Доверься мне

Внезапно ключ в замке поворачивается, и мое сердце пропускает удар. Я чуть поворачиваю голову и вижу огромную фигуру в полоске света. Сердце ускоряет бег, бабахая громкими ударами в висках, ударяясь о грудную клетку. Я натягиваю одеяло к самому подбородку, продолжая наблюдать за неторопливыми движениями мужчины.

Он заходит в комнату и бесшумно закрывает за собою двери. В лунном свете я вижу, как он подходит ко мне и садится на край кровати. Склоняется надо мной, приближаясь к моим губам. Я инстинктивно зажмуриваю глаза и вжимаюсь головой в подушку, стараясь хоть как-то

увеличить расстояние между нами. С ужасом ожидаю его прикосновений, стараясь не закричать от страха.

– Я так и думал, – говорит он хрипло мне в губы, – ты лучше выбросишься из окна, чем согласишься стать моей.

Он шутит? Смеется надо мной? Тогда почему у него такой серьезный голос? Преодолевая свой страх, я открываю сначала один глаз, потом другой.

Мужчина нависает надо мной, его лицо совсем близко. Но он ничего не делает, даже не касается меня.

– А говорила, что не боишься меня, – снова шепчет мне в губы. Он знает. Знает, что я боюсь его. И что дальше? Воспользуется моей беспомощностью?

Я молчу и смотрю на него, ожидая его дальнейшего шага. Сердце стучит, как сумасшедшее. Я почти уверена, что он слышит этот стук и наслаждается моим страхом, словно хищник, поймавший свою жертву.

Он отстраняется от меня, выпрямляясь. Теперь мне немного спокойнее, но я все еще чувствую его силу и власть. И точно знаю, что рядом с ним я не могу быть в безопасности.

– Не бойся меня, – говорит он хрипло, – не обижу.

Протягивает руку к моему лицу и проводит костяшками пальцев по щеке. От его прикосновений мурашки бегут по коже, но я отгоняю от себя наваждение.

– Ты можешь купить моих родственников, заставить меня выйти за тебя замуж. Можешь даже взять меня силой. Но ты никогда не заставишь меня полюбить тебя. – Выпаливаю резче, чем сама от себя ожидала. И тут же вижу, как его лицо кривится в усмешке. При этом взгляд его остается таким же холодным, как всегда. Я вообще не уверена, что ему знакомы хоть какие-то эмоции, наверняка он не способен на чувства.

Он снова наклоняется ко мне, придавливая своим телом и вышибая воздух из моих легких. От тяжести его тела мне не больно, он опирается на локти, чтобы не упасть на меня всем весом, но я чувствую себя, как в тисках, и кажется, что кислорода не хватает. Проводит носом по моей щеке и опускается к шее. Водит по ней губами, задевая кончиком носа. Тело опаляет жаром, кровь бешено пульсирует в жилах, вызывая напряжение во всем теле. Дыхание сбивается, а глаза сами собой закрываются.

– У меня было много женщин, – шепчет мне на ухо, – но ни одну из них я не брал силой. Они все приходили ко мне сами. Ты тоже придешь.

Глава 1. Алиса.

Не люблю свой день рождения как раз по причине этих вот сборищ народа. Зачем устраивать показательный вечер, если это просто очередная цифра? Но папа так не считает, поэтому на мое восемнадцатилетие он организовал грандиозный праздник с огромным тортом и салютом. Ему нужен был повод собрать своих партнеров в неформальной обстановке. А мне оставалось только мило улыбаться и дожидаться конца этого мероприятия.

Спускаюсь по лестнице и иду на кухню. От фонарей на крыльце свет падает в окна, освещая мне путь. И я уверенно ступаю по хорошо знакомым комнатам, в которых прислуга уже успела убрать.

Как же хорошо и тихо в доме в такие моменты.

Мне нравится это спокойствие родного дома. Достаю стакан, чтобы набрать воды и едва не роняя его от неожиданности, когда в комнате внезапно загорается свет.

– Чего ты бродишь тут, как привидение? – разрезает тишину визгливый голос моей мачехи.

– Захотела воды попить, Анастасия Андреевна, – оправдываюсь я, повернувшись в ее сторону. Хотя, если подумать, почему я должна оправдываться, находясь в собственном доме? А моя мачеха только сдвигает брови на переносице, гневно стреляя в меня глазами. Никогда не понимала ее неприязнь ко мне, а она всячески подчеркивала, что я ей сильно мешаю. Но только, когда мы с ней были наедине. При папе она мне всегда мило улыбалась и изображала заботливую мамочку. И в такие моменты мне больше всего хотелось, чтобы папа увидел ее настоящую, заметил, насколько гнилой и лживой насквозь она была.

Но, надо отдать ей должное, свою роль она играла мастерски. И папа просто млел от ее внимания и приторно ласковых взглядов. Анастасия так умело манипулировала моим отцом, заставляя его принимать ее сторону в наших с ней разборках, что в какой-то момент я смирилась и перестала пытаться разоблачить ее лживую душонку. А она, готовая в любой миг воспользоваться своим преимуществом, всячески меня унижала.

– Нечего тебе тут шастать, мерзкая девчонка, – рявкнула она визгливо. И я внутренне сжалась.

«Ну, ничего, придет время, и ты за все ответишь», – подумала я, быстро выходя из кухни.

Быстро поднимаясь по лестнице, я смахнула предательски скатившуюся слезу и заперлась в своей комнате. Пару минут я гневно вышагивала из угла в угол, стараясь успокоиться. Но воспоминания о тех временах, когда была жива мама, то и дело мелькали в голове, не давая возможности успокоиться.

«Если бы только мама была жива», – снова и снова крутилось в голове. Вот только мечтам этим не суждено было исполниться, потому что даже мой папа не умеет воскрешать мертвых.

Мой отец – очень богатый и влиятельный человек. И я безумно его люблю и горжусь им. Мы во многом с ним были похожи, только во всем, что касалось Анастасии, не сходились во мнении. Его слепое обожание этой женщины выглядело как безумие. И я много раз пыталась указать ему на ее истинную натуру, но папа не желал замечать. Он был счастлив в браке и предпочитал закрывать глаза на все, что не вписывалось в его картинку идеальной семейной жизни.

Продолжая думать о том, как все могло бы быть, если бы мама была жива, я никак не могла уснуть. Слезы уже не текли из глаз, но на душе было паршиво и тоскливо. Переворачиваясь с боку на бок, я крутилась в кровати, не в силах сомкнуть глаза. Шумно выдохнула и откинула одеяло.

«Ну, раз не получается уснуть, то можно хотя бы книгу почитать», – думаю я, поворачивая с книгой в руках в сторону папиного кабинета.

Когда папы не было дома, никто из домашних не решался зайти в его кабинет. И это было просто идеальным местом, если нужно укрыться от вредной мачехи, которая уже просто достала своими подколками в мою сторону.

Крадучись и стараясь быть незаметной, я зашла в папин кабинет и с ногами забралась в большое кресло, стоявшее возле рабочего стола. Поджав под себя замерзшие ступни, я удобно облокотилась на спинку кресла, вдыхая привычный и такой родной аромат.