Доминион
Шрифт:
Крики делали меня счастливым. Я повернулся, отошел от Тристана, и приблизился к существу, которое все еще спотыкаясь в хаосе. Черная пыль закручивалась за каждым моим шагом. Мои следы прожгли отверстия в земле. Я сделал полный круг, чтобы полюбоваться уничтожением.
– Гидеон!
Крикнул Тристан, махая руками. Круг воздуха укрыл некоторых существ.
Он был готов принять вызов? Я бросил огненный шар к кругу, но он испарился в тот момент, когда достиг барьера. Я попробовал еще раз, и снова испарялся при контакте.
– Они невиновны!
–
– Невиновны?
– гнев прошел через меня, когда я сжал зубы и кулаки.
– Никто не может быть невиновным.
Тристан приземлился прямо передо мной.
– Прямо сейчас, я вижу, что ты причиняешь им боль без причины, и это делает их невиновными.
Я невесело рассмеялся.
– Скажи Далиго, что я принимаю его вызов.
Наши лица были так близко к тому, чтобы мои красные глаза отразились в его синих.
– Я думаю, я увижу тебя завтра, - сказал он.
Я отстранился от него и бросил беглый взгляд вокруг на тлеющие угли. Несколько тел лежали возле сломанных дисплеев и измельченной керамики.
– Займи мне стул.
Я швырял пламя в каждом направлении, и как бы Тристан не старался, он не мог остановить их все. Я улыбнулся, болезненные крики наполняли воздух вокруг нас.
Я взглянул на Тристана, который был слишком занят защитой существ, которых он не знал, и швырнул другой огненный шар к нему. Он заметил пламя в течение миллисекунд, и одним движением руки, пламя развернулось обратно ко мне.
Я отпрыгнул в сторону, едва сумев избежать моего собственного творения.
На этот раз, когда я открыл свои руки к Тристану, пламя не было выпущено, но пошел довольно темный дым. Тристан остановил дым между нами, борьба темной дымки с его синим дымом. Я толкнул это изо всех сил, но он отразил. Удивительно, синий дым начал двигаться ближе ко мне, исходило мощное тепло, которое горело на моей коже.
Я слышал, что Тристан был сильным, но не таким. Его дым полз все ближе и ближе ко мне, и я начал бояться, что могу проиграть. Но, опять же, проигрыш не для меня. Я готовился к боли, а затем отпустил свой черный дым. В тот момент, когда я это сделал, дым Тристана ударил меня в грудь, посылая на столы и компьютеры позади меня.
Синий дым Тристана причинял боль. Я чувствовал, как будто буквально был в огне, все мое тело ослабело, и, хотя я вырос на сильной боли и стоял на рынке, наполненным болью, я не мог восстановить свои силы.
Я заставил себя встать. Гнев прошел через меня, даже жарче, чем пламя, которое я выпускал из моих рук.
Используя мой взгляд, я был в состоянии причинить боль другому. Я поднял руку, в результате чего девочка, пытавшаяся убежать, начала плавать в воздухе. Девочка кричала от боли, когда я мысленно пытал ее.
– Гидеон!
– крикнул Тристан, и к тому времени, как его голос стих, девочка уже благополучно находилась на земле рядом с ним.
Я поднял руку, на этот раз поднимая двух ангелов, женщину и маленького мальчика. Они кричали
На этот раз было слишком поздно, чтобы остановить его. Огонь ударил его, смерть началась. Я улыбнулся, когда пламя образовало круг вокруг него, он кричал.
Некоторые из ангелов выкрикивали его имя и бросались к нему на помощь, забывая, что я был здесь, и что опасность не прошла.
Конечно, они не хотели, чтобы Тристан получил травму. Никто не хотел, чтобы Тристану причинили вред, потому что он был героем и единственным эффективным оружием против меня.
Тристану потребовались считанные секунды, чтобы освободиться от огня. Хотя ему было больно, я знал, что он отказывался уйти. Я не хочу быть самым слабым звеном и уйти, хотя мне тоже было больно, так что я сделал единственное, о чем мог думать.
– До завтра, ваше высочество.
Я бросил огненный шар в сторону ангелов рядом с ним. Я не стал ждать, чтобы увидеть, сжег ли он кого-нибудь, я в этом не сомневался. Я щелкнул пальцами, транспортируя себя с городской площади.
Глава4: Прошлый год.
Эбигейл.
“О, какой эгоистично-красивой вещью была бы эта жизнь, если бы я на самом деле жила, любила, и дышала ни для кого, кроме себя”.
Мелоди Манфул
Я была на этой дороге раньше. Я водила на ней больше раз, чем рассчитывала. Мой личный тренер, Логан, и я ездим по этой самой дороге каждый месяц.
Я не была новичком в вождении, но сегодня, я даже не узнавала дорожные знаки, мимо которых мы проезжали, хотя я знала все и каждый по памяти. Я поставила своей задачей не смотреть никуда, только в окно со стороны пассажира, но я все равно чувствовала, что автомобиль полз, как черепаха. Поездка занимала всего сорок минут, когда я ехала с Логаном: сегодня, однако, казалось, что она занимала годы.
Может быть, это потому, что я нервничала, или потому, что домашняя работа ждала меня дома, или это может быть тот факт, что я сидела рядом с отцом, Брайаном Селлс, человеком, которого все считали погибшим пятнадцать лет назад.
История была такой, что мой отец умер в армии, когда мне было всего два, но эта история была прикрытием.
– Как дела в школе?
– спросил мой отец, я повернула голову, чтобы посмотреть на него. В тот момент, когда наши глаза встретились, я снова отвернулась в окно.
– Все по-старому, все по-старому. Они говорят, я слушаю, - прошептала я.
– Это звучит весело, - сказал он, а затем последовало более неловкое молчание.
Реальная история также случилась пятнадцать лет назад. Мой отец, который работал на ЦРУ в качестве секретного агента в то время, был скомпрометирован. Он пошел домой, который делил с мамой и мной, и были почти убит при попытке защитить нас, моя мать была тяжело ранена из огнестрельного оружия.