Драконы
Шрифт:
Облокотившись на каминную доску, всадник поворачивался то одним, то другим боком к огню, пытаясь хоть немного согреться. Глаза его следили за Ф'ларом, нетерпеливо расхаживающим из угла в угол.
— Мнемент его успокоит, — ответил Ф'лар. — Может быть, ему удастся что-нибудь понять из его бреда. В страже больше старческого слабоумия, чем здравого смысла, однако…
— Сомневаюсь, — обводя внимательным взглядом затянутый паутиной потолок, покачал головой Ф'нор.
Наверное, он перебил уже всех ползунов в этой комнате, но осторожность
— Гм… — нахмурившись и задумчиво глядя на коричневого всадника, протянул Ф'лар.
— Не верится, что всего за десять Оборотов Руат мог прийти к такому упадку естественным образом. Нет, здесь чувствуется последовательная работа… Драконы ощущают присутствие чьей-то силы в этом месте, и страж, родственное им существо, тоже способен ее улавливать. Но кто это делает?..
— Возможно, некто нашей крови, — заметил Ф'лар.
Ф'нор бросил на своего предводителя быстрый взгляд, словно хотел убедиться в серьезности его замечания, — ведь все имевшиеся у них сведения говорили об обратном.
— Я допускаю, что здесь присутствует сила, Ф'лар, — согласился он, — это может быть какой-нибудь мужчина… внебрачный отпрыск старого рода. Нам же нужна женщина. А Фэкс определенно дал понять, что уничтожил всех руатцев древней крови. Женщин, детей… всех-всех.
Коричневый всадник тряхнул головой, словно пытался рассеять сомнения. Ему показалась странной уверенность Ф'лара. «Едва ли Поиск закончится в Руате», — подумал он.
— Однако страж что-то скрывает, и только некто нашей крови мог наложить подобный запрет, — настойчиво повторил бронзовый всадник. Он обвел комнату широким жестом. — Руат пал. Но он сопротивляется… тайно, неуловимо. Более того, здесь присутствует не только ментальная сила… нет… Я чувствую здесь не только силу… но и корни старого рода.
Упрямое выражение глаз Ф'лара, его сурово сжатые губы заставили Ф'нора прекратить спор.
— Обыщем все внутри и вокруг этого несчастного холда, — пробормотал он и вышел из комнаты.
Ф'лара изрядно утомила леди Тела — дама, любезно приставленная к нему Фэксом. Она беспрестанно хихикала и постоянно чихала, вытаскивая при этом какой-то кусок ткани — шарф или носовой платок, которым, однако, так ни разу и не воспользовалась по назначению. Сей предмет туалета давно уже нуждался в хорошей стирке. От женщины исходил кисловатый запах пота, приторных благовоний и прогорклой пищи. Кроме того, она была беременна. Это еще не бросалось в глаза, но она сама поведала Ф'лару во всех подробностях о своем состоянии, то ли по глупости, то ли по приказу своего господина, совершенно не замечая, что ее признания бронзовому всаднику неприятны. Ф'лар старался избегать ее присутствия, за исключением тех редких случаев,
Сейчас леди Тела возмущенно тараторила про ужасное состояние покоев, предоставленных леди Гемме и другим дамам из свиты лорда.
— Ставни, обе пары, оставались распахнутыми всю зиму… надо было видеть весь этот мусор на полу! Наконец нам прислали двух служанок, чтобы смести всю дрянь в камин и сжечь. Но он стал так ужасно дымить! — Леди Тела нервно хихикнула. — Пришлось послать человека на крышу. Выяснилось, что упавший камень перекрыл дымоход! Счастье еще, что сам камин не развалился.
Она взмахнула носовым платком, и Ф'лару пришлось задержать дыхание, дабы избежать приступа тошноты.
Он взглянул на лестницу, ведущую во внутренние покои. Леди Гемма медленными, неуверенными шагами спускалась в главный зал холда. Покорность судьбе и бесконечная усталость — вот что ощущалось в ее походке.
— О бедная леди Гемма! — пробормотала Тела, печально вздыхая. — Мы так беспокоимся… Не знаю, зачем милорд Фэкс настоял на ее поездке. Срок еще не подошел, но все же…
«Кажется, сочувствие этой легкомысленной особы вполне искренне», — отметил Ф'лар. Внезапно он почувствовал острый приступ ненависти к бессмысленной жестокости Фэкса. Покинув собеседницу, продолжавшую тараторить ему вслед, он подошел к лестнице и протянул руку леди Гемме, помогая ей спуститься по крутым ступеням. Пальцы женщины на мгновение с благодарностью сжали его запястье. Лицо ее было очень бледным и напряженным; глубокие морщины возле рта и под глазами говорили сами за себя.
— Я вижу, предпринимались попытки привести зал в порядок, — заметила она светским тоном.
— Вроде бы, — сухо согласился Ф'лар, окидывая взглядом огромный зал, с потолочных балок которого свисала многолетняя паутина. Ее обитатели время от времени с сочным шлепком падали на пол, на сервированные столы, в посуду. Стылые каменные стены были пусты — с них давно убрали древние знамена прежних руатских властителей. Жирные подтеки блестели на грязных плитах пола. Лежавшие на козлах крышки столов недавно почистили песком, блюда тускло поблескивали в свете свежезаправленных светильников. К сожалению, последнее было явной ошибкой: яркий свет отнюдь не шел на пользу интерьеру, который выглядел бы утешительнее в полумраке.
— Раньше зал был таким нарядным, — тихий шепоток леди Геммы предназначался только для ушей Ф'лара.
— Вы были дружны с прежними хозяевами? — с вежливым интересом спросил он.
— Да, в юности. — Она подчеркнула последнее слово, давая понять всаднику, что тот период ее жизни был счастливее, чем нынешний. — Это был благородный род!
— Возможно, кому-то удалось избежать смерти?
Леди Гемма бросила на Ф'лара удивленный взгляд, лицо ее дрогнуло, но она быстро овладела собой. Еле заметно покачав головой, она заняла свое место за столом и слегка поклонилась, поблагодарив Ф'лара и одновременно разрешая ему удалиться.