Достичь горизонта
Шрифт:
Спустя пару дней я заскучал, не смотря на усердные тренировки и разгадывания всяческих головоломок из солидной стопки бумаг, оставленной доком. Но не успел я ничего предпринять, как ко мне пришла еще одна врач. На этот раз представилась, хоть я и не запомнил, прямо заявила о своей специальности — психолог и психиатр. Болтали много, было даже весело. Она рассказывала свои истории из жизни и врачебной практики, я делился своими байками и не самым простым и радужным детством. Со стороны, наверное, можно было подумать, что просто два старых друга ведут непринужденную беседу, однако она работала, а я не препятствовал. Но даже после нескольких дней такого оздоровительного общения я не мог сказать точно на сколько
— Август. — начала она спокойно, внимательно выслушав меня. — Ты очень сильный и смелый молодой человек и ты это знаешь. Та твоя подруга из проекта была от части права, на счет сращивания личностей, но я немного больше осведомлена. — док хитро подмигнула. — Провалов в памяти у тебя нет, острых когнитивных искажений тоже, компульсий, нервозов, вспышек немотивированной агрессии, депрессивных настроений тоже нет. — она как-то разочарованно вздохнула. — Вот знаешь, ты просто растерян. Это я тебе как специалист скажу. Точка. Ты психически стабилен и полностью здоров, а что до проекта… — она немного закусила губу и едва заметно на мгновенье отвела глаза, но я заметил. Не хочет говорить? — Твоя личность была успешно скопирована, размножена, изменена, а затем эксплуатировалась множеством ИИ, как первоисточником, но это не всё. Так как для поддержки каждого испытуемого требовался отдельный ИИ помощник, можно сказать, что часть личности вносилась в него. На этой базе конструировался дублирующий управляющий, который брал на себя некоторые функции мозга, если активность была не достаточна или действовала не так, как задумывалось в ходе эксперимента. Человеческий мозг на автомате учился этим коротким подменам, подстраивался, отсюда резкие изменения характера, психическая глухота или наоборот чувствительность.
— Док. — я поймал небольшую паузу в её раздумьях. — Вы мне только скажите. Я сейчас — это настоящий я?
— А вот это уже сам решай, Август. — немного сбила она меня с толка. — Твоя личность не претерпела острых изменений в ходе эксперимента ни по мнению приборов, ни по моей оценке. Я, естественно, изучила твою медицинскую карту в профайле и вот что скажу — ты сейчас просто в смятении. Вот и весь диагноз. Мы можем с тобой еще поговорить на эту тему, если захочешь.
— Спасибо, док. Думаю, разберусь. — кивнул я больше сам себе.
Мы болтали о многом еще день или два, а после она принесла мне мой комм. Посоветовала начать с новостей и подолгу не сидеть в сети, чтобы на всякий случай не перегружать мозг. Я читал новости политики, шоу-бизнеса, заходил на юмористические ресурсы, смотрел научпоп видео, играл в простенькие игры. Незаметно прошли еще несколько дней, а я так и не понял, что ко мне снова заходят только андройды.
В следующий раз, когда я увидел живого человека, меня отвели по белым коридорам в другую палату, которая была больше похожа на какой-нибудь зал испытаний с ровными рядами вирт капсул и ложементов с жалами-коннекторами. Мне довольно болезненно полностью восстановили работу нейроинтерфейса и отвели обратно. На следующий день в палату зашел усатый лысеющий мужичок лет пятидесяти с добрым лицом, очень похожий на того, кто проводил нам брифинг в начале злосчастной отработки. Или лучше сказать эксперимента?
— Добрый день, голубчик. — кивнул он и сел на стул. — Как чувствуете себя?
— Нормально. — нейтрально отозвался я.
Уже и в правду устал находиться здесь. Окон нет, общение минимальное и то с врачами, в соцсети доступ отсюда закрыт, дом далеко, будущее туманно. Как узник. Не успел я подумать обо всем этом, как старичок ошарашил меня.
— Приборы и наши специалисты сходятся с вами во мнении. — он хитро улыбнулся, поправил усы. — Можете идти за мной, забирайте личные вещи и идите домой.
— А
— Ваш кредитный счет давным-давно пополнен на сумму по контракту и не только, мисс Нанда позаботилась обо всей возне с вашими документами, так что ничего подписывать не надо. Можете спокойно отправляться домой. — он снова растянул усы в добрейшей улыбке, которая мне ни в коем случае не импонировала. — Всё имеет свою цену, не так ли? — закончил он, на что я не нашел ответа.
Без долгих прелюдий меня вывели к лифту, затем в какую-то комнату охраны, где выдали старую одежду, мою забытую древнюю авторучку, кою я носил больше как талисман на удачу, солнцезащитные очки, ключи от квартиры и флешку. Что было на последней — ума не приложу, но на всякий случай вопросов задавать не стал, а просто сунул её в карман джинс. Затем снова лифт, коридоры, еще лифты, коридоры… Сумасшедший лабиринт. После главного холла, накинувшего на меня печальную вуаль ностальгии по рабочим будням, которые были не так уж и плохи, как оказалось, меня проводили до самых дверей, за которыми уже ждало аэротакси.
25-е декабря 2268 г. Квартира Августа.
Дом. Всё было в огромном слое пыли, а оставленный бутерброд и питьевой йогурт в стакане на столе разложились в пыль. Странно, но никаких эмоций, кроме опустошения я не чувствовал. Что делать дальше — не известно. А хочу ли я что-то делать? Тут ответ до омерзения прост — надо. От моего желания не многое зависит. Работать надо, по счетам платить тоже надо, кушать — обязательно.
Я скинул кроссовки и переместился на диван в центре зала, подняв немного пыли в воздух. Прибраться надо. Зацепился за мысль о новой работе и решил проверить счет в банке, сколько мне там отсыпали Биотек? Закашлялся. Почти полтора миллиона. Это чудовищно огромная сумма. Что там с историей выплат? Так-с. Первая в семьсот сорок тысяч — это понятно. Оплата по контракту. Следующая в пол миллиона — компенсация. Тоже понятно, хоть и суммы вышли астрономические. А вот последняя от мамы… Что-то случилось?
Понял, что не проверял почту, пока лечился. Спешно полез в комм, напрочь забыв о том, что нахожусь дома и могу свободно использовать нейроинтерфейс. Одно бесполезное сообщение от родительницы, второе… Вот оно! Она продала папину машину и гаражное место, а я был в доле по документам завещания. Что ж, теперь на этот счет я спокоен.
Поймал себя на мысли, что мои чувства к матери не изменились. Значит я и правда я. Хорошо. Еще хорошо, что работать мне не надо еще год минимум, если не собираюсь шиковать на широкую ногу. Чем бы тогда заняться, после привидения моего жилища в порядок? Настроение подскочило, но тут же замерло, как кино на нелепом стоп-кадре. Я. Хочу. В Эйнхорию.
Холодок пробежался по позвоночнику, сердце забилось сильнее, дыхание перехватило, а ладони вспотели. Вспомнил капитана Альберта, Томаша, деревенских. Почудилось, что нос уловил нотки свежести утреннего леса, птицы снова фантомами переливались своим пением, холодная вода из чистейшего ручья холодом кусала руки, запах еды из таверны вызывал обильное слюноотделение… Первым моим осознанным и твердым шагом стала покупка новой вирткапсулы, на которую сейчас было просто огромная скидка. Я иду домой.
Эпилог.
8-е января 2269 г. Новая Москва.
В огромном гигаполисе десятки, если не сотни, тысяч людей ожидали звездного часа. Часа начала новой жизни, приключений, странствий, тревог и волнений, смуты и пожара страсти, пути в новые уже воистину бесконечные горизонты.
Пятеро особенно жаждущих молодых людей, проглотив тугой ком, с блаженными улыбками на лице в предвкушении одновременно вдавили в своих вирт капсулах кнопку «старт».