Долгое лето
Шрифт:
– Ему лучше, - качнулся на хвосте Морнкхо.
– Это заметнее с каждым днём. Ты видел - он снял почти все повязки?
– Хорошо!
– радостно усмехнулся Речник.
– Да не коснутся его болезни!
Он поднял чашу и отпил, сколько смог. Алсаг под столом согласно муркнул. Трое Речников на соседней скамье зашевелились и потянулись было к Фриссу, но сердитый взгляд менна заставил их сесть обратно.
Фриссу повезло - он прибыл в Замок, когда все Речники были на участках... но и Астанен проявил милосердие - он не объявил общий сбор. Фриссу предстояло ещё рассказать о своих путешествиях множеству Речников,
– Немного грустно, что Чёрная Речница не сидит с нами за столом, - заметил Морнкхо, подвинув Речнику плошку со свежей цакунвой.
– Уже доходят слухи, что она этим летом тоже отличилась...
– Да уж, - кивнул Фрисс. Кессе не скоро суждено было сесть с ним за один стол - Фрисс понадеялся было, что её отпустят в Фейр на свадьбу Алисы Нелфи и Йора Скенеса, её брата, но нет - Речник Салафииль был суров. "Симу Нелфи я отпустить могу," - сказал он, хмурясь. "Она, по крайности, усвоила в этом году всё, что следовало ей усвоить. Кесса же пропустила почти весь год - и ей повезёт, если за осень она наверстает упущенное. Лети в Замок, Фриссгейн, не отвлекай Чёрную Речницу от занятий!"
Сима Нелфи, если попутная хиндикса не сбилась с пути, давно уже была в Фейре - и там же был прилетевший из Нэйна на костяном корабле Ильгис Те"иррелин, и Фрисс далеко не был уверен, что застанет их на участке - Сима на месяц улетала в замок Ильгиса. Речник пожелал ей всяческой удачи и подарил цветные перья и кошель с красильными порошками...
Дорожная сума Фрисса изрядно полегчала за эти дни. Что-то лежало сейчас на Складе, под присмотром Кимлана, что-то он вручил Астанену. Сыновья Астанена вместе с Силитнэном были сейчас далеко, на востоке, там, где две чародейки избавляли притоки Реки от чёрной гнили. И Фрисс хотел бы там быть - но разорваться он не мог. Его ждал Фейр... а потом - Кровавый Берег. Он очень надеялся не опоздать.
Двери столовой были открыты настежь, тёплый ветер метался по зале. Вдали призывно ревели драконы - им принесли утреннюю еду, а ещё дальше перекатывался гром - мимолётная гроза промчалась над Рекой, слегка смочила землю, озарила небо белыми сполохами и унеслась на восток. Тучи быстро таяли, погода ожидалась лётная. Фрисс доедал ракушки и думал, что "Остролист" заждался его у причала. Ещё раз взглянуть с высоты на прекраснейшую из рек... Нецис Изгнанный сам не знал, от чего отказывался!
– Колосок к колоску над обрывом!
Фрисс даже вздрогнул от неожиданности. Морнкхо, до сих пор оберегавший его от любопытных, ускользнул на другой край залы, а у стола остановился Старший Речник - светловолосый сингел. Переложив шлем в левую руку, он протянул Фриссу правую.
– Это рыжий день, - условной фразой ответил Речник, поднимаясь из-за стола.
– Что слышно на Реке?
– Всё тихо, время собирать урожай, - усмехнулся Старший.
– Ты Фриссгейн Кегин? Много о тебе слышал... Я Мавэн Рилгис.
Фрисс смущённо покачал головой - имя он вспомнил, самого Речника - нет.
– Ешь ракушки, - он подвинул блюдо к Мавэну и оглянулся в поисках кувшина с кислухой.
– Морнкхо уполз, пока он вернётся...
– Я уже поел, - качнул головой Старший Речник, опускаясь на лавку рядом с Фриссом
– Фриссгейн Кегин, значит... Я давно хотел с тобой встретиться, - Мавэн заговорил первым.
– Даже у нас, на Синдалии, рассказывают о тебе легенды. Это ведь ты - тот Речник, что нашёл Старое Оружие? Слышал, как же. Это великое деяние... и как жаль, что его плодами Река не воспользовалась! Наш Король отказался от такого могущества... и ради чего?!
Мавэн покачал головой. Фрисс поёжился - против воли по спине ползли мурашки, хотя ничего опасного вокруг как будто не было.
– Это восхитительное оружие, Фриссгейн, - мечтательно вздохнул Старший Речник.
– Лучшее творение наших предков. Знаешь, в том году я очень жалел, что Астанен не оставил его себе.
– Многие жалели, - коротко ответил Фрисс. Вспоминать о Старом Оружии он не хотел - до сих пор перед глазами вставала обугленная долина Энергина и гора полусожжённых изувеченных тел, а ведь он был на самой кромке зоны поражения, там, куда едва докатилась ударная волна...
– Многие... и ты в их числе?
– взгляд серых глаз стал колючим, но Фрисс не дрогнул перед ним.
– Только не я, - он покачал головой.
– Нечего жалеть о нём. Это ужасающая сила - и ей место в сарматских хранилищах. Сарматы не позволят ей вырваться и выжечь всё дотла, а мы её не удержим. Мавэн, я видел, что она творит с существами и землёй. Можешь не верить мне, но Астанен поступил мудро.
– Ты так думаешь?
– нахмурился Мавэн.
– Река могла бы стать могущественнейшей из стран, внушить страх всем своим врагам... а теперь мы утешаемся своим мнимым благородством. Разве мы, Речники, настолько глупее сарматов? Почему ты решил, что мы не управимся с сарматским оружием? И главное - почему так решил за нас Король Астанен?!
– Он знал, что делает, - тихо сказал Фрисс.
– Это оружие не для наших рук. Я не хочу больше говорить о нём.
Мавэн молча посмотрел на него. Что-то странное скользило в его глазах - тени мыслей, лихорадочно сменяющих друг друга... Спустя мгновение Старший Речник кивнул и поднялся из-за стола.
– Ешь и отдыхай, Фриссгейн. Я не буду тебе докучать. Мирных дней!
Фрисс покивал и снова уткнулся взглядом в тарелку с остывающими ракушками. С трудом заставил себя взять одну, вырезать из раковины и обмакнуть в цакунву. "Старое Оружие..." - он покачал головой. "Знать бы тогда наперёд... Надо было сразу его спрятать, чтобы никто, кроме сарматов и Короля, не видел!"
...Солнечные блики дрожали на волнах. Река, тёмная и величавая, неспешно катила свои воды к югу. Ветер покачивал ветви Кенрилла, и подвески на них шуршали и звенели. Блестящая красная черепица на четырёхскатной крыше храма, совершенно новая, ещё не потемневшая от непогоды и степной пыли, рыжим маяком освещала путь. У бывшей пещеры жреца... хотя - теперь она не была "бывшей", её вход прикрывала новенькая дверная завеса с нарисованным огненным котом, а вдоль обрыва сушились связки луковиц Хелтори - обитатели пещеры не ленились собирать урожай... у пещеры выстроились в ряд летающие корабли, и голоса людей доносились из башни Аойгена. Фрисс радостно усмехнулся, переступая порог древнего храма.