Чтение онлайн

Бреннус делает взмах рукой и замораживает Ифрита. Я шокировано смотрю на то, как Ифрит полностью обездвижен, только глаза двигаются. Лонан и Гобан сверкая своими клыками, подходят к Расселу. Они помнят его. Рассел убил их приятелей Уилтона и Дрискола.

— Бреннус! — в отчаянии говорю я, наблюдая за тем, как парни шипят на Рассела. — Пожалуйста.

— Что пожалуйста, Женевьева? — глядя на меня, тихо спрашивает он.

У меня пересыхают губы, когда мой взгляд падает на Рассела и Брауни.

— Чего ты хочешь? — спрашиваю я.

Он моргает, словно вообще

не ожидал, что я такое скажу. Его губы медленно расползаются в соблазнительной улыбке, от чего он становится почти похож на ангела.

— Я хочу Персефону, — медленно отвечает он.

— Прости? — не понимая, о чем он, шепчу я.

— Я хочу ту богиню, да, да, именно с той картины, которую дал мне Альфред. Она заставила меня хотеть тебя и жаждать. Дай мне то, чего я хочу, — говорит он, говоря мне о том портрете, на котором мистер МакКерти изобразил меня в образе богини Персефоны. — Если я укушу тебя прямо сейчас, ты умрешь и превращусь в одного из вас — в Gancanagh. Тогда твое развитие прекратится, сила перестанет развиваться. Я не хочу этого. Я хочу, чтобы ты была такой же могущественной, как сейчас. Но я могу удержать тебя — ты хитрая. Если в свою очередь, еси я сделаю тебя своей scl'abha'i, ты тоже можешь сбежать. Я готов изменить тебя, только чтобы удержать. Ты моя, и я тебя хочу. Но богиню, я хочу больше.

— Что ты предлагаешь? — поспешно спрашиваю его я, все еще наблюдая за тем, как Лонан парит над Расселом.

— Сделку, — шелковым голосом говорит он. — Ты соглашаешься жить со мной, а я спасаю твоих друзей.

— Как долго? — чувствуя сокрушающий вес своих слов, спрашиваю я.

В последний раз, я едва неделю рядом с Бреннусом продержалась. Если я соглашусь, то между Бреннусом и Ридом разгорится война Рид никогда не перестанет пытаться вернуть меня обратно.

— Навсегда, — без запинки говорит он, а я бледнею.

— Ты сказал, что ты хочешь богиню Персефону. Она жила с Аидом шесть месяцев в год, — вспоминая историю, шепчу я.

Все ребята смеются, будто я только что пошутила. Я взглянула на Бреннуса и увидела, что он старается не улыбаться.

— Ты такая быстрая mo chro'i, и эта заставляет меня задаваться вопросом, сколько тебе на самом деле лет, — говорит Бреннус.

— Мне восемнадцать, — отвечаю я, и все они снова смеются.

— Конечно же, — качая головой, отвечает Бреннус. — Шесть месяцев в год? — спрашивает он, как будто он это обдумывает, а потом его губы расползается в медленной улыбке. — Звучит интересно. Но я ревнивый. Я хочу знать, что ты будешь мне предана не только когда мы вместе.

— Как ты об этом узнаешь? — спрашиваю его я.

— У тебя есть обещание, поэтому ты мне сама будешь все рассказывать, — говорит он.

Я знаю, что даже не произнося имени, он имеет ввиду Рида. Мое сердце плачет. Могу ли я это сделать? Раньше я никогда так надолго с Ридом не расставалась. Самое большое я продержалась — чуть больше трех месяцев.

Так как я не сразу ему отвечаю, он спрашивает:

— Фаолан, ты ведь не против ангелов, не так ли? Как на счет красивой маленькой блондиночки?

— НЕТ! — глядя на

Бреннуса, кричу я, а потом смотрю как Феалон приближается к Брауни. — Хорошо, — соглашаюсь я.

— Забавно, сладкая, — ухмыляясь мне, говорит он. — Чего же я еще хочу? — потирая подбородок, спрашивает он. Он застывает, его лицо становится смертельно серьезным, и он хмуриться. — А, знаю, я хочу, чтобы ты связала свою жизнь с моей, — хмуро глядя на меня, говорит он.

— Что? — ощущая головокружение, говорю я. Я уже привязана к Риду; я не могу быть связана и с Бреннусом. — Я не могу, я…

— Нет, ты права, по одному за раз, но все же, мы с тобой можем быть связаны, — говорит он.

— Как связаны? — спрашиваю я, не желая давать ему объяснения.

— Наши с тобой жизни переплетутся. Если ранят одного, другой тоже истекает кровью, — просвещает меня он.

Я сутулю плечи и скрещиваю на груди руки.

— Ты можешь это сделать? — вяло спрашиваю его я.

— Могу, — говорит он.

— Твой ангел не сможет меня убить, иначе он и тебя убьет. Я дам ему шанс. У него будет возможность убить меня, когда ты будешь с ним, но он будет вечность охотится за мной, и на тебя у него не будет времени. Для тебя это будет слишком скучным, не так ли? — спрашивает он меня.

— Бреннус, я не могу этого сделать, — умоляюще говорю я.

— Да, да, упрямица, предпочитаешь быть сломанной? — словно сам себе бормочет он. Затем он пожимает плечами. — А это звучит забавно. Ладно, пошли парни, а ангелы остаются здесь — с Ифритом.

В то время как мои колени начинают подкашиваться, Финн встает на мою сторону. Он ловит меня, удерживает, и говорит мрачным тоном:

— Женевьева, хоть секундочку подумай об этом. Он разрешит убить свою вторую половинку, а затем и твоих друзей, а потом мы заберем тебя отсюда и обратим. То, что ему действительно нужно — это твое согласие. Видишь? Бреннус может прямо сейчас убить Рассела, но после этого ты возненавидишь его еще больше. Будь разумной, или твои друзья умрут, а ты все равно будешь нашим шансом на будущее.

— Почему он этого не делает? — в изумлении спрашиваю я.

— Он хочет завоевать твою любовь, также, как Аид завоевал любовь Персефоны. Он заставил ее любить его; даже когда она не хотела его любить. Дай ему шанс, ты можешь сделать намного хуже, если согласишься на его альтернативную сделку, — с мрачной иронией говорит Финн.

Когда я вижу, что альтернативная сделка, это подвергнуть Рассела и Брауни пыткам Валентина и его широким познаниям боли, я слабо отвечаю:

— Бреннус, я согласна на твои условия.

Его губы вновь украшает улыбка.

— Это очень разумно с твоей стороны, — бормочет он, осторожно принимая меня из рук Финна и снова притягивая к себе. — Финн, скажи слова, так и должно быть.

— Подожди! — прерываю его я, прежде чем Финн призывает волшебство чтобы связать нас.

— У меня есть одно условие.

— Какое? — с любопытством спрашивает Бреннус.

— НИКТО НЕ БУДЕТ МЕНЯ КУСАТЬ! — кричу я, чтобы слышали все Gancanagh. — Если меня укусят, контракт будет разорван!