Дорога мести

Как бы профессионально ни был подготовлен телохранитель, как бы ни был вооружен и оснащен техническими средствами, и сколько бы ему ни платили за его работу, все равно, один он, в силу объективных причин, не в состоянии решить большинство боевых задач по защите нанимателя, хотя бы потому, что «у него нет глаз на затылке». Как говорится «один в поле не воин». Телохранители должны работать группой.

Из «Кодекса телохранителей».

Кто мы? Как стали мы теми, каковы теперь? Что вообще знаем о тех, кто

существовал за многие сотни и сотни тысяч лет до нас? Они принадлежали к разным цивилизациям, к разным видам и расам, разным временам.

Да… Большой Космос хранит свои тайны. Разрушаются города, сгорает в пламени вспышек множество солнц, планеты навсегда исчезают из просторов галактик, но следы былого остаются, и их не заносит ветром времени. Развалины величественных зданий, остатки произведений искусства, предметы, свидетельствующие о развитых науке и технике, — понятные и непонятные. Только по ним мы и узнаем о тех, других, и это придает ценность любой, даже самой незначительной, находке.

Сколько цивилизаций, сколько рас населяли Вселенную во все времена? Наверное, этого мы так никогда и не узнаем. Вопрос ставит в тупик даже троддтов — потомков рептилий, чей век гораздо дольше человеческого, хотя, сколько они живут, точно не знает никто — естественно, кроме них самих. Но троддтам все же многое известно, по крайней мере, о пяти различных звездных империях, которые существовали незадолго до становления их собственной цивилизации, — впрочем, вууры утверждают, что их было намного больше. Марканы же вообще хранят свои знания при себе, стараясь общаться с другими расами только в случае крайней необходимости.

Так или иначе, люди знают о тех, других, несравнимо меньше троддтов. С тех пор как наши прародители освоили свою звездную систему, прошло много временных циклов. Свою родную планету, находившуюся на самой окраине Галактики, они называли Землей, а светило — Солнцем. Но когда их первый корабль попытался выйти за пределы Солнечной системы, они встретились с чужими. Им объяснили: дальше дороги закрыты. Люди испытали два противоположных чувства: радость и ярость. Радость оттого, что они — не единственный разум во Вселенной, и неукротимую ярость оттого, что для тех, других, они оказались всего-навсего крошечной и незначительной запрещенной цивилизацией. Запертые в своих границах, они исходили гневом. Тысячи и тысячи маленьких кораблей землян пытались прорваться сквозь кордоны мощных крейсеров Галактического Содружества. Многие сгорали в пламени плазменных взрывов или разваливались на части, перерезанные лучами боевых лазеров. Но те немногие, те единицы, что прорывались в Большой Космос, продолжали свое, пытаясь начать новый этап развития человеческой культуры.

И тогда координаторы Космоса не выдержали. Они разрешили людям ограниченно расселиться на тех планетах, которые рекомендовал Галактический Совет. И хлынул поток переселенцев, заселяя чужие миры, — в поисках лучшей доли, богатства, славы… Самые смелые забирались в неизведанные глубины Космоса, многие гибли, а выжившие открывали новые миры, обживали далекие планеты, становясь очередными основателями земных колоний.

Но как опасен Космос!

Под воздействием чужих бактерий, микроорганизмов, различных химических соединений и излучений звезд многие поколения переселенцев подвергались таким мутациям, что их потомки почти ничем не походили на своих прародителей. Менялось все: от цвета кожи до количества пальцев, от роста до количества волос и зубов, от

остроты зрения до восприимчивости вкусовых рецепторов.

Галактический Совет вынужден был издать указ: люди должны заниматься в основном земледелием, скотоводством и работой на заводах и шахтах, а также любой другой работой, которую им разрешат представители старых рас, входящих в Галактическое Содружество. Но люди говорили: «Как невозможно вывести тараканов, так невозможно заставить человека делать то, чего он не хочет». И они сохранили именно то, от чего стремились отучить их координаторы, и что люди умели делать лучше всего: умение воевать, умение защищать и защищаться. Так возник Союз наемников. Небольшими отрядами люди нанимались для участия в локальных конфликтах, на охрану космических кораблей и грузов, в частные службы безопасности, телохранителями. Поколение за поколением шлифовали они это искусство.

Четыре старые расы — вууры, гаррелиане, марканы и великие троддты, основатели Галактического Содружества, — людей презирали. Хотя точно так же они относились и к другим молодым расам. Зим-зимы и гримлы, ксанти и мауви — для них все они были запрещенными цивилизациями. А сколько молодых рас стояло на еще более низких ступенях развития, живя на своих планетах и не зная, что такое Большой Космос! Велик Вселенский разум! Но только не тогда, когда его загоняют в узкие рамки.

Многочисленные восстания заканчивались поражением восставших. Окраинные войны 3065–3071 годов оставили после себя лишь множество выжженных планет и не привели ни к чему, кроме почти полного истребления народа мауви. Но жизнь продолжалась и продолжается, какой бы тяжелой она ни была.

Я же хочу, чтобы до потомков дошли воспоминания хотя бы о нескольких эпизодах и событиях, которые помогут понять сущность нашего времени и сумеют пробудить в людях гордость за своих предшественников. Эта история о простом парне, повстречавшемся случайно на моем пути, о парне, которому я помог вступить в жизнь. Он прошел сложный путь становления, заставив впоследствии говорить о себе во всех уголках обитаемого Космоса. Нет, это не история жизни, не биография одного человека, — это сказание об одной из самых сложных профессий, существовавшей во все века, — это САГА О ТЕЛОХРАНИТЕЛЯХ .

Из дневников командора Хасана Ходжаева,

главы наемных телохранителей,

протектората троддтов

Планета Реал III.

Свиттаун, центр назначения наемников.

4079 год по общегалактическому календарю

Молодой человек, на вид лет восемнадцати, в раздумье стоял у входа в главный штаб наемников. Несмотря на то, что оба гигантских светила Реала III уже склонялись к горизонту, жара не спадала, а потому и народу на центральной улице было немного. Часовые у входа в штаб, парясь в своих парадных мундирах, из последних сил пытались сохранить бравый вид. Увы, им это плохо удавалось, что негативно сказывалось на их настроении. Кинув взгляд в сторону неподвижно стоявшего парня, один из них пробормотал сквозь зубы: