Дорога смертников

На залитой солнечным светом опушке царило напряженное молчание. Несмотря на то, что там находились шестеро смертных, трое эльфов и одна нервно прикусившая губу Гончая, которую появление Перворожденных самым настоящим образом выбило из колеи.

Наемники, едва схлынула первая оторопь от внезапной встречи, предпочли бесшумно отойти в сторонку, не нарушая воцарившейся тишины. Молча сели, опустили руки и, повинуясь выразительному взгляду нанимателя, благоразумно закрыли рты. Хотя глаза и уши, напротив, раскрыли так, чтобы увидеть каждое движение и услышать каждое оброненное слово. А еще (чем Торк не шутит!) все-таки попытаться понять, что же за иррдова грань тут

творится, почему Белик так резко сменил свое мнение, откуда вообще знает этих остроухих (которые, надо заметить, тоже не из простых подметал!), и, наконец, почему сами эльфы ведут себя столь неподобающе. Иными словами, выжидательно посматривают за тем, как растерянный пацан меряет шагами притихшую поляну, как кусает губы и заметно хмурится; однако ни словом, ни жестом не показывают собственного нетерпения, не требуют немедленных действий, не расспрашивают, не злятся, не вспоминают о нанесенном оскорблении. А напротив, безмолвно следят за мечущимся пацаном, терпеливо дожидаясь, пока он успокоится.

Белка растерянно взъерошила волосы и в который раз посмотрела на "заказчика". Да, на нем по-прежнему красовалась искусно слепленная личина, сидящая поверх истинного облика так естественно, словно настоящее, данное при рождении лицо. Эти длинные черные волосы, уложенные в причудливую прическу, тонкий нос, благородные брови, красивый овал лица, как у всех без исключения эльфов, удивительная соразмерность и правильность линии рта... если бы не глаза, она бы решила - так и должно быть. Так было и всегда будет. Но глаза у него чересчур жесткие для обычного остроухого. Властные, с хищным огоньком потомственного мага в глубине. Опасные глаза существа, привыкшего повелевать и требовать подчинения. Глаза ОЧЕНЬ сильного эльфа, прекрасно сознающего свою мощь, умеющего добиваться поставленных целей и способного испепелить любого, кто только рискнет встать у него на пути. Именно они выдавали его сейчас, потому что это были глаза великого Темного мага, в котором, как и во всех мужчинах его Рода, неизменно проглядывал Безумный Владыка Изиар. Те самые глаза, которые могли принадлежать лишь одному единственному на Лиаре эльфу.

Она нерешительно остановилась, даже сейчас с трудом различая под наведенной маской ослепительно красивое лицо, с которым не смогла бы сравниться никакая личина. Безупречно очерченные скулы, которые он попытался спрятать, совершенную гармонию черт, ошеломляющую привлекательность, свойственную всему Роду Л'аэртэ, которую, как ни старайся, все равно не скроешь ни за каким маскарадом. Это лицо было слишком хорошо ей знакомо, чтобы ошибиться. Слишком много с ним было связано, чтобы она могла его не узнать. И даже если бы изнутри не проступала, как выплывающая со дна глубокого озера, его истинная суть, то длинные белые волосы, умело скрытые за искусной иллюзией, не позволяли усомниться ни на миг - на Лиаре был только один Темный эльф, имеющий такую роскошную белоснежную гриву.

Владыка Тирриниэль по-прежнему молчал и терпеливо ждал, когда пройдет первый шок.

– Ну, Тиль, - наконец, ошарашено помотала головой Белка.
– Честное слово, мне просто нечего сказать. Кого угодно был готов увидеть, но тебя...

– Ты не рад?
– мягко уточнил эльф.

– Да как сказать... ты какого Торка тут делаешь? Спокойная жизнь надоела? Чертоги наскучили? Развлечений захотелось или ты все-таки нашел время, чтобы взглянуть, как устроился Тир?

– Всего понемногу.

– Иррдово племя... но почему ОДИН?! В таком виде?! И...
– Белка растерянно оглянулась на молча взирающих на нее Братьев.
– Еще и с НИМИ?! Торк... ты что, решил переполох устроить в своем Лесу?! Отказался, наконец?! Все бросил и в гости надумал заглянуть?! Что за шутки, Тиль?!

– Никаких шуток, малыш, - спокойно отозвался Владыка Л'аэртэ.
– Все

как раз очень серьезно. Ты же знаешь: я никогда и ничего не делаю просто так. И если искал именно Ходока, значит, в нем действительно возникла большая необходимость. В первую очередь, для меня лично.

Она странно хмыкнула и сложила руки на груди.

– Правда? Ну, давай, рассказывай. Мне даже становится интересно. Особенно то, что это за причина такая великая, из-за которой ты чуть ли не впервые за полторы эпохи решил выбраться из Темного Леса в такую даль? И что за проблема, которую ты не смог решить сам, а потащился аж в Новые Земли, вместо того, чтобы просто отправить Зов своим внукам? Думаешь, Эл бы не помог? Отказал бы в проводнике, раз уж ты надумал попутешествовать? Или Тир бы заупрямился, не пожелав тратить время и силы на Переход? С Быстрым Путем бы не договорился у гномов? Наконец, какого Торка тебе потребовался Ходок, когда в твоем положении до Золотого Леса можно дойти за пару-тройку дней, всего лишь воспользовавшись нужным порталом?!

– Это долгая история, - вздохнул Тирриниэль.

– Ничего. Времени у меня вполне достаточно. Так что не мнись и выкладывай, пока я еще могу себя сдерживать. А то возьмусь за тебя сам, и ты сильно пожалеешь, что вообще сюда явился.

Владыка Темного Леса только хмыкнул и заговорил.

– Полагаю, тебе нет необходимости напоминать, куда и зачем некоторое время назад исчез здешний Хозяин, - осторожно начал Тирриниэль, будто ступая по тонкому весеннему льду.
– Как нет нужды говорить, что именно по этой причине Проклятый Лес в последние годы крепко спит и почти не тревожит нас своим присутствием. Поэтому же Золотые встали на стражу его Границ, усилили заставы, увеличили количество Патрулей и до сих пор пристально следят за всем, что творится возле Кордона...

Белка опасно сузила глаза.

– Продолжай.

– Полагаю, ты также помнишь, чья это была идея и почему был усыплен Лабиринт...

Она совсем насторожилась.

– ...для чего создавался Портал и отчего перед Чертогами повелителей Золотого Леса до сих пор стоят две весьма опасные скульптуры...

– Тиль, мне очень не нравится твое предисловие!

– Мне тоже, - признался Темный эльф.
– Но в некотором роде эта вина легла на мои плечи, хотя (ты же знаешь!) я бы сделал все сам. Сам бы открыл Портал, шагнул бы туда и попробовал вам помочь. Если бы, конечно, имел силу Таррэна.

– Он не хотел рисковать, - сухо бросила Белка, снова начав мерить шагами поляну.
– Ни тобой, ни Тиром, ни Элом. Поэтому и ушел один. Я, как ты знаешь, этому ОЧЕНЬ не рад, но пойти следом не смог, а переубедить его не успел. Поэтому, собственно, все последнее время и стараюсь быть неподалеку. На случай... да на любой случай. Даже на тот, если его перстень вдруг окончательно погаснет.

Тирриниэль отвел взгляд.

– Прости. Я не думал, что получится так плохо.

– Ты же не за извинениями сюда пришел?
– нехорошо прищурилась она, заложив руки за спину и отвернувшись, чтобы не видеть раскаяния на его красивом лице.
– Не за тем, чтобы убедиться, что я уже не злюсь? И не за тем, чтобы позвать на ваш дурацкий бал, где меня не было...

– Да, - тихо отозвался эльф.
– Тебя не было в Темном Лесу очень долго.

– Может, вообще больше не будет.

– Бел...

– Заткнись, Тиль!
– жестко оборвала она.
– Я был против тогда и я против сейчас. Более того: я просил вас не рисковать понапрасну и подождать еще пару лет, когда с Порталом стало бы все ясно и риск для Таррэна стал бы минимальным. Я просил вас быть осторожнее. Просил подумать еще раз. Просил сперва усилить Полог сна над нашими кошками и не лезть в неизвестность очертя голову. Так?