Довод Королей
Шрифт:
Священник поднялся на коронный помост и, помаргивая слезящимися старческими глазками, повернулся к Александру.
– Монсигнор, я не мог взять грех на душу. Пока был жив король, я молчал, ибо он, несмотря на свои грехи, был законным королем. Я надеялся, что меня минует чаша сия, что я умру много раньше Филиппа Тагэре и перед смертью передам свою тайну на исповеди своему собрату, и уже он будет решать, что делать. Но судьбе было угодно, чтобы я, недостойный служитель божий, сам исполнил тяжелый долг.
– О каком долге вы говорите, святой
– Я, – неожиданно просто сказал клирик, – служил в приходе Святого Андрэ Ланжского, и в 16-й день месяца Вепря 2869 года обвенчал Филиппа Тагэре и юную Клотильду Лагар, а в 2870 году в присутствии обоих родителей окрестил их дочь Маргариту.
Таким образом, брак Филиппа Тагэре и Элеоноры Гризье является недействительным, так как Филипп уже был женат, и жена его жива доныне. Значит, прижитые королем и его сожительницей дети, – священник горестно вздохнул, – являются незаконными и не могут наследовать корону.
– Это ложь, – крик Элеоноры был надсадным и отчаянным, – ложь! Этот человек подкуплен... Его подослали!!!
– Увы, дочь моя, – как-то так вышло, что дребезжащий старческий тенорок перекрыл вопли разъяренной женщины, как невзрачная степная лошаденка легко обходит статного, породистого коня, – то, что я сказал, истина, как бы ни горька она была для тебя. Я не мог допустить, чтоб корону Анхеля носил бастард. У меня есть доказательства. Есть запись в церковной книге, заверенная подписью и печатью Филиппа, есть его письма мне, Клотильде и Маргарите, при необходимости можно спросить их самих. Я знаю, где они.
– Даже одного из этих доказательств достаточно, – закричал какой-то приграничный граф, – святой отец прав. Хватит с нас Вилльо!
Губы Александра шевельнулись, но его расслышал лишь стоящий рядом Рито и не сразу понял услышанное.
«Так вот что узнал Жоффруа», – прошептал, опустив голову, протектор Арции и вздрогнул, как от удара, когда Оноре Два-носа, пользуясь правом героя дня, истошно завопил: «Да здравствует король Александр!»
2892 год от В.И.
15-й день месяца Дракона.
Оргонда. Дорога к Лиарэ
Виконт Малве украдкой взглянул на отца. Он так и не понял, какие чувства вызвало у того известие о смерти Филиппа Тагэре. Кто был для маршала этот человек? Сын лучшего друга, для которого он выиграл Бетокскую битву? Король, отрекшийся от старой дружбы? Брат Александра, Жоффруа и Марты? Политик, который мог выиграть войну, но предпочел обернувшийся не только позором, но и поражением мир? И что теперь будет?
Странное дело, Сезар ехал на встречу с женщиной, которую боготворил, но о ней он не думал. Мысли Малве были заняты тем, что можно и нужно сделать в ближайшем будущем. Разумеется, они с отцом поедут на миропомазание юного Филиппа Пятого, но что потом? Вернутся ли они в Оргонду или будут нужнее в Арции?
– Отец...
– Сезар? –
– Что мы будем делать?
– Не знаю. То, что приходит в голову тебе, приходит и мне. Возможно, ничего. Возможно, начнется война. Ифрана не готова махать мечом, но они с удовольствием всадят нож в спину. Вопрос, как и кому. Как бы то ни было, смерть Филиппа перевернула все. Что-то начнется.... Если уже не началось!
Мальвани привстал в стременах, вглядываясь в даль. Сын последовал его примеру и тоже увидел всадника. Нет, всадницу, ехавшую по-мужски, но длинные волосы выдавали женщину. Спустя какое-то мгновенье Сезар узнал Вивиану Франго, наперсницу Марты и бывшую подругу Сандера. Но, Проклятый, в каком же она была виде! Растрепанная, грязная, в мужском платье, явно принадлежавшем простолюдину.
Сезар пришпорил коня, отрываясь от небольшого эскорта. Вивиана, похоже, тоже их узнала, так как дала шпоры измученному коню. Они встретились возле усыпанного розоватыми цветочками куста.
– Сезар... Хвала святому Эрасти... Я успела!
– Что случилось?!
– Назад, – прошептала женщина, – поворачивайте назад. Если с вами нет армии. А лучше всего приведите ее...
– Виа! – Сезару стало страшно, – Виа! Что случилось?! На Лиарэ напали? Не может быть! Кто? Атэвы? Дарнийцы?
– Орест...
– Орест? – Сезар и не заметил, как к ним присоединился отец. – Сигнора, выпейте.
Вивиана схватила фляжку с царкой и сделала несколько крупных глотков, словно в ней была простая вода. Ее трясло, глаза провалились, ссадина на щеке кровоточила. Лошадь выглядела не лучше хозяйки. Маршал потрепал несчастное животное по шее.
– Сигнора Вивиана. Пожалуйста, возьмите себя в руки. Произошла беда, мы видим. Но какая?
– Орест... Они нашли... В склепе... Сезар! Я не могу больше!
Малве молчал, не зная, что делать и говорить.
– Сними ее с лошади, – приказал отец, – а теперь подстели плащ и усади.
– Сигнора, вам надо отдохнуть, но сначала расскажите, что случилось в Лиарэ.
Вивиана кивнула, но заговорила не сразу.
– Монсигнор, антонианцы нашли место, где приносили в жертву людей. Нашлись свидетели, которые видели там герцогиню...
– Бред! – выдохнул Сезар, но отец его остановил.
– Конечно, бред, но мы должны знать все. Продолжайте.
– Лиарэ сошла с ума. Помните про эллские костры? Когда вырезали всех медикусов?
– У вас то же самое?
– Хуже... Марк струсил. Отдал им жену и заперся во дворце.
– Где Марта?! Она жива?
– Не знаю.
– Стой! – прикрикнул Анри, видя, что Сезар вскочил. – Выслушай до конца. Как и когда это было?
– Этим утром. Родители пропавших детей пришли ко дворцу. Их было много, больше, чем костей... Они потребовали герцога. Но вы же знаете Марка, – скривилась Вивиана, – он приказал закрыть ворота, а когда люди не ушли, позвал стражников... И тут такое началось...