Чтение онлайн

пился за торчащий из земли корень, и листья и тёмные

лепестки анютиных глазок посыпались вниз, пропадая

Ибо тленному сему надлежит облечься в нетление,

в пустоте могилы. У Джинни перехватило дыхание,

и смертному сему облечься в бессмертие. Когда же тленное

и темнота начала заволакивать зрение — будто

сие

облечётся в нетление и смертное сие облечётся

в чистой воде растекались струйки чернил. Она

в бессмертие, тогда сбудется слово написанное: поглощена

с ужасом представила себе, как сейчас без сознания

смерть победою.

рухнет прямо на крышку гроба и, спотыкаясь, медлен

но попятилась прочь от разверстого могильного зева.

…победою, — слово горечью отозвалось в душе

— Джинни… — прошипела Блейз, пытаясь удержать

Джинни.

её за рукав.

Ну да, в конце концов они победили. Весь волшеб— Нет! — Джинни рванулась прочь, подальше отный мир до сих пор праздновал смерть Вольдеморта:

сюда —

от жадно

распахнутой

пасти

могилы

всё ещё гремели парады и вечеринки, Хогвартс был

и от аккуратной группы безликих фигур в чёрном,

засыпан благодарственными письмами и подарками

столпившихся вокруг.

Мальчику, Который Выжил… Сам Гарри едва ли замеКаблуки ботинок оставляли глубокие вмятины

чал

всю

эту

радостную

суету.

Его

не было

на мёрзлом снегу узких кладбищенских дорожек, вена похоронах — он даже не поднял головы, когда Гердущих мимо ровных, бесконечных рядов гробниц, примиона спросила, пойдёт ли он туда. Он целые дни пропорошенных инеем.

www.yarik.com

386

Глава 16. Дух и Буква Закона.

Джинни, минуя их, обратила внимание на одну,

Вирджиния!», — хотя раньше он никогда не называл

с памятником в форме сердца:

меня так… — голос Джинни был полон печали.

«Amor Vincit Omnia» — «Любовь побеждает всё».

— Боже, какой ужас, — потрясённо выговорила

— Чушь, — безжалостно отрезала она. — СентиБлейз.

ментальная глупость.

— Да, я знаю.

Хотелось заплакать, но мороз высосал всю влагу

Джинни обхватила себя руками и опять задрожала.

вокруг, и даже слёзы предали её — тугим комом заБлейз прищурила глаза и искоса взглянула на неё:

стряли в горле,

мешая дышать. Джинни поплелась

— Можно спросить тебя кое о чём?

дальше,

повернула,

следуя

изгибу

дорожки,

— Спрашивай.

и замерла — прислонившись к кованому забору, окру— Почему ты здесь? Ты же терпеть не могла Пенси.

жающему кладбище, стоял светловолосый юноша.

— Симус хотел пойти. Он считает, что он…

Она знала, кто это, но это ничего не меняло.

в ответе.

— Что ж, формально…

…Хотелось бы мне знать, наступит ли такое время,

— Он ни в чём не виноват! — оборвала Джинни

когда вид худого светловолосого парня в тёмной одежрезче, чем ей самой того хотелось.

де не будет вызывать этой боли в груди… словно ОтбиБлейз отшатнулась, её зелёные глаза сверкнули:

вала залепил своей битой, — подумала Джинни.

— Мне следовало догадаться, что это обыкновенУслышав, как скрипит снег под её башмаками,

ное самоистязание в гриффиндорском стиле, — саркаюноша поднял голову:

стически заметила она. — В таком случае — не нужны

— Так скоро? Что, всё уже закончилось?

нам ваши подачки! От Гермионы в особенности — Пен— Нет, — коротко ответила она. — Я просто больше

си её ненавидела. Ей вообще никто из вас не нравился,

не могла там оставаться.

за исключением Рона. Это я была её подругой.

Немного прихрамывая, он двинулся к ней; его ле— Ты тоже её не любила, — заметила Джинни,

вая рука болталась на перевязи, вокруг голубых глаз

не глядя на нее.

лиловели устрашающие синяки. Драко едва не разнёс

— А это-то тут причём? — искренне удивилась

ему череп своим кинжалом.

Блейз и рассмеялась. У неё оказался неожиданно ми— Симус, — Джинни бережно взяла его ладони

лый смех, показавшийся Джинни неуместным здесь —

в свои, укутывая варежками голые пальцы юноши. —

звон колокольчиков на кладбище выглядел… непраТы не должен был приходить. Ты ещё не совсем здовильным.

ров.

Симус напряжённо всматривался в происходящее

Блейз повернулась и посмотрела в ту же сторону,

на вершине холма, выглядевшего отсюда так, словно

что и Джинни: растянувшись в цепочку, похожие

какой-то гигант, будто сахаром, посыпал его белыми

на чёрных муравьев, люди, пришедшие на похороны,

могильными камнями.

спускались с холма, оставив позади себя свежую моги— Я полагал, что в состоянии это выдержать,

лу.

но это не так, — устало проговорил он. — Столько