Чтение онлайн

— Но у тебя же убойное алиби! Ты был на работе!

— Моя квартира — в десяти минутах ходьбы от ресторана "Афродита". Кто поручится, что я ни разу не отлучился от стойки?

— А как насчет мотива? — настаивала Конни. — У тебя нет повода убивать Майкла, верно?

Стив нахмурился, соображая, затем покачал головой.

— Ни малейшего!..

— Ну вот, солнышко! — Девушка потянулась через стол и потрепала друга по плечу. — Считай, что ты уже почти свободен!

Арестованный задержал руку девушки в своих ладонях.

—

Ты знаешь, как много для меня значат твой приход и твоя поддержка, Конни. Просто выразить не могу, как много!

— Я бы сделала то же самое для любого невинно осужденного! — Девушка мягко улыбнулась. — Вспомни, Стив: мы об этом не раз говорили. Я хочу стать юристкой. И я ею стану! Уж слишком много вокруг несправедливости. Если я сумею исправить хоть что-то, значит, не зря прожила жизнь.

Несмотря на свой скептицизм, Роббинс поверил Конни сразу и безоглядно. Хотя диплома у девушки еще нет и терпения тоже маловато, зато есть тот огонь, та страстная нетерпимость к компромиссам, что отличают незаурядного служителя правосудия. Если кто и способен сделать этот мир лучше и чище, так это Конни Грант!

Выйдя из тюрьмы, Конни направилась было к стоянке за своей собственной машиной, но Ник решительно воспротивился.

— Уже поздно. Мы едем ко мне домой!

Еще во время ланча Роббинс заглянул в соответствующий отдел, конфиденциально переговорил с представителями Федерального управления, вручил им расписку в том, что принимает ответственность на себя, — и Конни перешла в полное его распоряжение. Молодой прокурор дал себе слово не спускать с упрямицы глаз все двадцать четыре часа в сутки.

— Но еще и восьми нет. Времени у нас хоть отбавляй!

— Если мы возвратимся в здание суда, то непременно подцепим "хвост". А нам совсем не нужно, чтобы кто-то проведал, где ты ночуешь, — терпеливо объяснил Ник. — Наш план тем и хорош: никому и в голову не придет, что я увез тебя к себе домой.

— Конечно нет! — Девушка натянуто улыбнулась. — Никому и в голову не придет, что благовоспитанный джентльмен, вроде тебя, станет якшаться с такими, как я.

— Дело не в этом, Конни.

— Нет?

— Никому не придет в голову, что здравомыслящий прокурор окажется непроходимым идиотом и поставит себя в потенциально компрометирующее положение в отношении важной свидетельницы.

Потенциально компрометирующее? Конни блаженно размышляла над этой фразой по пути к тому кварталу Хьюстона, где бывшая официантка никогда не бывала. Неужели Ника тоже влечет к ней? Неужели он решил, что, ночуя с Конни под одной крышей, сблизится с ней?

"БМВ" затормозил перед воротами кованого железа, и — о чудо! — створки плавно разошлись в стороны. Седан торжественно объехал вокруг раскидистого дуба и остановился перед особняком с лепными украшениями над входом и окнами…

Роббинс ввел гостью в холл, и девушка задохнулась от изумления.

Все здесь дышало изяществом и утонченностью. Для того чтобы воздать должное этому дому, у нее явно не хватало слов. Широкая деревянная лестница вела на второй этаж. В хрустальных вазах красовались букеты цветов. Мягкий свет люстры отражался от натертого до блеска пола и антикварной мебели.

— Как здесь… красиво…

— Насколько себя помню, этот дом всегда принадлежал нашей семье. Два года назад я откупил его у матушки вместе с меблировкой. У нее есть другой дом, побольше этого. — Ник задорно улыбнулся. — Что, нравится?

— Здесь такая чистота! Я же видела твой офис, Ник: там хлама выше крыши!

— Здесь прибирается домработница. Дважды в неделю. Пойдем наверх. Я покажу тебе твою спальню.

Они поднялись по лестнице и дошли до самого конца коридора. Ник толкнул рукой дверь, и взгляду Конни открылась просторная комната с письменным столом, двумя креслами, туалетным столиком и гардеробом. Тут же возвышалась огромная кровать с пологом на четырех столбиках, покрытая кружевным белым покрывалом с гофрированными оборочками.

— Ну как, сойдет?

— Добавь холодильник и плиту, и я могла бы здесь жить! — Девушка шагнула к кровати и робко погладила накрахмаленное кружево. — Это просто чудо, Ник!

— Ты сама чудо!

Не ослышалась ли она?.. Конни стремительно развернулась, но Ник уже направлялся к двери.

— Что?..

— Если тебе что-нибудь понадобится…

— Уже понадобилось! Чемодан я оставила в своей машине. В сумочке у меня найдется смена белья — но и только.

— В ванной висит махровый халат, — сообщил Ник, махнув рукой в нужном направлении. — Но вот женских ночных сорочек у меня нет.

— Я бы обошлась одной из твоих старых рубашек.

— Хорошо. Сейчас принесу.

Он ушел, а гостья робко присела на краешек обтянутого парчой кресла с резными ножками. Разглядывая великолепную спальню, девушка с горечью осознавала, сколь эфемерны ее мечты. Какой самообман — вообразить, будто между нею и Ником может быть что-то общее. Они выходцы из разных слоев общества. Все равно что с разных планет. Она родилась в нищете и грязи. Он — в мире гармонии и совершенства.

В дверь негромко постучали. Это возвратился Ник, неся белоснежную хлопчатобумажную рубашку с монограммой.

— Эта подойдет? Я выбрал ненакрахмаленную.

Конни, рассчитывавшая на потрепанную футболку, несмело приняла предложенную замену из его рук.

— Лучшего и желать нельзя!..

Пальцы молодых людей соприкоснулись, и девушка почувствовала, как опасная дрожь охватила руку и распространяется по всему телу. Разумнее всего было бы просто поблагодарить и пожелать доброй ночи, но Конни не желала вести себя разумно. Ей необходимо было знать, ощутил ли Ник вспыхнувший между ними электрический разряд. Но как задать столь щекотливый вопрос?