Чтение онлайн

Он прислушался, не уловил никаких настораживающих звуков. И вошел в подъезд. А затем, перепрыгивая через две ступеньки, стал взбираться на четвертый этаж.

По пути ему никто не попался. И он посчитал это хорошим предзнаменованием.

Когда он остановился возле нужной двери и прислушался, то понял, что сейчас начнется что-то веселенькое. Несколько секунд он выждал, потом отошел на шаг от двери, прищурился и со всего размаха ударил по этой двери ногой.

Дверь

с треском раскрылась, ударилась о стену и задрожала на петлях. Широким шагом он миновал коридор, ворвался в гостиную и застыл, едва перешагнув порог.

Картина, представшая его глазам, была совсем не той, какой мерещилась, когда он прислушивался у входной двери. Ему казалось, что если внутри кого и не убивали, то уж издевались, как минимум.

Он ошибся.

На столе, посреди комнаты, на животе лежала обнаженная девица. Возле девицы стоял молодой увалень и дрожащими руками спешно натягивал на себя трико. Голый торс с волосатой грудью, обнаженные кривые ноги – это было смешно и одновременно отвратительно.

Его передернуло. Рука, метнувшаяся к оружию, расслабленно опустилась.

Увалень, наконец, натянул штаны. Он услышал треск выламываемой двери и поспешил одеться. К приходу незваного гостя увальню сделать это полностью не удалось. А что удалось – так это возмутиться.

– Ты?! – зашипел увалень тяжело дыша. – Ты кто?!

– Я здесь живу, – просто ответил он; и это было в некотором роде правдой; он здесь жил – в прошлой жизни, возврата в которую у него теперь не было.

– Ты че несешь?! – возмутился парень. – Ты че несешь, чмошник?!

Он покачал головой. Тон собеседника был ему не по душе. Но уходить он не собирался. Не ради того он сюда явился, чтобы тут же убраться.

Увалень быстро приходил в себя. И, видя, что ворвавшийся человек пришел один, даже несколько приободрился; набычившись, сделал шаг к незваному гостю, чтобы показать, кто здесь на самом деле хозяин.

Он не двинулся с места.

Увалень замахнулся, рука застыла в воздухе и не успела отправиться к намеченной цели. Последовал удар гостя – быстрый, как молния. За ним еще один, еще…

Прежде чем увалень ощутил боль, завершающий удар отшвырнул его к стене.

– Ты мне зуб выбил! – он сполз на пол и взялся рукой за кровоточащий рот.

– А ты думал, я тебя в задницу поцелую?

Он подошел к столу и приподнял голову девушки за волосы. Увидел бессмысленный взгляд серых глаз. Девушка сказала что-то невнятное, а затем противно захихикала.

Он затем осмотрел у девушки руку и, увидев исколотые вены, наконец понял состояние этой секс-дивы. И тяжело вздохнул. От нее ничего вразумительного ждать не приходилось. И тогда он вернулся к увальню. Присел возле него на корточки:

– Ты что здесь делаешь?

– Я что

делаю? – изумился парень. – Ни хрена себе!.. Вот я-то здесь живу. Сечешь?

– Не секу, – он достал пистолет; от вида оружия у парня округлились глаза. – Иногда для здоровья полезно отвечать честно. Согласен?

Увалень безмолвно кивнул.

– Сейчас именно такой случай. Так как ты здесь оказался?

– Это… Снял квартиру. На год.

– У кого снял?

– У хозяйки. То есть бабы одной. Она мне сдала. И деньги вперед взяла.

Это уже было похоже на правду.

– Ну, и как она выглядела?

После того, как услышал описание хозяйки, сдавшей жилплощадь, он убрал пистолет обратно за пояс и поднялся.

– А куда она сама подевалась?

– Откуда мне знать, – пожал плечами увалень, утирая с губ кровь. – Говорила только, что уезжает. Далеко. И что это… Может, потом еще продлит аренду.

– Когда она тебе сдала квартиру?

– С неделю назад.

– И больше ты ее не видел?

– Нет. И зачем? Деньги она получила. Зач-чем ей показываться здесь. Да ведь и уезжала она куда-то.

– Куда-то, – передразнил он и шагнул к стене, на которой висели пять репродукций.

Он снял со стены одну репродукцию, разбил стекло, ловко выдрал холст и вытащил стопку долларовых купюр, которую тут же сунул себе в карман пиджака, а испорченную картину бросил в кресло.

Увалень, следивший за его манипуляциями, невольно затаил дыхание.

Он не стал больше задерживаться. Он ведь и не очень надеялся увидеть хозяйку квартиры.

Но у него появилась идея. Быстрым шагом он покинул квартиру.

После того как сумасшедший незнакомец ушел, увалень бросился к стене, на которой висели оставшиеся репродукции. И стал их стаскивать по одной, разбивать стекла и нервно искать под холстами.

Не прошло и пяти минут, последняя картина упала под ноги разочарованному увальню. Он зарычал и, не удержавшись, зло выругался. А поднявшая от стола голову девица в который раз бессмысленно заржала в пустоту.

– Заткнись, дура! – рявкнул в сердцах парень, постоял в задумчивости и ринулся к телефону.

Он стал нервно стучать по кнопкам, и с первого раза ему не удалось набрать номер. Со второго раза получилось.

– Это я, – бросил увалень в трубку, когда ответил абонент. – Ну это… – тут парень назвал свое имя, а затем поспешно заговорил: – Вы тут просили позвонить, если кто… Ага. Да. Приходил… Только что…

И, выслушав ответ, вытянулся в струнку:

– Я все понял…

Он зашел на пункт связи, прошел вестибюль и остановился у стеклянного окошечка, за которым сидела оператор. Наклонившись, он непринужденно улыбнулся: