Чтение онлайн

–Это не моё, я не знаю, откуда это здесь появилось,– тупо повторил я, глядя на понятых.

–Опечатывайте, оформляйте. Пусть они распишутся,– отдавал распоряжения главный.– Ну, что. Говоришь, не твоё? Знаешь, сколько тебе за это светит?

Майор Дербенко Алексей Андреевич (его звание и фамилию я узнал уже только в отделе) присел на край стола, лениво, но в то же время довольно потирая колени ладонями. Весь его облик говорил о надоевшей обыденности подобных мероприятий. Особенно участившиеся в последнее время стычки с начальством по поводу малочисленности задержаний не давали ему покоя, подрывая и без того подыстрёпанные нервы. Вышестоящее руководство требовало регулярных отчётов

о задержанных наркоторговцах, о разоблачении наркопритонов, о внедрении оперативников в среду наркоманов…

Четвёртый отдел ФСКН (Федеральная Служба РФ По Контролю За Оборотом Наркотиков) города Краснодара, начальником оперотдела которого он являлся, слыл показательным, и надо было поддерживать марку. В ход шли любые средства. Иллюзии о доблести и порядочности российского офицера, которыми он грезил в детстве, давно оказались разбитыми о волнорез суровой действительности трудовых буден. Мерзость и гнусность методов, которые приходилось использовать для поддержания благосостояния своей семьи и повышения показателей раскрываемости, уже перестали казаться столь шокирующими и неприемлемыми.

Дочь Анжела была без ума от своего героического отца. Но ещё больше её будоражила зависть подруг, восхищённо рассматривающих её новый смартфон последней модели, подаренный папой на днях без какого-либо на то повода. Хотя если бы сам Алексей Андреевич узнал об истории появления этого телефона у его молодых сотрудников, так настойчиво предлагающих принять дорогостоящую игрушку в дар, то гнева майорского пришлось испытать бы всем его подчинённым. Оказывается Дима и Женя (оба лейтенанта милиции, оформляющие сейчас как “вещдоки” то, что сами же и подкинули в комнату отдыха колледжа Елены Петровны) буквально неделю назад обогатились на две новые телефонные трубки. Бедолага-наркоман, взявший их в кредит в магазине “Эльдорадо”, хотя потом ещё долго продолжал выплачивать проценты, посчитал, что это он даже легко отделался. А схема быстрого обогащения бытовыми товарами отрабатывалась дерзкими и уже не в меру зажравшимися лейтенантами не в первый раз.

Всё выглядело так, ну, или примерно так…

Некто по прозвищу “Армянчик”, являющийся платным агентом оперативников ФСКН, за слив определённой информации подналадил себе очень удобный способ приобретения семечек «кондитерского мака», содержащих наркотик, на «Кооперативном» рынке.

По эффекту он мощнее героина, как и по пагубному воздействию на организм. Маковая чума начала расползаться по стране более десяти лет назад, во времена дефицита героина. Из–за прорех в законодательстве "семечки" открыто продавались оптом и в розницу на краснодарских рынках, в ларьках с сухофруктами…

Проблема в том, что семена мака – легальный продукт, не внесенный в список наркотиков. Однако, несмотря на огромное количество задерживаемых партий мака, на рынок он таки просачивается. Сами же торговцы "семечками" стали просто больше шифроваться и чаще менять номера телефонов. Многие подстраховываются и обязательно заносят в память мобильного уже обращавшихся клиентов, чужаков избегают. Адреса точек и контакты дилеров передаются по сарафанному радио. Правда, живо интересующиеся нужный номерок сумеют раздобыть и дозу купят.

…Время – 9.30 утра. "Счастливые часы" для продавцов мака, на которые приходится пик заказов. Проснувшись, наркоман покупает дозу и отправляется восвояси "варить семечки" – готовить опий. Больше всего любителей "семечек" концентрируется в "спальных" районах. Квартиру, где варят "зелье", можно вычислить по распахнутым настежь окнам (чтобы поскорее выветривался стойкий запах ацетона). Как правило, наркопотребители – люди

лет 22-30, начинавшие с более легких наркотиков и опустившиеся до мака.

Около 30 процентов мака попадает на наш рынок с Запада: из Литвы, Польши, Чехии, Франции. На вид они похожи на кондитерские. Единственное, что отличает их – содержание примесей сухих стеблей, свернувшегося макового сока и плодовых коробочек. Также семечки покрывают напылением из смеси наркотических веществ. Правда, это дешёвое сырьё для приготовления химического вещества стоит дороже своего пищевого собрата.

Маковые семечки превращаются в наркотик путём нехитрых манипуляций в кустарных условиях. На выходе получается ацетилированный опий, морфин, кодеин или тебаин – вещества, вызывающие привыкание и разрушающие мозг здорового человека. Из одного килограмма маковых семечек можно приготовить от трёх до шести доз наркотика. Маковые семечки называют «грязным» наркотиком или наркотиком «для бедных».

Некоторые наркоманы усиливают действие наркотика такими медицинскими препаратами, как димедрол и тропикамид. Употребление этих медикаментов часто усугубляет последствие употребления наркотика и способствует разрушению нервной системы человека. Употребляя продукт из маковых семечек, наркоману сложно навскидку определить свою дозу. Этот факт увеличивает вероятность передозировки.

У Армянчика передозы уже случались, и о печальных последствиях он представление тоже имеет. А кому охота думать о плохом, когда предвкушение долгожданного кайфа напрочь затмевает сознание. Но у Армянчика нет «тачки», а у его не очень близкого приятеля Анзора хоть и плохенькая, но всё же “девятка” имеется. И вот он рассказывает Анзору, что, мол, опера “ведутся” на его «чёс» о предстоящей крупной сделке купли-продажи наркоты, и ходят у него на “цырлах”, и сами даже семечку ему покупают. Но он, конечно же, ни о какой сделке никому стучать не собирается, а просто "динамит мусоров".

Они подъезжают с Анзором прямо к зданию ФСКН. Опер выходит и они едут на “Кооперативный”. Там опер идёт и сам покупает им семена, они отвозят его назад и уже едут по своим “движениям”. Так повторялось несколько раз. Анзору и Армянчику такой безопасный метод приобретения «маковых семечек» очень понравился: ни суеты, ни ”палева”, ни лишней головной боли.

В один прекрасный день они собираются и едут в Анапу к Анзору, где остаются на три дня. Отдохнув и порешав какие-то незначительные денежные вопросы, они возвращаются назад в Краснодар. Естественно, очередная доза, приобретённая при помощи оперов, – первый вопрос на повестке дня. И вот они уже в шаге от блаженной эйфории уже ожидают у центрального входа в здание ФСКН. То, что с “мусорами” шутки плохи, Армянчик, конечно же, знал, но то, что их взаимовыгодное сотрудничество может закончиться таким образом, он и предположить не мог. Его без всяких объяснений выволакивают из машины, валяют по асфальту, а потом затаскивают вовнутрь здания.

Тут очередь доходит и до Анзора. Расположившись в салоне его “девятки”, Дима и Женя выясняют, где их “носила нелёгкая” целых три дня.

–В Анапе, по делам были,– непонимающе отвечает Анзор.

–Ну, вот за эти дела и за «фуфловые прогоны» Армянчика придётся страдануть вам обоим,– злобно резюмируют опера.

И начинается “развод” Анзора.

–Знаешь, что это? Это коробок “шмали”, который мы изъяли только что из твоей машины. Тем более, ты “наколотый”, сейчас ещё поедем на экспертизу. Короче, срок тебе обеспечен,– не скрывая, Женя засовывает в задний кармашек чехла водительского сидения спичечный коробок с коноплёй.– Отдаём сейчас твою ”тачку” за 60 “штук”, десять из них – твои и разбегаемся. Идёт?