Дочь заклятого врага

Обсудив погоду, колебания курса валют и мастерство шеф-повара элитного ночного клуба, столичный гость наконец переходит к цели своего визита.

– Виктор, у меня к тебе деловое предложение. Я хочу купить у тебя прииск. Слышал, что в последнее время он стал причинять тебе головную боль.

Собеседник не торопится с ответом. Он будто взвешивает на каких-то особых весах каждое слово столичного выскочки. Гость всего лет на десять младше, но ведёт себя как зарвавшийся юнец.

Олег Орлов –

фигура, хорошо известная в коммерческих кругах. В сорок с небольшим входит в двадцатку самых богатых и влиятельных людей в стране. Причём деньги он загадочным образом умудрился сделать чуть ли не из воздуха, по щелчку пальцев. Ещё вчера никто даже не слышал его имени, а сегодня Орлов уже диктует свои условия крупнейшим промышленникам и банкирам.

Человек с сомнительным прошлым, но поразительно ярким настоящим и весьма многообещающим будущим.

– Если мои спецы не ошиблись в расчётах, – продолжает гость, – то для тебя прииск становится всё менее рентабельным. А мне он интересен, поскольку прилегает к моему участку и есть идеи по модернизации процесса добычи, – сдержанно озвучивает своё предложение Олег. – Это, естественно, потребует вложений, но…

– Прииск не продаётся, – Виктор исподлобья сверлит гостя тяжёлым взглядом.

– Всё в этом мире продаётся и покупается. Вопрос только в цене, – собеседник отвечает прищурившись.

Их взгляды – как шпаги. Холодное оружие, специфическое средство коммуникации в споре двух титанов.

– Олег, если ты интересовался вопросом, то наверняка уже знаешь, что прииск принадлежал моему отцу, а до него – предкам во многих поколениях. По условию завещания, прииск не может быть продан никогда и никому. Он передаётся исключительно по наследству: от отца или матери – детям. Или его можно подарить другому, но обязательно кровному члену семьи. Так что это – не обсуждается.

– И что это значит? Неужели в двадцать первом веке нет пути обойти эту средневековую дичь? – продолжает прощупывать почву Олег. – Насколько это вообще законно? Разве собственник не вправе самостоятельно распоряжаться тем, что ему принадлежит? Неужели ты реально ведёшься на эту муть? Удивляешь…

Виктор не опускает глаз и атакует собеседника тяжёлым взглядом.

– Эта средневековая дичь и муть, как ты выразился, называется семейными традициями. И обычно их соблюдение куда важнее законов, которые власти могут менять чуть ли не ежегодно. Я не готов идти против предков. Мой род занимался золотодобычей на протяжении нескольких веков. Я знаю, чего стоило отцу вернуть себе то, что принадлежало нашей семье по праву, и восстановить историческую справедливость. Так что мой ответ: нет.

– А если, например, сделать так? – гость выводит на салфетке цифры и передаёт её Виктору.

– Убедительно, – хмыкает хозяин. – Только ты ошибся. Тут одного нуля не хватает.

– Это уже более предметно, – удовлетворённо цокает и улыбается гость. – Хотя ты, конечно, загоняешь.

– Думаю, есть один способ, – медленно,

будто по слогам выговаривает Виктор. – Я могу переписать прииск на свою младшую дочь, Зою, – он делает паузу, чтобы дать собеседнику возможность вспомнить, о ком идёт речь.

Тот не торопится его перебивать. Ждёт, пока хозяин озвучит все условия необычной сделки.

– Ты женишься на ней, ваш ребёнок станет законным обладателем приисков по дарственной от матери. А он уже тебе будет кровной роднёй. Есть, конечно, некоторые нюансы, но всё решаемо. При таком раскладе и семейная традиция формально не будет нарушена, и ты получишь этот прииск.

– Зоя? Это та маленькая, тихая и пугливая серая мышка? – Олег кривится, вспоминая свой единственный визит в дом Мерецкого несколько лет назад. – Сколько ей?

– Двадцать два. Засиделась в девках, пора пристраивать, – Виктор деланно вздыхает.

– Так уж и в девках, – Олег смеётся, предложение ему нравится.

– Она скромна, хорошо воспитана, покладиста, – рекламирует хозяин.

– И ты так спокойно отдашь дочь человеку, который ей в отцы годится? – гость ещё торгуется для порядка, но предложение уже принято.

– Помнишь, в нашем детстве был термин “товар в нагрузку”? Так вот, я продаю прииск. А Зоя… – Виктор разводит руками и впервые за вечер улыбается.

– И тебя не смущает факт наличия у меня законной супруги? – уточняет Олег с ехидной ухмылкой.

– Это твои проблемы, меня они не касаются. Если прииск тебе действительно нужен, ты всё быстро и красиво порешаешь. Так, чтобы комар носа не подточил и моя княжна легально украсила твою дворовую родословную. Если так разобраться, ты ведь не только прииск приобретаешь, но и её титул. Примазаться к нашему роду – дорогого стоит, – хлещет унизительными словами, но гость только ухмыляется, думая о своём.

– А если я ей не понравлюсь, покажусь старым? – высказывает формальное сомнение. – Нынешние девицы переборчивы. Что если твоя Зоя откажет мне, упрётся и потребует в мужья кого-то помоложе?

Виктор подаётся вперёд и манит собеседника пальцем, а затем шепчет ему что-то на ухо и хихикает.

– Ну ты, папаша, даёшь, – отвечает Олег прокашлявшись. – Радикально. Не ожидал. По рукам?

Год спустя

Вадим

– Да, слушаю, – Эльвира Борисовна отвечает на вызов и с минуту молчит. За это время её лицо из румяного становится мертвенно-бледным. Не нужно быть физиономистом, чтобы понимать, что у неё случилась беда.

– Я выезжаю, – коротко отвечает в трубку, вскакивает и начинает собираться.

За столом повисает неловкая пауза. Всем уже понятно, что празднование окончено, но никто не решается первым признать это вслух.

– Филиппов, ты остаёшься за главного. Я сегодня уже не вернусь, – бросает Шольц на ходу и выбегает из кабинета.