Чтение онлайн

От вояк отгородились кирпичным забором; вернее, вояки сами возвели его на новом месте (материал предыдущего, сто процентов, оказался у кого-то на даче, но то чужие дела). От трассы, получается, пока ничем отделены не были, но позиция нового начальства была прозрачной: являясь частью части (такая смешная тавтология) на деле, визуально и формально выглядеть автономными.

По тем же указаниями, внешне надлежало походить на мирную и гражданскую структуру, типа охранно-логистической компании со своими тонкостями.

Что и было

исполнено.

Кстати, своя инструменталка была смежной с кое-чем интересным у «соседей»-военных, и дверь внутри никто не запечатывал: так и ходили друг к другу, как раньше. По разным, преимущественно техническим, надобностям.

Сотрудничество "родов войск" на почве механики и техники, вернее, свободный доступ в связи с ним, было напрочь незаконным, но в реальности случается и не такое.

Ербол как раз ковырял кое-что в «инструменталке» (на «своей» её половине), когда датчик известил, что в двери сейчас войдут. В принципе, это могли быть и коллеги-армейцы (они часто ходили в том числе «с улицы»), и из обычного хода событий сработка датчика не выбивалась: работа «на своей земле», если сравнить с отрядным опытом, имела массу плюсов.

Особенно когда ты — сотрудник организации, над которой, по факту, в текущий момент нет ничего.

Ербол ухмыльнулся сам себе, продолжая ковыряться в «железе»: кто бы сказал год назад, что можно будет получать больше, жить лучше в разы, прав — вообще как у бегемота… («А кто ему возразит?!»)

А риска, можно сказать, не будет вообще. Во всяком случае, риска в том понимании, каким он был в отряде.

Что сказать, иногда везёт и простым людям. Какой ни смешной был «турист», а спасибо ему сказать стоит. Есть за что. Он, правда, всё больше зависал в Столице, и по перифериям типа этой был не ходок. Ну да ладно, не последний раз живём. Ещё будет случай сказать «рахмет».

К удивлению Ербола, в двери, ведущей с улицы, появился какой-то штатский парень. Вернее, одетый штатским (так-то, намётанный глаз Ербола выхватил кое-какие детали, включая высокий мышечный тонус).

Кроме Ербола, на объекте именно сейчас никого не было.

Посетитель, даже не оглядываясь по сторонам, мазнул по Ерболу взглядом и пошагал на сближение, махнув рукой от самой двери:

— Ербол Калдыгулов?!

— Да, — чуть удивился незнакомцу Ербол, откладывая «железо» и протирая руки.

Ербол вначале принял парня за кого-то из части, либо из командированных за чем-то из другого места «своих», просто одетого по гражданке.

Но, подойдя ближе, с удивлением узнал в нём совсем другого человека.

Пацан был тот самый. Которого сейчас здесь просто не должно было быть. Да и вообще, не должно было быть. Хотя это и не совсем лично Ербола задача, а задействованный начинающий наркет был знакомцем коллеги из «спортсменов».

Вошедший же «посетитель», не испытывая никакой неловкости, подошёл к Ерболу вплотную и, с любопытством таращась прямо в глаза,

зачастил скороговоркой вопросов:

— Ты до этого служил в армии?.. Переводился в Комитет с сохранением?.. Препарат … лично получал?.. Кто из ваших получал, знаешь?..

Парень успел задать немало вопросов за десяток секунд (или даже за полтора?), при этом не дожидаясь никакого ответа.

К своему стыду, Ербол ненадолго впал в ступор: и появление «объекта» тут, на «объекте» (снова смешная тавтология), и его вопросы были, что называется, за гранью. С другой стороны, ответов «гость» как раз и не дожидался, продолжая бомбардировку следующими вопросами. О вещах, о которых, по идее, категорически не должен был знать:

— Препарат использовали?.. Более одного раза использовали?.. Сотрудники?.. Агентура?.. В рамках задачи?.. Приказ на продолжение задачи есть?.. Отложить до выяснения?.. — продолжал грузить странными вопросами парень, всё так же не требуя ответов и внимательно глядя в глаза Ерболу.

Сам Ербол продолжал чуть удивлённо смотреть на парня, лихорадочно выбирая тактику поведения. Такое впечатление, что ответы тому не были нужны.

Интересно.

— Ты сам с собой разговариваешь? — сейчас самое то, чтоб потянуть время и сориентироваться.

С одной стороны, тот случай, когда «овца пришла сама на пир к волкам».

С другой стороны, дурачком парень не выглядел. И отчёт в окружающих реалиях себе явно отдавал. Что это, безбашенность отчаявшегося человека?

— С твоим чёрным эго разговариваю, — хмуро буркнул тем временем пацан в ответ. — Поедешь со мной. У спецпрокуроров продолжим. Наш с тобой ведомственный конфликт..

— Покинь территорию и не пори чуши. — Спокойно ответил Ербол, почувствовав, что сердце слегка ухнуло в пятки.

Вместо ответа пацан подошёл ещё ближе, совсем вплотную, и ударил по корпусу.

Удар Ербол видел, и пресс напряг. Но всё равно, неожиданно как кувалдой приложило. Ербол мгновенно мобилизовался, не впадая в эмоции (спасибо тренингам новой работы по мыслительным процессам!) и отмахнулся левым прямым в голову. Никуда не попав.

И получив под руку ещё раз, опять туда же, по корпусу; да так, что хрустнуло ребро. Следом тут же прилетело в печень, уронив Ербола на колени и перехватив дыхание. А в глазах материализовав серию разноцветных мушек.

— Ремень свой достань и руки себе обмотай, как надо, — скомандовал, нависая сверху, пацан.

А у Ербола с запозданием в одно мгновение сложилась мозаика: с одной стороны, объект формально уже не вэчэ. Вон, даже забора нет… Зайти может кто угодно. Теоретически.

Защитой, как бы, является своя территория и факт того, что Комитет — самый главный парень на деревне. Остальные конторы либо менее серьёзны (менты, переименованные в полицию), либо на территории страны не работают.

Пацан что, сотрудник? Да с чего, ещё же несовершеннолетний?