Я должен был что-то

сделать, чтобы спасти их из этих издевательских условий. Что угодно, иначе их ужасная участь наверняка будет преследовать меня всю жизнь.

«Мне это не нравится. Круглосуточно вооруженные часовые, три яруса, четыре яруса в глубину. Это смертельная ловушка», сказала Анка и оттолкнула от себя мой план, словно выбрасывая грязную салфетку.

«Мне кажется, я смогу помочь вам в этой затее», впервые за все время сказал Дракула.

Анка свирепо посмотрела на вампира. «Мы провели совещание и приняли решение относительно вашего участия в нашей борьбе», объявила она. «Мы больше не будем действовать совместно с таким богомерзким монстром».

«Что за совещание? Когда оно состоялось?», спросила Люси. «И почему мне ничего не сказали?»

«Мы знали, что ты будешь возражать», ответила Анка. «Это окончательное решение. Мы не будем действовать совместно с этим чудовищем». Она бросила на Дракулу самый недобрый взгляд, какой только смогла.

«Даже если это означает победу немцев?», спросила Люси. «Не надо ребячиться».

«Это богопротивное дело!», прошипела Анка.

«Суеверная чушь», сказал я, удивляясь самому себе тем, что снова защищаю Князя.

Анка бросила на меня тот же недобрый взгляд. «Вам лучше запомнить это, молодой человек из Англии», сказала она с какой-то странной страстью. «Мы в Трансильвании, а Трансильвания — это не Англия. Наши обычаи не такие, как у вас».

Я на некоторое время отошел от них, собравшихся в круг, как следует отчитанный, понимая, что вышел за пределы своей компетенции.

«Что произойдет после того, как мы победим нацистов?», спросил Фаркаш. «Он набросится на нас, удовлетворяя свои гнусные желания».

«Несколько мелодраматично, вам не кажется?», сухо заметил на это Дракула. «Вы уверены, что знаете меня настолько хорошо, что способны предсказать, как я буду себя вести?»

«Мы все видели ваше поведение в поезде», пробормотал Павел.

«Моя бабка прекрасно тебя знала, настолько хорошо, что сердце ее пронзил кол», сказала Анка сквозь стиснутые зубы. «Мой дед сам отрезал ей голову. Он так и не оправился после этого ужасного деяния. То, что он рассказывал нам, разные истории… Этот монстр похищал наших детей, младенцы пропадали и гибли от рук этого безбожного чудовища».

«Дети?», Дракула нахмурился. «Откуда взялась эта чушь?»

Анка встала и шагнула навстречу вампиру, лицо ее исказилось от ненависти. «Мы не потерпим тебя, дьявол!»

«Отец». Люси повернулась к отцу, чтобы тот вмешался. Он ближе всех знал эту толстую женщину. Но Ван Хельсинг лишь покачал головой.

«Я спорил с ними до хрипоты», сказал он. «Но у меня всего лишь один голос. Я не могу заставить кого-то что-то делать, даже при том, что считаю, что они ошибаются. Сильно ошибаются».