Чтение онлайн

Кари Рам чуть не подскочил от неожиданности, услышав веселый смех Мут Анга. Несколько дней назад весь экипаж был встревожен известием о внезапной болезни командира. В его каюту допускался лишь врач, и все невольно понижали голос, проходя мимо ее гладкой двери, плотно закрытой, как во время аварии. Тэй Эрон вынужден был самостоятельно провести всю намеченную программу: поворот корабля, новый разгон его, чтобы уйти из области сильного лучевого давления углеродной звезды и начать пульсацию назад, к Солнцу.

Помощник шел рядом со своим командиром и сдержанно улыбался. Оказалось, командир, в сговоре с врачом, намеренно устранился от

командования, чтобы дать возможность Тэй Эрону провести всю операцию самому, ни на кого не надеясь. Помощник ни за что не признался бы в жестоких сомнениях перед поворотом, но корил командира за причиненное всему экипажу волнение.

Мут Анг шутливо оправдывался и убеждал Тэй Эрона в полной безопасности звездолета в пустоте космического пространства. Приборы не могли ошибиться, четырехкратная проверка каждого расчета исключала возможность неточности. Пояса астероидов и метеоритов у звезды не могло быть в зоне сильного лучевого давления.

– Неужели вы более ничего не ждете?
– осторожно осведомился Кари Рам.

– Неучтенная случайность, конечно, возможна. Но великий закон космоса, названный законом усреднения,[2] за нас. Можно быть уверенным, что здесь, в этом пустом уголке космоса, ничего нового не встретится. Мы вернемся немного назад и войдем в пульсацию испытанным нами направлением, прямо к Солнцу, мимо Сердца Змеи. Уже несколько дней, как мы идем к Змееносцу. Теперь скоро!

– Даже странно: нет ни радости, ни ощущения хорошего дела - ничего, что бы оправдывало нашу смерть для Земли на семьсот лет, - задумчиво сказал Кари.
– Да, я знаю десятки тысяч наблюдений, миллионы вычислений, снимков, памятных записей. Новые тайны материи раскроются там, на Земле… Но как незримо и невесомо все это! Зародыш будущего - и ничего более!

– Сколько же борьбы, труда и смертей вынесло человечество, а до него триллионы поколений животных на слепом пути исторического развития из-за вот этих зародышей будущего!
– с азартом возразил Тэй Эрон.

– Все так, для ума. А для чувства мне важен только человек - единственная разумная сила в космосе, которая может использовать стихийное развитие материи, овладеть им. Но мы, люди, так одиноки, бесконечно одиноки!… У нас есть несомненные доказательства существования множества населенных миров, но никакое другое мыслящее существо еще не скрестило своего взгляда с глазами людей Земли. Сколько мечтаний, сказок, книг, песен, картин в предчувствии такого великого, события, и оно не сбылось! Не сбылась великая, смелая и светлая мечта человечества, рожденная давным-давно, едва рассеялась религиозная слепота.

– Слепота!
– вмешался Мут Анг.
– А знаете, как наши предки уже в эпоху первого выхода в космос представляли осуществление этой «великой мечты»? Военное столкновение, зверское разрушение кораблей, уничтожение друг друга в первой же встрече.

– Немыслимо!
– горячо воскликнули Кари Рам и Тэй Эрон.

– Наши современные писатели не любят писать о мрачном периоде конца капитализма, - возразил Мут Анг.
– Вы знаете из школьной истории, что наше человечество в свое время прошло весьма критическую точку развития.

– О да!
– подхватил Кари.
– Когда уже открылось людям могущество овладения материей и космосом, а формы общественных отношений еще оставались прежними и развитие общественного сознания тоже отставало от успехов науки.

– Почти точная формулировка. У вас хорошая

память, Кари! Но скажем иначе: космическое познание и космическое могущество пришли в противоречие с примитивной идеологией собственника-индивидуалиста. Здоровье и будущность человечества несколько лет качались на весах судьбы, пока не победило новое и человечество в бесклассовом обществе не соединилось в одну семью. Там, в капиталистической половине мира, не видели новых путей и рассматривали свое общество как незыблемое и неизменное, мечтая о будущем с неизбежностью войн и самоистребления.

– Как могли они называть это мечтами?
– недобро усмехнулся Кари.

– Но они называли.

– Может быть, критические точки проходит каждая цивилизация везде, где формируется человечество на планетах иных солнц, - медленно сказал Тэй Эрон, бросая беглый взгляд на верхние циферблаты ходовых приборов.
– Мы знаем уже две необитаемые планеты с водой, атмосферой с остатками кислорода, где ветры вздымают лишь мертвые пески и волны таких же мертвых морей. Наши корабли сфотографировали…

– Нет, - покачал головой Кари Рам, - не могу поверить, чтобы люди, уже познавшие безграничность космоса и то могущество, которое им несет наука, могли…

– …рассуждать, как звери, только овладевшие логикой? Но ведь старое общество складывалось стихийно, без заранее заданной целесообразности, которая отличает высшие формы общества, построенного людьми. И разум человека, характер его мышления тоже были еще на первичной стадии прямой или математической логики, отражавшей логику законов развития материи, природы по непосредственным наблюдениям и опыту. Как только человечество накопило исторический опыт, познало историческое развитие окружающего мира, возникла диалектическая логика как высшая стадия развития мышления. Человек понял двойственность явлений природы и собственного существования. Осознал, что, с одной стороны, он, как индивидуальность, очень мал и мгновенен в жизни, подобен капле в океане или маленькой искорке, гаснущей на ветру. А с другой - необъятно велик, как вселеиная, обнимаемая его рассудком и чувствами во всей бесконечности времени и пространства.

Командир звездолета умолк и в задумчивости начал ходить перед своими помощниками. На их молодые лица легла тень суровой сосредоточенности.

Мут Анг первый нарушил наступившую тишину.

– В моей коллекции исторических книг-фильмов есть одна очень характерная для той эпохи. Этот перевод на современный язык сделан не машиной, а Санией Чен - историком, умершим в прошлом веке. Прочитаем ее!
– Он улыбнулся жадному интересу молодых людей и вышел через дверь в коридор носового отсека.

– Никогда я не буду настоящим командиром, - вздохнул виновато Тэй Эрон.
– Невозможно знать всего, что знает наш Анг!

– А он при мне говорил, что он плохой командир из-за широкого диапазона своих интересов, - отозвался Кари, усаживаясь в кресло дежурного навигатора.

Тэй Эрон удивленно посмотрел на товарища. Они молчали, и негромкое пение приборов казалось неизменным. Громадный корабль, набрав предельную скорость, уверенно устремлялся в сторону от углеродной звезды в избранный квадрат, где в глубочайшей черноте пространства тонули, слабо мерцая, далекие галактики - четыре звездных острова. Они были на таком расстоянии, что свет, шедший оттуда, бессильно умирал в глазу человека - чудесном приборе, для которого достаточно было всего нескольких квант.