Домашняя девочка

Я отчаянно замахала рукой, заметив свет фар вдалеке. Ситуация хуже некуда. Задержалась на работе, сел телефон, зарядил ливень, забыла зонт. Темнота и шум капель. Я промокла до нитки и продрогла, пока бежала от дверей офиса до дороги. Как вызвать такси без телефона понятия не имею, остается только молиться, что кто-то сжалится надо мной.

Слава всем богам, рядом остановилось такси. Я запрыгнула на заднее сиденье и крикнула свой адрес водителю.

В меня уперлись два удивленных зеленых глаза.

В

такси уже был пассажир. Ну конечно.

Нет и еще раз нет. Туда я не вернусь. Не в офисе же мне ночевать. Даже если таксист не собирался подбирать меня, теперь уже поздно. Дрожащими руками я упорно пыталась найти кошелек в сумке. У меня определенно должна быть наличка. Хоть какая-то. Я верю в это.

Без зазрения совести вытерла пальцы об обивку, достала жалкую помятую купюру и начала пихать в руки таксисту с завидным упорством. Водитель сжалился и одобрительно махнул, купюра втянулась в подлокотник. Я удовлетворенно откинулась на спинку и честно попыталась пристегнуться. Ремня не было, но я не особо расстроилась. Лучше уж в сухой машине без ремня безопасности, чем с ремнем под ночным дождем.

Путь неблизкий, занять себя нечем. Я попыталась разглядеть что-то в окно, но видела только капли. От скуки начала рассматривать неудачливого пассажира, который уже потерял ко мне всякий интерес и залип в телефон. Ну да, выгляжу я, наверное, как мокрая мышь, но и еду я домой, а не на подиум.

Во вполне нормальной внешности темноволосого спутника лет тридцати внимание привлекала глубокая царапина от уха до носа. Кровь еще не свернулась, рана явно получена недавно. Капли медленно стекали по щеке, но мужчина обращал на них внимания не больше, чем на меня.

– Могу одолжить йод и пластырь, – милостиво предложила я, снова начиная рейд по сумочке.

– Спасибо, все в порядке, – холодно отозвался мужчина, продолжая напряженно тыкаться в экран. Я поджала губы, чтобы не усмехнуться слишком громко. Какие мы гордые и независимые, только кота не хватает.

– Не бойтесь, у меня детский йод, сильно щипать не будет, – улыбнулась я, наконец, найдя стикер в боковом кармане. Мужчина перевел на меня очередной удивленный взгляд неестественно ярко-зеленых глаз. – Вот видите, тут счастливые дети, потому что йод не щиплет, – удовлетворенно добавила я, демонстрируя этикетку.

– Я же сказал, все в порядке, – уже не так уверенно повторил он.

– Зря вы так, заражение крови дело серьезное. После ампутации головы, знаете ли, долго не живут. Минут десять, потом мозг начнет умирать без свежей крови. Он очень требовательный вампир, – нравоучительно покачала пальцем я, радуясь, что можно скоротать время за разговором.

– Ладно, Делайте что хотите, только тихо, – сдался неудачливый пассажир, всем своим видом демонстрируя, что слишком занят и вообще без зеркала не сможет обработать рану на лице. Я с готовностью снова полезла в сумочку. На этот раз за влажными салфетками.

Я подсела ближе и развернулась. Убрать кровь, продезинфицировать рану, заклеить. Стоило поднести

йодный маркер к его лицу, как нас с силой тряхнуло. Каким-то чудом он успел поймать мое запястье и талию, тем самым сохранив меня от падения и свой глаз от йода. Телефон с грохотом покатился вниз и затих где-то под передним сиденьем.

– Простите, – прошептала я, медленно убирая йод подальше от глаз. Несмотря на ситуацию, выглядел он достаточно спокойным, хотя уже немного раздраженным.

Пару секунд он молча смотрел на меня, затем оттолкнул и полез за телефоном. Я выдохнула и накрыла маркер колпачком до лучших времен.

– Может, вам помочь, – заботливо предложила я, наблюдая за его попытками вызволить аппарат из заточения. В ответ послышалось лишь глухое рычание. – У меня ведь руки тоньше, так будет явно продуктивнее, – добавила я, оценивая свои шансы на вызволение телефона.

Мужчина снова поднял на меня раздраженный взгляд, но на этот раз поддался. Подвинулся на середину, освобождая мне место. Я с готовностью перелезла через него и принялась доставать несчастный телефон из-под водительского кресла.

Я перевел взгляд на открытую сумочку спутницы. Глаза зацепились за розовую кожаную обложку. Паспорт. Я подцепил его пальцами и пролистал без особого интереса. Имя, возраст, место прописки, семейное положение, дети. Не замужем к двадцати шести годам? Я еще раз скользнул взглядом по ее фигуре, соблазнительно обтянутой прозрачной от дождя рубашкой.

Может внешность и не супермодели, но фигура хорошая, да и по общению приятная, где же подстава? Девушка завозилась, вылезая из-под кресла, я вернул паспорт на место. Она вернула мне телефон с победным видом и снова замахала на меня своим йодным маркером. Я поддался, но на этот раз убрал телефон в карман.

Девушка забралась на меня, схватила за голову и начала увлеченно орудовать стиком. Ее юбка задралась, обнажая бедра, а сквозь почти прозрачную блузку отчетливо была видна красивая грудь в простом лифчике. Я почти простил ее за то, что намочила мои брюки. Либо она не понимает, как выглядит, либо…

– Больно, – не выдержал я, останавливая ее руку. Несмотря на все уверения, йод жег безбожно. Хотя, возможно, дело в ране. Девушка смотрела на меня удивленно, как на таракана, неожиданно упавшего на стол. Я с удивлением отметил ее тонкую талию, за которую снова схватился.

– Придется потерпеть, если жизнь дорога, – выдала она, пытаясь высвободить запястье. Я разжал пальцы, позволяя ей продолжить пытки. Если бы не йод, эта сцена могла бы выглядеть сексуально. – Вам больше кошки или собаки нравятся? – оживилась она, приближаясь к концу пореза.

– Кошки, а что? – напрягся я, ожидая нового витка пыток.

– Хорошо, потому что у меня пластыри только с котятами, – улыбнулась она, доставая из сумки разноцветную упаковку с мультяшными мордочками.

– Это обязательно? – с тоской поинтересовался я, не особо надеясь на благоприятный исход.