Дорога
Шрифт:
Демоны, пойманные в ловушку и сидевшие в стеклянных камерах, которые были установлены на сцене, все еще были живы, но имели пустые взгляды, будто мысленно находились где-то очень далеко. Бородатая дама была похожа на человека. Я задумалась, не попала ли она в этот мир также, как и мы. Хотя, может она погибла, а ее душу сослали сюда, чтобы она страдала в собственной версии ада, имитирующего ее прежнюю жизнь.
Ее голубые глаза остановились на мне… но в них не промелькнуло узнавание. Женщина отвернулась. Мы прошли мимо еще нескольких существ и пары людей, прежде чем наткнулись на демона
— Пойдем, — позвал меня Хок.
Он положил руку на мою спину, подталкивая вперед, пока мы не дошли до конца и демона салавандора. Стеклянный фасад, стены и потолок его клетки покрывала слизь. Демон вывалил синий язык, когда заметил нас, замахал короткими руками и прижался грудью к стеклу.
Похожий на гораздо более крупную версию саламандры, он поднялся на задние лапы и вытянулся на футов пятнадцать. Его тело имело черную окраску с желтыми кругами на спине, которые становились ярче при нашем приближении. Трехфутовый пенис восстал у его задних ног, врезавшись в стекло и оставив свежий след слизи. Я отступила, чуть не споткнувшись, и отвернулась от огромной рогатой ящерицы.
Отчаянный крик подступил к моему горлу. Я больше не могла выносить гнетущего ощущения этого мира. Из-за вони живых и мертвых, собравшихся в затхлых стенах, у меня разболелась голова.
Хок положил руку на мое плечо, когда я судорожно вдохнула и наклонилась, уперев ладони в колени. Все страдания запертых существ давили на меня, разрывая сердце. Меня терзало непреодолимое желание выплакать душившую боль. Я не чувствовала такого с тех пор, как впервые подошла к вратам Ада.
Ад определенно оправдывал свою репутацию. Я безумно хотела выбраться отсюда, но чувствовала, что мы попали в какую-то зловещую ловушку, из которой практически невозможно выпутаться.
— Ривер, ты в порядке? — поинтересовался Хок.
Мне было стыдно осознавать, что несколько слезинок все же скатились по моему лицу. Я поспешно вытерла щеки. Я так усердно работала над своим умением противостоять Аду, держать себя под контролем, но в этой вонючей палатке развалилась на части быстрее, чем йо-йо на веревочке. Я бы никогда не выжила в Аду, если бы не умела брать себя в руки.
— Нормально, — заверила я.
— Пойдем, пора выбираться отсюда.
— Не думаю, что мы уйдем вот так просто. Он пытается устроить нам некую проверку, но пока убедился лишь в том, что мы способны сдержать тошноту.
Ок сжал мое плечо, но не стал спорить. Мы оба знали, что я была права.
«Нам никогда не вырваться на свободу».
Я оттолкнула непрошенную мысль. Но когда я выпрямилась и снова зашагала по переполненным проходам палатки, то убедилась, что у нас не получится сбежать.
Я была так поглощена попытками избавиться от отчаяния, что не замечала очевидного, пока не услышала отчетливый щелчок. Мое сердце екнуло. Неужели салавандор выбрался наружу? Он
Глава 17
Кобаль
— На протяжении многих лет Магнимус был чрезвычайно занят, — заметил я, осматривая палатки и здания, выстроившиеся вдоль дороги. Красные, желтые и оранжевые знамена вяло свисали со столбов в безветренной темноте. — Что это за место?
— Карнавал. На них когда-то ходили люди, чтобы поразвлечься, — пояснил Корсон, с нотками недоверия в голосе. — Я и не знал, что Магнимус наблюдал за миром людей.
— Как и я, — пробормотал я, скользя взглядом по пустым и полным демонами Ада палаткам. — Впрочем, мы не были в курсе, чем занимался демон иллюзий в течение многих лет.
— Я не доверяю ему, — заявила Бейл, оглядываясь по сторонам.
— Когда-то он был нашим союзником и другом, — напомнил Корсон.
— А потом струсил и ушел в свой собственный мир, — фыркнула Бейл.
Я молчал, ища запах Ривер среди палаток, мимо которых мы проходили. Из-за витающих в воздухе ароматов сладких фруктов и жаренного мяса было практически невозможно обнаружить ее запах. Тем не менее, меня потянуло к палатке с маленькими существами, свисающими с крючков на потолке.
Оказалось, здесь висели и замахивались на нас когтями маленькие демоны бартон, вид которых заставил меня скривить губы. Бартонов заперли за печатью тысячи и тысячи лет назад. Безмозглые животные, жаждущие лишь насилия и крови. Бесконечная потребность бартонов в насилии заставила одного из моих предков запереть их, чтобы защитить других от ненасытных аппетитов животных.
— Пятьдесят пятая печать, — вздохнул я.
— Ты так и не почувствовал, что случилось с псами? — спросила Бейл, с отвращением глядя на бартонов.
Под моей плотью Крукс и Феникс заерзали, пытаясь ощутить, что произошло с их родственниками. Печати продолжали падать, но я не чувствовал потери связи ни с одной из гончих, которых оставил в Аду.
— Нет.
— Зачем Магнимус поместил сюда бартонов? — поинтересовался Корсон. — Почему бы не убить их сразу? Он же знает, насколько они опасны.
— Без понятия, — я пожал плечами, отворачиваясь от висящих существ. Мой взгляд пробежался по палаткам, баннерам и гирляндам в поисках каких-нибудь признаков Ривер, Хока или Магнимуса. На тропах, пересекающих карнавал, не было ни малейшего движения. — Но я уверен, что у него есть на то причины.
— Конечно. Ведь он перешел на сторону Люцифера, — выплюнула Бейл.
— Тогда бы он был с Люцифером, а не здесь, — ответил я. — Я не доверяю Магнимусу, но если бы он присоединился к Люциферу, то уже творил бы злодеяния, а не прятался здесь.
Развернувшись, я быстро зашагал по грунтовой дороге. Все, что нас окружало, было сложной сценой, сотканной демоном иллюзий. Тем не менее это казалось настолько реальным, что я мог чувствовать структуру дерева кабинок, когда проводил по ним пальцами.