Дочери Луны
Шрифт:
– Итак, Пэк, может быть, ты все-таки спустишься и покажешь поврежденный каблук твоей туфельки?
Вопрос снова прозвучал довольно весело, и Миранда поняла, что в первый раз он тоже адресовал свои слова именно ей, а не Оливеру, при виде которого не могло возникнуть большого желания повеселиться.
Появившись из темноты, Миранда, прихрамывая, прошла вперед.
– Да нет ничего страшного, – врала Миранда, склонившись над туфелькой и не поднимая глаз на очень высокого ростом мистера Мередита. – Я просто задела каблуком за ступеньку лестницы.
– Я это понял, – сказал он, повернувшись к ней лицом.
Прищурившись,
– Сколько тебе лет, Пэк?
Из уст Миранды чуть было не вырвалось: «Семнадцать». Но несмотря на то, что в октябре ей и действительно должно было исполниться семнадцать, она ответила:
– Шестнадцать с половиной.
– А у тебя есть другое имя?
– Миранда. Миранда Пэтч.
Но дальше этого разговор не пошел, потому что в этот момент к ней буквально подпрыгнул Брет, который затараторил:
– Вот ты где, Миранда. Ты же знаешь, что нам в пять часов нужно покинуть это помещение.
Повернув ее вправо, он незаметно начал толкать ее к выходу. Неожиданно на ступеньках появилась Олвен, которая тоже окинула девочку недружелюбным взглядом. Миранду, как провинившуюся школьницу, быстро выпроводили из зала. Но она все-таки успела прийти к собственному выводу относительно мистера Джона Мередита. Подтвердились высказывания Олвен по поводу внешности этого рыжеватого господина с серыми глазами и бледным лицом. А она желчно называла его длинным ревеневым стеблем, торчащим из мусорного ящика. Но за этой внешностью крылось что-то глубокое, какое-то завораживающее спокойствие и накал страстей. Он явно обладал каким-то гипнотическим свойством, заставлявшим ее вспомнить о Свенгали. И в этот момент она представила себя его Трильби.
Шли годы. Работать в труппе «Третейский судья» было по-прежнему интересно даже несмотря на то, что они всегда стояли на пороге банкротства. Постоянно они умоляли художественный совет выделить средства на создание шекспировского театра-студии во время зимнего периода и продолжали показывать спектакли на открытом воздухе летом, после которых Миранда со шляпой ходила по кругу для сбора средств. Джон Мередит больше не посещал спектакли, но Миранда случайно узнала о том, что он иногда субсидирует труппу без каких-либо напоминаний, что очень удивляло многих. Она никогда больше не пыталась найти работу за пределами театра, в то время как многие члены труппы постоянно нанимались на почасовую работу в магазины и рестораны города. Миранду наградили самыми лучшими ролями и местом рядом с Бретом. Олвен всегда была правой рукой Брета, а Миранда стала его левой рукой. Прямо под его сердцем, шутила по этому поводу Миранда.
В 1962 году Джанет вышла замуж за молодого актера, который устраивался на сезонную работу в театре, и они вместе уехали попытать счастья в кинобизнесе. Каролина временно возвратилась к своему мужу. Поскольку роли остались нераспределенными, Миранда, так же как и другие артисты, получила теперь вдвое и даже втрое больше ролей, что неизменно радовало ее.
Миранде было восемнадцать, но она участвовала во всех сезонных спектаклях, демонстрируя всем свои уверенные, если не сказать властные манеры. Услышав о том, что Брет собирается ставить «Гамлета» в новом гражданском театре Челтнема во время мертвого зимнего сезона, Миранда спокойно
– Посмотрим, – ответил он, окинув Олвен взглядом своих черных глаз.
Олвен начала возмущаться:
– Брет, с меня довольно! Не слишком ли много на себя берет эта ветреная девчонка! Ты предложишь ей роль Офелии, и она решит, что может постоянно выдвигать тебе свои требования.
Тяжело вздохнув, Брет ответил:
– Мы поговорим с тобой на эту тему после Рождественских праздников.
– Может быть, ты собираешься обсудить этот вопрос, танцуя вокруг елки, волшебные огоньки которой перекрасят ее ужасные розовые волосы в золотистый цвет?
Миранда стояла молча, не пытаясь что-либо возразить, и улыбалась, чтобы еще больше не разозлить Олвен.
На это Брет ответил:
– Ну пожалуйста, Олли. Ты, по-моему, слишком близко к сердцу восприняла эту новость. Я уже сказал, что мы поговорим об этом позже, и ты уж сама решишь.
Улыбка медленно сползла с лица Миранды.
Рождественские праздники Миранда провела вместе с Мэг в Хай-Комптон. Миранда представить себе не могла, как это Мэг удается выносить такой кошмар. Супруги Пенвит пользовались услугами Мэг так, как будто она была их старшей дочерью. Мэг, казалось, не возражала против этого. Она уже в течение целого семестра училась в художественном колледже и чувствовала себя очень счастливой.
В день святок девочки поехали на автобусе в Ньютон Аббот, где вволю нагулялись среди вересковых полей. Было очень холодно. В Плимуте выпал первый снег, и вся территория вплоть до Дартмура представляла собой белоснежное покрывало. Позавтракав в одном фермерском домике, они затем поехали в Плимут, где, вместо того чтобы вернуться в дом, стали бродить по пустынным улицам. Мэг рассказывала о своей учебе в художественном колледже, а Миранда о возможности получить интересную роль, которая вскоре представится ей.
– Брет предоставил право выбора Олвен, которая, конечно же, выберет роль Офелии. И все же я догадываюсь, что Брет неспроста предложил мне попробовать свои силы в шекспировской пьесе. Мэг, молись за меня, чтобы мне улыбнулась удача.
– А они что, держат свой брак в тайне? – невинным тоном спросила Мэг.
– Да нет же, между ними, конечно же, существует какая-то тайна, но он ее совсем не любит. В общем, что-то не то. Мне кажется, что она время от времени финансирует труппу. – Вздохнув и сделав театральный жест, Миранда пожаловалась: – Театр вечно испытывает нехватку денег!
Укутав свою шею шарфом, Мэг предупредила сестру:
– Нужно быть особенно осторожной, когда тебе исполнится двадцать один год. Боюсь, что мистер Сент-Клэр заставит тебя расплатиться за предоставленные уроки мастерства.
– Я ничего не имею против того, чтобы вложить деньги в компанию «Третейский судья» только на определенных, продиктованных мною условиях, – беззаботным тоном откликнулась Миранда.
– Может быть, у тебя что-то и выйдет, – задумчиво ответила Мэг. – А я, оставаясь верной своему решению, мечтаю сразу после получения диплома купить домик в Кихоле, где можно будет набить себе руку на пейзажах, чтобы стать хорошим художником.