Чтение онлайн

– Я провела в нем свое детство. А сейчас я буду там рисовать.

При этих словах лицо маклера вытянулось от удивления.

– Скольких людей одолевает то же желание! Наверное, уже пора закрывать школы Сент-Айвса и Ньюлина.

Мэг с отчаянием в голосе заявила:

– У меня есть небольшие сбережения. Поэтому мне хотелось бы купить высокий домик с мансардой, откуда бы открывался вид на море.

Вытащив из своей пачки очередной лист бумаги, агент положил его на стол.

– Эврика! Дом, который называется немного вычурно – «Проспект Вилла». Выходит прямо на море! Собственный спуск к

бухте Ланна, прекрасный дом… Уединение…

С сомнением глядя на бумагу, Мэг тяжело вздохнула: привыкшая жить в оживленных городах, она вовсе не стремилась к уединению.

– Спасибо, – ответила она, взглянув на обозначенную на листе цену. – Может быть, у вас есть другие предложения? Давайте посмотрим на это. – И она вытащила наугад листок.

– Дом, с прилегающими к нему магазинными пристройками.

– Значит, там есть большие окна.

– Да, которые выходят прямо на ворота порта.

– Это как раз то, что мне нужно, – ответила она, даже не замечая, слушает ли он ее.

– Вы собираетесь жить в нем одна? – беспардонно спросил маклер.

Миранда наверняка бы огрызнулась: «Какое ваше собачье дело?» Сказать по правде, Мэг, едва сдержавшись, сама чуть было не сказала ему эту же фразу, но ответила:

– Большую часть времени я буду жить одна, исключая моменты, когда ко мне будет приезжать сестра.

Это очень шумное место, особенно в летнее время, когда гостиницы «Костгад» и «Устрица» полны постояльцев. Зимой здесь тоже не лучше.

– Можно мне взглянуть на этот дом? – спросила она, откладывая в сторону листок. – Что вы скажете насчет этого домика?

– В стороне от пристани. А вы же хотели, чтобы окна вашего дома выходили на пристань.

Мэг чуть было не рявкнула на него. Получалось, что «Проспект Вилла» находился где-то на подъезде к горным утесам, а разве он не сказал сейчас, что пристань просто кишела перепившимися отдыхающими?

– Рыбная улица находится не так уж далеко. Хотелось бы взглянуть на нее, если можно.

– Конечно, можно. Именно поэтому я и нахожусь здесь с вами, чтобы поскорее помочь вам. – Сверившись с записями в тетради, он затем заглянул в ящик. – В настоящий момент ключи от дома по Рыбной улице отсутствуют. Но если вы не возражаете, то днем мы можем заглянуть в расположенный внизу дома магазин.

– Замечательно.

Пробежав по листочку глазами, маклер на минуту остановил свой взгляд на указанной там цене.

– А завтра, сразу, как только мистер Сноу вернет ключи, можно будет взглянуть и на квартиру, – торопливо объяснил он.

Миранда наверняка бы спросила: «Это тот самый известный художник Питер Сноу?» Но Миранда ведь не знала никаких знаменитых художников. А сама Мэг ничего не ответила.

Если выкупить магазин, то из него мог бы получиться великолепный домик. На чердаке можно было организовать студию. Одну из двух спален переделать в ванную, а кухню и гостиную на первом этаже объединить в одно помещение.

– Это все хорошо, пока вы живете одна, – заявил вечно возражавший маклер. – Но стоит приехать вашей сестре, и вам придется уступить ей собственную спальню.

– Я буду постоянно спать в своей студии, – объяснила, удивившись, Мэг. – Мне постоянно придется работать.

Не поднимая глаз, маклер заявил:

– А

как дом на Рыбной улице? Он же гораздо больше, да и на мансарде имеется два окна, а внизу подвальчик. Раньше он предназначался для хранения рыбы.

– Да, неплохой домик. Но этот все же мне нравится больше.

Вид у маклера был довольно унылый: ведь магазин оценивался всего лишь в две тысячи фунтов. Много ли комиссионных получишь с этой суммы!

– Только я все-таки схожу и посмотрю на тот домик, да еще взгляну на «Проспект Вилла», так, на всякий случай.

Вручив Мэг связку ключей, маклер заявил:

– Ну, раз уж вы так желаете, то можете сходить одна посмотреть на «Проспект Вилла». А как только у меня появятся другие ключи…

– Не спешите.

Хозяин гостиницы «Костгад» Артур, не скрывая радости, воскликнул:

– Если ты купишь старый магазин, я постоянно смогу видеть тебя. – Проводив ее к окну у стойки бара, он, указав рукой, спросил: – Видишь прямо за гаванью, окнами на север? Это он.

– Вижу, – ответила Мэг, пристально глядя на старика.

Неужели она действительно навсегда поселится здесь? В этот ноябрьский вечер мигающие огоньки маяка тускло освещали оконную витрину магазина. Как много ей предстоит сделать. Удастся ли ей переделать под свою квартиру магазинчик, имея дело с несговорчивыми местными строителями?

– Как ты назовешь свой домик? «Вид на гавань»?

– Его ведь уже назвали «Старым магазином», – осторожно заметила она.

Артур одобрительно захохотал:

– О, мне очень нравится это название! – Потянув за шнур, он зашторил окна. – «Старый магазин»! Очень хорошо.

Поднявшись по лестнице, Мэг умылась перед ужином. Она не придавала большого значения только что прозвучавшим шуткам Артура. После ужина она хотела пораньше лечь спать, а утром набросать на листе бумаги план задуманной ею реконструкции, с которым она собиралась отправиться к архитекторам, адвокатам и остальным чиновникам. Умываясь, она смотрела на свое отражение в висевшем над раковиной зеркале. Какое странное, бесцветное лицо! Перехватив ладонью свои пушистые волосы на затылке так, как она постоянно носила их в школе, она подумала о том, пойдут ли ей подкрашенные глаза, как это делает Миранда. Ее собственные глаза были бесцветными, а ресницы рыжими, как и волосы. Самыми поразительными в облике Миранды были ее глаза, а ведь они были похожи своим разрезом на глаза Мэг. Печально улыбнувшись, Мэг, отвернулась от зеркала. Миранда – актриса, а она, Мэг, обычный человек.

На следующее утро шел дождь, и дорога проглядывалась лишь на десять ярдов вперед. Сидя за завтраком, Мэг не заметила рядом Артура, а у официантки, принесшей ей подрумяненный хлеб с чаем, был весьма опечаленный вид. Мэг слышала, как она ворчала, усевшись со своей знакомой на кухне, о том, что Артур решил выспаться.

Мэг надела сапоги и плащ и вышла на улицу. Казалось, что ветер дул сразу со всех сторон. Сквозь туманную дымку едва проглядывали разбросанные по обеим сторонам судоподъемного эллинга спутанные клубки водорослей и раковины устриц. Вероятно, из-за непогоды никто не рыбачил, и, привязанные к канатам, одиноко покачивались на воде небольшие рыбацкие суденышки. Никого вокруг не было видно.