Долина Солнца
Шрифт:
Уорд Мак-Куин снова сел на коня, он был озадачен. Этот теленок никогда не проходил через пустыню с ее солончаками! Ни на копыте, ни в шерсти на ноге животного не было никаких следов солончаковой пыли. Это стадо могло прийти откуда угодно, но только не из обширных солончаковых равнин, где животные по колено увязают в серой, словно зола, пыли. Нет, эти коровы не проходили по неудобьям, а значит, сюда их могли пригнать только с севера.
Три сотни голов отличного мяса, и двигались эти животные через очень хорошие пастбища.
Около двух часов ночи Мак-Куин направился
— Как успехи? — весело спросил Бад. — Я проснулся и подумал, может, тебе захочется выпить кофе? — Сказав это, он протянул Мак-Куину одну из двух кружек, принесенных им с собой.
Мак-Куин слез с коня и привязал чалого к торчавшему из земли колышку.
— Вкус что надо! — сказал он, отхлебнув кофе, и поглядел на Бада. — И давно вы с Лысым работаете на них?
— Совсем недавно, — сказал Бад. — Мы так же, как и ты, присоединились к ним вот на этом же самом месте, когда возвращались с Голубых гор, это на севере, в Орегоне. Хойт и Найфи были уже тут. Сказали, что торчат здесь уже пару дней. Что у них было два погонщика, которые вдруг взяли расчет и подались в Монтану.
— А ты никогда не был погонщиком в Монтане?
— Нет. Никогда в жизни.
Мак-Куин проследил взглядом, как возвращается в лагерь Бад, оседлал своего чалого и поехал прочь. Истории Бада и Лысого показались ему достаточно убедительными. Лысый, по-видимому, выходец из Нью-Мексико или из Аризоны. Бад Фокс сказал, что никогда не был в Монтане, да и с виду он производил впечатление типичного ковбоя-южанина. С другой стороны, Ред Найфи, выполнявший здесь обязанности управляющего, утверждал, что они гонят это стадо от самого Вайоминга, он разъезжал на большом коне и держал при себе аркан из толстой пеньки. И то, и другое характерно для ковбоев из Монтаны.
На востоке уже забрезжил рассвет, когда Мак-Куин услышал выстрел.
Грохот винтовочного выстрела разорвал сонную тишину как раз в тот момент, когда, объехав напоследок стадо, он возвращался к зарослям ивняка.
Одинокий выстрел. А потом — тишина.
Пришпорив чалого, Мак-Куин нырнул в заросли ивняка и вернулся в лагерь. Ред Найфи стоял недалеко от костра, пристально вглядываясь в темноту, в опущенной руке — револьвер.
Лысый и Бад сидели, кутаясь в свои одеяла, Лысый держал винтовку наготове.
— Откуда стреляют? — требовательно спросил Мак-Куин.
— С вершины горы. Довольно далеко отсюда, — сказал Найфи.
— А по-моему, совсем рядом, — возразил Бад. — Ей-богу, это где-то здесь, за деревьями.
— Стреляли на горе, — прорычал Найфи. Он обернулся к Мак-Куину: — Как коровы? Все в порядке?
— Лучше не бывает. Я вернусь к стаду.
— Подожди. — Фокс сбросил с себя одеяла. — Я сам пойду. Ты и так целую ночь сторожил.
— Через пару часов отправляемся, — объявил Найфи. — Вы двое будете загонять. Так что пусть едет он.
Развернув чалого, Уорд Мак-Куин отправился обратно на пастбище. Солнце еще не взошло, в просвете между
Стадо мирно паслось на лугу. Некоторые животные испугались было выстрела, но последовавшая за этим тишина успокоила их. Коровы по большей части дремали. Мельком взглянув в сторону костра, Мак-Куин развернул чалого и направил его к горе.
Обогнув разросшиеся кусты пиний и заросли можжевельника, он въехал в рощицу. Все вокруг казалось серым, но землю уже можно было разглядеть. Он знал, что искать. Если есть человек, то должна быть и лошадь. Во всяком случае, стояло полное безмолвие. Да и чалый не выказывал никаких признаков беспокойства, хотя лошади обладают чрезвычайно тонким чутьем.
Проезжая через островок разросшейся медвежьей ягоды, Мак-Куин услышал стук копыт. Он поспешно прикрыл рукой нос собственного коня, затем привязал его и начал осторожно пробираться сквозь заросли.
Это был великолепный вороной, пяти с лишним футов в высоту, под великолепным седлом, богато украшенным серебром, винчестер убран в кобуру, и даже седельные сумки сделаны из отличной кожи ручной выделки.
Отойдя от коня, Мак-Куин направился к опушке и тут заметил темные очертания человеческого тела. Он огляделся по сторонам, прислушался, затем подошел поближе и опустился на одно колено. Человек был мертв.
Это был юноша, одетый в дорогой черный сюртук. У него оказался при себе один револьвер, который, впрочем, так и остался в кобуре. Мак-Куин осторожно перевернул мертвеца на спину. У него были изящные черты лица и нежная кожа — нетипичная для Запада внешность.
Пошарив у убитого за пазухой, Мак-Куин вытащил плоское портмоне, на нем аккуратными золотыми буквами было выведено имя владельца: Дэн Кермитт. Внутри оказалась пачка банкнотов и какие-то бумаги.
Внезапно послышались чьи-то осторожные шаги; поспешно сунув портмоне за пазуху, Мак-Куин поднялся с земли. На опушке леса стоял Ред Найфи.
— Похоже, выстрел пришелся точно в цель, — процедил Мак-Куин. — Не знаешь, кто это?
Бесшумно ступая, Найфи подошел поближе. Он взглянул вниз и пожал плечами.
— Понятия не имею! — Затем перевел взгляд на Мак-Куина, и его поросячьи глазки заблестели. К тому времени уже достаточно рассвело, и Мак-Куин заметил, как изменилось их выражение. — Это ты его пристрелил?
— Я? — Мак-Куин был поражен. — Впервые его вижу.
— А ведь ты запросто мог его убить, — продолжал развивать свою мысль Ред. — Провернуть дельце тихо-мирно, без свидетелей.
— Ты тоже мог это сделать, — заметил Мак-Куин, — Вполне мог!
— У меня есть алиби, — неожиданно усмехнулся Ред. — И вообще, какого черта?! Плевать мне, кто его укокошил. Может, индейцы. Есть на нем что-нибудь?
— Не знаю, не искал, — осторожно ответил Мак-Куин. Интересно, что Ред успел увидеть?
Склонившись над трупом, Найфи принялся ловко и со знанием дела шарить по карманам убитого. В правом кармане он нашел небольшой кошелек, в нем лежало несколько банкнотов и золотая монета. Уорд Мак-Куин задумчиво разглядывал находку и, когда Найфи разогнул наконец спину, спросил: