Дракон и солдат

Крики умирающих шонтинов и к'да в машинном отделении «Исследователя небес» становились все громче. Дрейкос попытался закрыть лапами уши, чтобы не слышать этих ужасных звуков. Напрасно. Он словно бы воочию видел своих товарищей, которые погибали в машинном... Странно, ведь сам Дрейкос находился в комплексе управления «Исследователя небес», в противоположном конце корабля. Сквозь стенки навигационного пузыря он смотрел, как неизвестный вражеский корабль выбрасывает до боли знакомые фиолетовые лучи, как лучи эти несут смерть, как они хлещут по корпусу «Исследователя»,

обвивают его. Смерть подбиралась ближе... ближе... ближе...

Вздрогнув так, что когти скрежетнули по мягкому пластику пола, Дрейкос проснулся.

— Дурной сон? — спросил тихий голос с другого конца каюты.

Дрейкос заморгал, прогоняя остатки ночного кошмара. Здесь было почти темно, но дракону хватило даже слабого света, чтобы разглядеть узкую койку У противоположной стены. С этой койки, приподнявшись на локте, смотрел на к'да всклокоченный Джек Морган — его новый компаньон.

— Да, — ответил Дрейкос, — извини, что разбудил.

— Ерунда, — отозвался Джек, зевнув.

Он провел рукой по волосам, что, однако, ничуть не сделало его прическу аккуратней.

— Я просто рад, что ты не был у меня на спине, когда начал метаться. Что тебе приснилось на этот раз?

— Все то же, — ответил Дрейкос, выгибая хвост дугой, как всегда делают к'да, когда задумываются.

Странно. Он уснул на спине Джека, в своей двухмерной форме. Когда же он спрыгнул на пол и снова стал трехмерным? Во время этого ужасного сна?

— Я снова видел гибель нашего передового отряда.

— И наверняка опять не заметил никаких опознавательных знаков на «Джиннах-90», которые вас преследовали, — вмешался дядя Вирдж.

Дрейкос бросил взгляд на камеру слежения. Ох уж этот дядя Вирдж! Компьютер «Эссенеи», созданный ныне покойным Вирджилом, дядюшкой Джека, был наделен искусственным интеллектом и чертами характера своего создателя. И, как однажды заметил Дрейкос, эта виртуальная личность не знала равных в умении раздражать окружающих.

— Нет, я не заметил никаких опознавательных знаков, — холодно ответил компьютеру Дрейкос. — Я ничего не заметил, даже когда они атаковали нас наяву. А теперь ты хочешь, чтобы я опознал эти корабли во сне?

— Нечего кипятиться, — обиженно заметил дядя Вирдж. — Ты же хочешь найти этих пиратов, контрабандистов... или кто они там такие.

— Они наемники, — твердо заявил Дрейкос. — На нас напало какое-то воинское соединение. Я вам об этом уже говорил.

— И что дальше? — спросил компьютер.

— А то, дядя Вирдж, — вмешался Джек, — что не только Дрейкос хочет их найти, но и я тоже.

— Тогда давайте обсудим все серьезно, — сдался дядюшка Вирдж. — Посмотри правде в глаза, Джек, дружище. Это похоже на поиски никеля в Неваде. У нас нет на это ни сил, ни средств. Несмотря на то что на нашей стороне благородный, храбрый и справедливый поэт-воитель к'да, присматривающий за тем, чтобы мы как следует провернули свою работу.

— Мы еще даже не начали работать, — напомнил Дрейкос, не обратив внимания на завуалированную насмешку.

Дядя Вирдж не скрывал своего невысокого мнения о воинской этике к'да; дяде не нравилась глубокая убежденность

Дрейкоса, что нужно всегда поступать по справедливости, чего бы это ни стоило. Спроектированный старым мошенником компьютер считал такое поведение непрактичным, бессмысленным и донельзя глупым.

— Мы собираем сведения уже десять дней и каждый раз оказываемся ни с чем, — сказал Дрейкосу Дядя Вирдж. — Я голосую за то, чтобы бросить это занятие и дать знать обо всем случившемся Звездным силам. Это их дело, пускай они им и занимаются.

Мы не можем так поступить, — возразил Дрейкос— — Пока не выясним, кто организовал то нападение, я предпочитаю оставаться в тени. Сообщить сейчас кому-либо о том, что я выжил, слишком рискованно. От наших действий зависит судьба моего народа.

— Да брось ты, — отозвался дядя Вирдж таким тоном, что Дрейкос почти увидел недовольное человеческое лицо. — Это же не Звездные силы напали на ваши корабли. Правительство Интерноса не участвует в геноциде.

— И все же кто-то в Звездных силах или Интерносе мог организовать такое частным образом, не заключая официального соглашения, — привел новый аргумент Дрейкос. — Я не стану рисковать. Мы должны все сделать сами.

— А если мы не сумеем? — возразил дядя Вирдж. — Может, ты еще не в курсе, дружок, но Рукав Ориона очень, очень велик. И мы барахтаемся в нем, как лягушки в огромном пруду. Вполне вероятно, это неплохой сюжет для героической поэмы, но мы можем продолжать поиски до конца дней своих и так ничего и не найти.

— Нам нужна подсказка, — пробормотал Джек, — одна-единственная. Какой-нибудь намек, который укажет, где именно искать.

— Думаешь, я сам не мечтаю о том же, парень? — внезапно перейдя на серьезный тон, примирительно сказал дядя Вирдж.

К'да почувствовал, как гребень на его спине разочарованно поник. На самом деле дяде Вирджу не нужны были никакие подсказки. Он хотел лишь одного: чтобы Джек отвернулся от Дрейкоса и от миллионов к'да и шонтинов — изгнанников, которые сейчас спасались бегством от валагуа и от неотвратимого оружия под названием «Смерть». Короче, дядя Вирдж хотел, чтобы Джек Морган вернулся к обычным, повседневным заботам о самом себе — о Джеке Моргане, но компьютер не смел прямо сказать об этом.

Вирджил, покойный дядя Джека, был преступником, мошенником и вором и всю жизнь думал только о себе самом. Он приложил немало усилий, чтобы вбить те же идеи в голову племянника, а перед смертью запрограммировал бортовой компьютер, создав свою виртуальную копию, обладавшую теми же эгоцентричными взглядами на жизнь.

У Джека было доброе сердце, Дрейкос мог поклясться в этом. Но задача, которую поставил перед ним к'да, могла бы смутить любого четырнадцатилетнего мальчугана.

Даже доброе сердце нуждается в тренировке и дисциплине. Дрейкос общался с Джеком всего месяц, тогда как в распоряжении дяди Вирджила и его компьютерного двойника было целых одиннадцать лет. Если Дрейкос возьмется за мальчика слишком круто, тот запросто сможет вернуться к своим старым привычкам.

Кроме того, в глубине души Дрейкос невольно чувствовал, что отчасти дядя Вирдж прав. Возможно, тревожась о судьбе своего народа, Дрейкос чересчур давил на своих компаньонов и требовал от них слишком многого.